Скелет в расцвете лет - Янина Олеговна Корбут

«золотую самку»? – в ужасе спросил Славик. Прозвучало это так, словно я знаю, кто убил Кеннеди. – Нет, ну а что тут такого? – сразу пошел он в атаку. – Алена теперь одинокая, симпатичная, главное – нет этого ужасного синдрома хоботка…

– Какого еще хоботка?

– Ну, когда губы для фото уточкой делают. Как Марья-искусственница нашего папы № 2. Вообще, в медицине описан такой синдром: тоническое сокращение мышц вокруг рта, при котором губы постоянно вытянуты вперед.

Я прыснула, а Славик разошелся не на шутку:

– В самом деле… Мне даже казалось, она делала мне какие-то знаки. Славушка то, Славушка се. Кота подарила. Я думал, это намек. А мне уже пора начать присматриваться, выбирать спутницу жизни. Но к ребенку я как-то не был готов.

– Славик, уверена, Алене сейчас не до интрижек.

– А я интрижку и не предлагал. Я был почти готов… А вообще, странно это, конечно. И когда она успела забеременеть? Когда я навещал ее в больнице, то мельком просматривал анализы. ХГЧ там и не пахло. У нее даже СОЭ повышена не была. Не было там никакой беременности, – пробормотал приятель.

– Ой, много ты знаешь, горе-медик. Синдром хоботка…

– Нет, по анализам у меня всегда «отлично» было, – принялся спорить тот. Как всегда, из вредности.

От нечего делать я подошла к окошку, поперекатывалась с пятки на носок, хотела приоткрыть его, но окошко оказалось закрыто снаружи.

– Что-то мне уже жарковато, пойду подышу.

Славик тоже сунулся к окошку, предлагая мне налечь посильнее. Пока он кряхтел и тужился, я подошла к двери. И тут она открылась сама.

Банщик в шапке Санта-Клауса, с бородой и в толстом махровом халате сделал пригласительный жест в сторону комнаты с бассейном.

– Ну что, ребята? Согрелись? Пора охладиться! Сейчас будет сюрприз, – пробасил он голосом Деда Мороза. Не хватало только знаменитого «Йо-хо-хо».

– А что у вас с ногой, дяденька, – сочувственно молвил Славик, заметив, что банщик прихрамывает. Славик тоже все еще прихрамывал после капкана и очень любил педалировать эту тему. Я закатила глаза, но банщик не растерялся:

– Олень копытом наступил.

Словом, дядька попался с юмором. А мы как раз сейчас искали второго актера на роль Деда Мороза для ВИП-корпоративов, которые вот-вот должны начаться. Здесь, в усадьбе, похоже, корпоративы начинались еще раньше. По крайней мере, все уже было украшено к праздникам.

Переглянувшись, мы со Славиком гуськом и на цыпочках переместились в соседнюю комнату с небольшим бассейном. Я бы даже назвала ее купелью. Банщик выскочил куда-то на минуту и вернулся с огромной темной емкостью в руках. Приоткрыв крышку, он таки грянул «йо-хо-хо» и весело ухнул весь свой стратегический запас льда прямо в воду. Хорошо, что мы еще не успели туда погрузиться.

Пар повалил клубами, и это почему-то выглядело странно. Славик сразу же выкинул руку вперед и заголосил арию зайца из «Ну, погоди!»:

– Ледяной горою айсберг из тумана вырастает…

– Славик, что это за фигня? Дымит. Я такое не люблю.

– Вроде сухой лед, – беззаботно отозвался приятель.

– Что?

– Ну, это углекислый газ, он же диоксид углерода, в твердой форме.

– А это не опасно? – насторожилась я.

– Его даже в продукты кладут, когда доставку привозят. Вообще, во всех инструкциях к сухому льду рекомендуют использовать его на свежем воздухе или в хорошо проветриваемых помещениях. Думаю, наш банщик не дурак. Знает, что к чему.

– Давай лучше все-таки откроем окно, не нравится мне все это, – попросила я, а Славик недовольно заявил:

– Ты без скандала, что тот гей в бане, не уронивший мыло.

Видимо, баня рождала у него нехорошие ассоциации. Но все-таки Славик направился к окошку. Я же решила для верности распахнуть еще и дверь. Проветрить, а заодно и позвать нашего банщика, который быстро самоликвидировался. Пусть подтвердит, что это безопасно.

Дверь оказалась закрытой. Славик растерянно глядел в окно.

– Какая-то старая тачка подъехала. Алена вышла.

– Кто-то уже приехал?

– Наверное, сестра Вадима, – протянул Славик, протирая окошко рукавом халата. – Неужели такая рухлядь еще ездит в такси. А, нет. Алена сама зачем-то садится в машину! Может, что-то забыла дома?

Я быстро подошла к окну, подергала его и убедилась, что здесь ситуация такая же, как и в парилке. Но даже не это заставило меня замереть, как тушканчика в прериях Амазонки. Я не могла поверить своим глазам. Из бани быстро вышел наш банщик, чуть хромая. Поверх халата на нем была темная куртка. Он хотел накинуть капюшон и для этого сдернул мешавшую ему шапку и бороду.

И я буквально ощутила на себе выражение «кровь внутри стала свинцовой». Это, без сомнения, был Вадим. Муж Алены. Интеллигентный и симпатичный мужчина, что подвозил меня к дороге. Тот, что погиб в пожаре. За секунду перед глазами пронеслись все события последних недель. И все логические цепочки вдруг выстроились в моей голове стройными рядами.

– Ну конечно! Как я сразу не поняла: кто мог отправить СМС о грибах с номера Амалии? Уж точно не Василий, который и телефоном-то едва пользовался. А пропавшие у отца Амалии деньги? Ведь их мог взять только Вадим, зная, что произошло с женой.

Теперь мне было понятно все. Тогда, в лесу, я увидела то, что не должна была видеть. Это брат Алены сгорел тогда в доме, потому что хотел заработать на найденном скелете. Супруги испугались и пообещали собрать нужную сумму денег в обмен на молчание и указание места, где Василий припрятал украденный скелет. На самом деле Вадим пригласил его в дом и инсценировал пожар и свою смерть.

Алена знала, что за мной следят, и появление Дубровского создаст мне проблемы. И вот под моей дверью появляются цветы с запиской. На моем хвосте – плохие ребята. А мне самой уже должно быть не до их с Вадимом дел. Вадим присматривал за моим похищением и, когда все пошло не по плану, а я сбежала, решил исправить ситуацию.

Астматик Вадим, который в шляпе и усах вез меня в заброшенный дом. Вот почему он так дышал! И тыкал он мне в спину не карманным пистолетом, а баллончиком для ингаляций, прикрытым тряпкой.

Когда вмешался Дубровский, и все опять сорвалось, Алена с мужем решили убрать меня окончательно. Как будто бы руками брата Алены. Для этого Алена, хороший психолог, заманила нас на лесопилку.

Вину брата подтвердил бы Славик, оставшийся в живых. И все бы долго и упорно искали Василия, которого к тому времени уже давно похоронили вместо Вадима.

Не знаю, зачем я все же кинулась к дверям и стала орать:

– Откройте, откройте сейчас