Пустота приходит не сразу - Евгения Горская

— Ты на работе? Вовремя сегодня собираешься уехать?

— Уезжаю прямо сейчас.

Подошел Костя с пирожками в целлофановом пакете. Пирожки пекли в столовой, коллеги постоянно их покупали.

Павел покосился на приятеля.

— Паша… Ты поосторожнее! Тебе точно нужно сейчас уехать? Меня не хочешь дождаться?

— Борис… Спасибо! — Павлу хотелось, чтобы Борис знал, как сильно он ему благодарен, но Костя за спиной мешал подобрать слова.

Снова подошел лифт, Константин придержал двери.

— Никак не могу найти нестыковки, — пожаловался он Павлу. — Все промежуточные данные в порядке, а на выходе какая-то чушь. Посмотри! По твоим бывшим схемам все сделали, я там почти ничего не менял.

— Не могу. Тороплюсь. Завтра потестирую.

Павел посмотрел на часы. Пожалуй, ехать к Кире поздно. Пробки наверняка уже начались.

Он поедет завтра утром. Будет стоять у дверей с самого утра и тогда точно не пропустит.

— Ладно, — передумал Павел. — Пойдем посмотрим. По делам завтра съезжу.

— Пирожок хочешь?

Лифт остановился, оба направились к серверной.

— Хочу.

Помочь другу Павел не смог, найти ошибку в системе они не сумели. Система выдавала ошибку, как будто ее заколдовали.

— Давай до завтра, — потер глаза Костя, когда коллеги уже давно разошлись. — Я иссяк. Коньячку хочешь? С дня рождения бутылка осталась, я ее даже не открывал.

— Давай! — решил Павел. — Машину здесь оставлю.

Павел пошел в кабинет, через минуту появился Костя с коньяком.

Дорогой качественный коньяк приятным теплом разлился по гортани.

* * *

Проезжающую через дворовый шлагбаум Лену Кира увидела, выйдя из машины. Подождала, пока подруга припаркуется.

— Я приезжала к твоему брату, — призналась Кира.

— Знаю, он мне звонил.

Теперь было понятно, почему соседка поначалу нервничала так, что это заметил даже не слишком внимательный Герман. Брат отлично подходил для роли консультанта по умыканию денежных средств. Когда-то он проходил по делу о банковском мошенничестве, вечером ехал мимо места, где произошло убийство…

— Я жутко боялась, что его заподозрят. Мне кажется, второй раз я бы этого просто не перенесла. Тогда нам, слава богу, удалось скрыть от родителей, что Сережа под следствием. Родители у нас в Москве не живут, брат им на юге дом купил. В этот раз вряд ли получилось бы.

— Забывай о своих страхах, — посоветовала Кира. — Этого раза не случилось.

— Пока еще ничего не кончилось, — невесело напомнила Лена и передернула плечами. — Сильно похолодало. Неужели зима вернется!

— Имеет право, — засмеялась Кира.

— Кира… — Лена вздохнула. — Ты сказала своему бывшему про регистратор и про то, что Костя около меня вертелся?

Говорить это соседке было неприятно, она отводила глаза.

— Нет, — покачала головой Кира и зачем-то объяснила: — Мы с ним давно чужие. Без необходимости не созваниваемся.

— Скажи! Чем дольше я обо всем этом думаю…

Лена замолчала, заметив спешащих то ли к ним, то ли к подъезду мужчин.

— Елена! — позвал Борис Яковлевич.

Второго Кира тоже узнала, это был один из полицейских, с которыми она разговаривала в квартире Любови Ивановны. Сейчас он был в штатском. Кажется, он и тогда был в штатском.

— Вы знаете этого человека? Посмотрите внимательно, — полицейский покосился на Киру и протянул Лене планшет.

На экране в вечернем свете фонарей шел мужчина.

— Это Константин Евсеев, — прежде, чем Лена успела заговорить, выпалила Кира. — Отчества не знаю.

— Он работает в фирме Буркова, — быстро вставил Борис Яковлевич.

— Что это? Где он идет? — Кира облизала внезапно пересохшие губы.

В детстве ей сто раз говорили, что облизывать на морозе губы нельзя.

— Здесь, — хмуро объяснил полицейский, повернувшись к Лене. — За углом дома. Везде с капюшоном на глазах шел, а здесь откинул. Похоже, он вашу машину вскрыл. Вы с ним знакомы?

Лена кивнула.

— Он знал, что я проезжала мимо парка, когда убили Глеба. Но он не знал, что я ехала на такси.

— Где он может быть сейчас?

— Понятия не имею! Мы с ним абсолютно чужие люди!

Она молча, не дожидаясь Киру, вошла в подъезд.

— Надо предупредить Павла! — быстро сказала Кира.

— Предупредим! — вместо полицейского ответил Борис Яковлевич, тронул полицейского за рукав, и мужчины быстро пошли к стоявшей около шлагбаума машине.

Кира, торопясь, достала телефон, набрала бывшего мужа. Телефон не отвечал.

Как еще можно с ним связаться, она не представляла. От нехорошего предчувствия стало совсем тоскливо.

Около лифта Лены уже не было, соседка успела уехать.

* * *

Дурнота накатила сразу и сильно. Сердце провалилось куда-то вниз, Павел хотел поднять к нему руку, но рука не хотела двигаться.

Такое иногда случалось с ним в кошмарных снах.

— Не дергайся!

Перед глазами сгущалась темнота, Костин голос сквозь нее пробивался еле слышно.

— Не дергайся, мне не нужно, чтобы ты умер от инфаркта! Сиди тихо!

Павел попробовал сфокусировать взгляд на тихом голосе.

— Ты меня слышишь?

Костино лицо расплывалось.

— Вижу, что слышишь. — Лицо исчезло, появилось чуть левее.

— Надо же, как я удачно подобрал дозу. — Лицо опять ненадолго исчезло. — У меня дед в прокуратуре работал, он таких штучек много на своем веку повидал. Покупаешь в аптеке два безобидных препарата, и можно нейтрализовать любого врага.

Рука хотела дотронуться до сердца и не могла подняться.

— Да не дергайся ты! Через полчасика полегчает. Ты от инфаркта не умрешь, ты выбросишься из окна. Только не сейчас, позже. Когда охрана заснет. Если повезет, обнаружат тебя утром. Но и если сразу обнаружат, я успею уйти.

Это не могло быть явью… Павел закрыл глаза.

— Эй! — Что-то дотронулось до шеи. — Дышишь! Я уж испугался, что ты помер.

Голос ненадолго замолчал.

— Так и не догадался, что это я?

Павел приоткрыл глаза. Мутная темнота перед глазами продолжала висеть.

— Проскурин, гад, все испортил. Я минут пять выждал после того, как он ушел. Мне из Майечкиного кабинета слышно было, что в коридоре делается. А он, недоумок, вспомнил, что свет не погасил, и вернулся. Ну и увидел меня в коридоре. Я ему, конечно, наплел, что ты попросил кое-что проверить, но, сам понимаешь, выбора у меня не было. Мне в тот вечер везло, в кабинете офисный телефон валялся. Когда он опять ушел, я позвонил ему, предложил подвезти. Он как-то говорил, что недалеко от Лосиного живет, ну я и наврал, что мне как раз туда надо. Хотел телефон тебе в стол бросить, но увидел рюкзак и туда сунул. Я на машине двоюродной сестры приехал. Она меня в аэропорту встретила и дала машину попользоваться. Она от меня сильно зависит, я ее содержу, когда она работу теряет. А работу она теряет часто, характер у девки склочный.

Голос слышался откуда-то из-за спины Павла.