Павел Ганжа - Холодное блюдо

В строгом соответствии с древними принципами, которых, кстати, придерживались и предки-славяне. "Око за око, зуб за зуб". Жизнь за жизнь. Или даже много жизней за одну. И вирами виновные – дай бог, найти – не отделаются.

– Игорь Юрьевич, что у Вас по областному делу?- вопрос прокурора уже набил оскомину. На каждой планерке Кондратьев пытал Данильца, интересуясь одним и тем же – делом о двойном убийстве на острове Гладышева. Будто у него других вопросов нет, и других работников в подчинении. Данилец не молчал, как партизан на допросах в гестапо, отбрехивался по мере возможности, но с каждым днем прокурор напирал все сильнее.

– Я уже на прошлой планерке докладывал,- сделал вялую попытку отмазаться следователь.

– А Вы еще раз потрудитесь доложить, – настаивал неугомонный Кондратьев.

– Хорошо… – Игорь Юрьевич тяжело вздохнул, словно готовясь взвалить на плечи неподъемную ношу – весом в парочку грузовиков – и принялся монотонно излагать:- Личность одного из погибших установлена, как я ранее неоднократно говорил,- слово "неоднократно" Данилец выделил характерной интонацией, – это Стрельцова Анастасия Александровна, семьдесят шестого года рождения, муж Стрельцов Артем Вячеславович, бизнесмен, учредитель и коммерческий директор ООО "Мебель плюс". Личность второго трупа не установлена. Опознание затруднено тем, что лицо и кисти рук сильно обожжены. Очевидно, это преступниками сделано специально, чтобы затруднить работу следственных органов. Кроме того, установлено, что в день убийства Стрельцова Артема похитила группа неустановленных лиц, которые, угрожая физически расправиться с самим Стрельцовым и его супругой, принудили его ввязаться в драку с неустановленным лицом в кафе "Венеция"…

– Замечательно, какие грандиозные результаты расследования, – язвительной репликой прервал подчиненного прокурор.- Вы у нас просто Шерлок Холмс. Только что-то у Вас ничего не установлено. Ни личность обгорелого трупа, ни похитители, ни черта!

– Мне продолжать?- Данилец и ухом не повел, сделал вид, что слова прокурора его не касаются.

– Сделайте одолжение.

– В ходе допроса потерпевший Стрельцов показал, что похитители передвигались на черном БМВ, номера он рассмотреть не сумел. Вместе с тем, хорошо рассмотрел одного из преступников. "Фоторобот" будет составлен в ближайшее время.

– А почему до сих пор не составлен?

Данилец одарил Кондратьева взглядом из разряда тех, которыми награждают не разбирающихся в материале докучливых журналистов или непонятливых надоедливых учеников.

– Потому что Стрельцов буквально вчера из больницы выписался, возможность отсутствовала. Также в ближайшее время со Стрельцовым поработают опера, фотографии покажут, вдруг кого узнает. – Данилец надеялся, что не пытать его о том, какие фотографии потерпевший будет просматривать, "ума" у прокурора хватит. Грамотный ведь мужик, и хотя уже давным-давно погряз в аппаратной возне, должен догадаться, что не свадебные и не семейные. А если не догадаться, то вспомнить молодые годы, когда сам пахал следователем "на земле".- Кроме того, в квартире потерпевших обнаружены следы крови, многочисленные отпечатки пальцев…- Игорь Юрьевич сделал паузу, приготовившись нанести основной удар – сообщить о том, что отпечатки одного из пальцев идентифицированы как принадлежащие члену организованной преступной группировки Туманова. Этими сведениями он Кондратьева еще не потчевал. Откровенности ради, и сегодня Данилец не собирался ничего Кондратьеву говорить. Отношения у них от полной начальственной осведомленности, один черт, не улучшились бы, и вытаскивать на свет и предъявлять надзирающему прокурору всю существенную информацию (что, кстати, было обязанностью следователя) по столь важному делу, он не хотел. Конечно, в любом случае о подлинном ноже и отпечатках на нем прокурору он не скажет – ни за что и никогда,- но распинаться и о прочих "деталях" Игорь Юрьевич считал ниже своего достоинства. Если прокурору надо, пусть дело затребует, изучает, как полагается, а не докладами сотрудников мучает. Того, что к нему потом могут придраться в связи с "замалчиванием важных деталей расследования", он не боялся; в соответствии с циркулярами вышестоящих прокуроров надзор за следствием в первую очередь осуществлялся посредством изучения уголовных дел и написанием указаний, а буде таковым изучением Кондратьев брезговал, то это его проблемы. А на планерках он может разоряться сколько угодно.

