Голова в бегах - Янина Олеговна Береснева

все знают. Вот через него на меня Хасан и вышел. Ему нужен был человек не из своих, чтобы проследить за одним типом. А брательник ему денег должен, да и я…

— Что за тип?

— Не знаю, говорю же, меня в темную использовали. Сказали только, куда ехать. Мол, один тип должен другому что-то передать, но Хасан сомневается в честности сделки, потому хотел, чтобы я со стороны понаблюдал и, если что-то мне покажется странным, сразу ему доложил.

— Что-то ты темнишь: какой-то тип, что-то передал… Говори нормально! — возмутилась я, потому что искать еще одного подозреваемого на роль убийцы мне вообще не улыбалось.

— Ну, допустим, он мне сказал, что пасет одного типа, попросил машину людей Сиплого проводить. Сказал, где должна состояться встреча, но кто придет на встречу, я не знал. Скорее всего, Хасан договорился с кем-то, но не был в нем до конца уверен. Может, хотел в курсе подробностей быть, не знаю…

— И какие у тебя были директивы?

— Наблюдать и докладывать ему о ходе встречи. Хасан был уверен, что я его не сдам, потому что брательник мой… Короче, он бы его убил. Видимо, никому из своих он доверять не мог. Или дело было такое, что…

— Что тебя подставить было легче? В случае его — ты вообще человек левый, какие к нему вопросы, — догадалась Машка.

— Это я сейчас понял, — огрызнулся Череп. — А тогда поехал, думал, дело плевое, а долг спишут. А когда встреча не состоялась, Хасан мне велел продолжать наблюдать за людьми Сиплого. Я возле отеля пасся, думал, вдруг что интересное замечу? Кстати, их третий дружок был в неадеквате. Они зачем-то этого парня через балкон второго этажа затащили. Странно, да? Наверное, сами же и убили. Иначе к чему такие сложности?

— К примеру, затем, что его в таком виде могли и не пустить в отель, — подумав, сказа Мишка. — Оставить в машине не хотели, потому что он должен был быть на глазах. Это не столь важно. Давай дальше.

— Я на дерево забрался, что возле отеля. Увидел, что номер пустой, залез через балкон, а в номере никого не было. Зато кровь была. Я понял, что тут что-то нечисто, и свалил. Хасану доложил, а тот сразу затрясся, как осиновый лист. А когда труп без головы нашли, вообще того… Боялся, как бы его с этим делом не связали. Сиплый бы его размазал, как козявку. А сегодня Хасан вызвал меня и говорит: вали к девкам, вытряси из них душу. Мол, вы что-то знаете про флешку, которую передать должны были. Откуда у него такая инфа — я не знаю, да и не интересно мне.

— А ты сам что думаешь? — спросил Черепа Леньчик.

— Я ничего не думаю, а брательник говорил, что Хасан договаривался с кем-то. Может, хотел Сиплого подвинуть, хотя куда ему… А когда все пошло не так, смекнул, что он первый на подозрении. Особенно, если этот мутный тип, что пообещал флешку, его сдаст. Хасан и залег на дно. А теперь, наверное, что-то изменилось, я же не в курсе его дел. Но он по-другому заговорил, и брательник говорит, что вроде у них что-то намечается. Может, опять мосты навел, надеялся флешку заполучить? Вот меня отправил, чтобы я вам мозги вправил. Сказал, что раз я там не доглядел, накосячил, то теперь надо исправлять. А причем здесь я? Мне же сказано было наблюдать, а не флешку пасти?

Мишаня задумчиво почесал лицо.

— Ты что-то видел тогда, возле отеля? Лучше говори сейчас, свидетели долго не живут, ты же знаешь.

— Я ничего не скажу, потому что брательника убьют. Сами ищите, я вам все сказал. Да и не видел я ничего толком, а слова к делу не пришьешь. И вообще, если что — я стриптизер.

Он демонстративно обернулся к стене, давая понять, что аудиенция закончена, а Мишка плюнул.

— Из-за таких вот козлов дело тормозится. Все равно ведь скажешь, только потом для тебя же хуже будет.

Череп молчал, а наши спасители, посовещавшись и позвонив по нескольким номерам, решили везти его в отделение. Замешкавшись у двери, Мишка попытался взять меня за руку, но я одернула свою, словно меня ужалил скорпион. Он печально вздохнул:

— Аня, я понимаю, ты мне не доверяешь, но я уверен, что смогу тебя переубедить. Ты же видишь, как все запуталось. Боюсь, вы с Машей в опасности. Сейчас нам надо ехать, но завтра мы поговорим. Обещаешь?

Я хмыкнула в ответ, наблюдая, как Ленька пытается что-то втолковать Машке, стоя на площадке. Черепу надоело слушать наш треп, и он покашлял. Смутившись, наши кавалеры скомкано попрощались и отбыли, толкая перед собой горе-сантехника.

Не успели они покинуть наш подъезд, как зазвонил домашний. Я совсем не удивилась, услышав голос лысого, но разговаривать с ним у меня не было настроения, и я натравила на него Машку:

— Чего надо? — рявкнула она.

— Ну и что за дела? — проворчал лысый, что-то жуя. — Что опять за балаган вы там устроили с этими ФСБ-шниками? Кого это они вывели от вас?

— Могли бы лучше нас охранять, — разозлившись, зашипела сестрица в трубку. — По вашей милости нас чуть не грохнули, между прочим. А обещали следить…

— Мы же забили дверь на чердак, откуда там к вам все шастают?

— Вы забили, а кто-то отковырял. Или через балкон от соседей пролез. Как тебе? Дурное дело не хитрое. Выставляйте караул и с другой стороны.

Сделав лысому выволочку за манкирование своими обязанностями и заставив его оправдываться, Машка грохнула трубку на базу и пошла ставить чайник.

— Нет, ты видала? Еще один антихрист по нашу душу. По крайней мере, теперь мы знаем, что Хасан в деле. Пусть его потрясут. Он скажет, с кем договаривался о перехвате флешки, тот и убийца. Так ведь?

— Череп скажет, что он слепоглухонемой стриптизер, и вообще никого не знает. Официально Хасану предъявить нечего. Даже если Череп где-то был, это еще ничего не значит. Стоял себе человек под балконом, это законом не запрещено. У нас под балконом бандюки стоят на машине сутками. И что?

— Да уж. Этот Череп вполне