На предыдущей планерке об отпечатках господина Никитина Игорь Юрьевич умолчал и сегодня планировал ограничиться привычным заученным "докладом" в качестве тонкой ответной издевки, но…Кондрат его своими репликами уже откровенно достал. Поэтому Данилец приготовился потешить прокурорскую душу свеженькими фактами…

Приготовился, набрал в грудь воздух, но не успел. Кондратьев его опередил с очередным то ли вопросом, то ли замечанием.

– Вы так замечательно все излагаете: и про потерпевших, и про БМВ, и про фотографии, а о вещественных доказательствах почему-то ни слова. Сколько раз у нас уже заслушивания проходили, ни разу Вы не обмолвились. Хотя, насколько я в курсе, с места происшествия нож изъяли. С кровью на лезвии и прочее… Наверняка, – Кондратьев ткнул указательным пальцем вверх с видом наставника вразумляющего нравоучениями глупую молодую поросль, – нож был орудием преступления. А Вы о нем ни слова…

"Ах, вот откуда ветер подул! Значит, Тумановские хлопцы с другой стороны решили зайти – информацию о ножичке, гравировке и, скорее всего, отпечатках слили Кондрату",- ухмыльнулся про себя следователь, а вслух произнес:

– Да, с места происшествия изъят нож, его вытащили из тела мужчины, и он действительно может быть орудием преступления – тут Вы, Аркадий Иванович, безусловно правы. Только Вы запамятовали, что об обнаружении ножа я уже докладывал…в первый же рабочий день после осмотра. Как и о прочих обстоятельствах… Кроме того, желающие в любой момент могли прочитать об изъятых вещдоках в материалах дела, – Игорь Юрьевич выразительно прокашлялся, дабы присутствующие на планерке осознали, кто по своим должностным обязанностям надзирает за прокурорским следствием и, соответственно, должен был изучать материалы.- Что же касается ножа, то пятна бурого цвета, похожие на кровь,- Данилец специально выразился эзоповым языком протоколов и постановлений, чтобы лишний раз уколоть пренебрегающего профессиональной терминологией начальника,- действительно обнаружены на лезвии и рукояти. Об этом тоже можно прочитать в протоколе осмотра места происшествия. Биология назначена, заключение пока не прислали. Не считая пятен и места, откуда мы его, скажем так, изъяли, вероятное орудие преступления представляет собой вполне заурядный ножик, докладывать о нем на каждой планерке я не вижу смысла.

Челюсти маленького капкана, поставленного на одного заносчивого и не очень чистоплотного прокурора, чуть слышно щелкнули. Слышно, по крайней мере, для Игоря Юрьевича. Конечно, даже если Кондратьев скушает приманку и попадется, от этого ни ему, ни окружающим – ни тепло, ни холодно. Вместе с тем у Данильца отпадут последние сомнения, откуда прокурор узнал про нож и кто его…кормит. И, наверное, не только сказками про интересные вещественные доказательства. А тот, кто оповещен, тот вооружен.

Кондратьев приманку сожрал, слопал с большим удовольствием. Только хруст за ушами раздался.

– Прямо-таки заурядный? И никаких особенностей?

– Что Вы имеете в виду, Аркадий Иванович?

– Ну, не знаю, – смешался Кондратьев,- лезвие необычной формы или рукоять…гравировка, может быть…

Лишь только прокурор произнес слово "гравировка", последние сомнения рассеялись – господин Кондратьев выполнял "социальный" заказ тумановских ребятишек. И прощупывал следователя. Исподволь. В открытую, наверное, боялся – давать повод окружающим ассоциировать себя с бывшим бандитом, будь он хоть трижды банкир, меценат и депутат не желал. Подобные ассоциации могут пагубно сказаться на карьере в правоохранительных органах. Вспомнит в недобрый час высокий прокурорский чин, что некий Кондратьев А.И. как-то связан с бывшим криминальным авторитетом Туманом, и прощай повышение. А то и вовсе государева служба. И это перекроет все положительные моменты от сотрудничества с уважаемым депутатом, включая материальные.

– Нет, Аркадий Иванович, нож как нож, аналогичные экземпляры я видел не один раз и не два. И надписей на нем не обнаружено, – с прокурором Данильцу стало все понятно, и игру "кто кого переехидничает и перехитрит" он продолжал по инерции. – Впрочем, если желаете, я принесу пакет с вещдоками – можете сами убедиться.

– Будьте любезны.

– Да, Юрьич, принеси,- поддакнул начальству Михолап. Прочие участвующие в планерке лица никак не отреагировали. Большинство сонно хлопало глазами и ожидало конца тягомотного мероприятия, а миляга Коваленко даже слегка прикорнул в углу за кадкой с цветком.