Дамский негодник - Людмила Ивановна Милевская

заключала тетушка Мара. — Но это еще не значит, что убийца Анфисы она.

— А кто? Кто убийца?

В который раз уходили в анализ кто убийца Анфисы — почему-то думалось, что разгадка именно в ней, в любовнице всех мужчин. Остальные погибшие: Михаил Калоев, нотариус, Трофимыч и сам Сасунян — звенья все той же цепи.

Кандидатуры предлагала Далила:

— Куськина мать!

Тетушка морщила нос:

— Не-ет. Та скорее яду подсыпет в пирожное.

— Нотариус!

Мара сердито фыркала:

— Марк Борисович был умным мужчиной. Уравновешенным, мудрым. Имей он желание покончить с Анфисой, его не увидел бы этот…

— Изверг, — подсказала Далила.

— Я предпочитаю говорить Костиков или сосед, — с достоинством сообщала тетушка Мара. — К тому же Марк Борисович, я-то уж знаю, был очень трусливым.

— Тогда, может, Костиков Анфису Пекалову и убил? Может, у него есть тайный мотив?

— А как он связан с Мариной? Или с Людмилой? Или с Зинаидой Поповой? Людмила вообще о существовании дома в день убийства Анфисы узнала, как же она могла знать соседа?

Далила сникала:

— Понятия не имею. Похоже, никак. Тогда, может, действительно Сасунян?

— Ему-то зачем? Дача его, завещание на него. Он первый подозреваемый. Соберись он убить Анфису, для начала уговорил бы ее изменить завещание.

— Зинаида Попова могла убить и Анфису, и Сасуняна и скрыться…

Тетушка прерывала отчаянный поток мыслей племянницы:

— Детка, остынь. Как выяснилось, Зинаиде Поповой по завещанию достается не дом в курортном районе, а развалюха в деревне. И личные вещи Пекаловой. Больше, кажется, у нее не было ничего.

— Автомобиль.

— Стала бы ты из-за автомобиля подругу свою убивать?

— Я? — отшатнулась Далила. — Тетя, что ты говоришь? Ты полагаешь…

Тетушка Мара ее перебила:

— Деточка, извини, я гипотетически. Ты же знаешь, гипотетически мы все на убийство способны. И еще, коли на то пошло, скажи, зачем Зинаида Попова убила Трофимыча? Он-то чем ей мешал? Нет, детка, то, что Попова срочно уехала, скорей всего совпадение. Или кто-то об этом ее попросил.

Споры были часты и длинны, но ничего полезного не приносили. Далила на тетушку с вопросами наступала, тетушка легко отражала ее наступление. Результатов по-прежнему не было.

И вот однажды, в один из таких вот споров, Далилу вдруг осенило:

— А Светлана Михайловна не могла Анфису убить? Почему она скрыла свой адрес?

Тетушка Мара, покачав головой, сердобольно заметила:

— Крошка, не нравятся мне круги под твоими глазами. Неделю назад ты была гораздо свежей. А Светлана Михайловна твоя пациентка. Тебе ли ее не знать. Думай сама, способна была покойная на убийство или нет.

— Ах, я уже не знаю, что и думать! — схватившись за голову, сообщила Далила. — Просто схожу с ума! Если ты всех отвергаешь, значит, Анфису убил Калоев?

— Михаил? — усмехнулась тетушка. — Нет, кто угодно, только не он.

— Ты так уверена? Почему?

— Я с Мариной о нем говорила. Михаил абсолютно безволен. Он мог только потихоньку травить. Марина милая, славная девочка. Она ангел, кроткий и чистый. И к тому же очень умна. Просто удивительно, что такая достойная девушка вышла замуж за слабого подлого человека. Мне ее очень жалко. Надеюсь, она окончательно пойдет на поправку, и ты сможешь узнать, о чем она говорила с Людмилой. Не думаю, что после этого многое прояснится, но все же.

— Все равно я пока ничего узнать не могу. Людмила скрывается от меня, а с Мариной врачи вообще говорить запрещают. Похоже, мы всех уже перебрали.

Тетушка подтвердила:

— Похоже, что да.

Далила положила руки на стол и, тщательно расправляя скатерь, упрямо сказала:

— Ну, все, остается одна Людмила. Анфису и Сасуняна убила она. Она же пыталась убить Марину. Больше некому. Остальных подозреваемых ты отвергла.

— Людмила не подозреваемая, — твердо сказала тетушка Мара.

— А кто она? — взвыла Далила.

— Людмила жертва. И все. Давай на этом поставим точку. Людмилу я в обиду не дам.

Самсонова вспомнила: «Вот я дура! Наша Мара Зайцеву Люсю всегда нежно любила. Мара не может быть объективной. В этом деле она мне не помощник».

Бессмысленный уже разговор был прерван телефонным звонком. Звонила Лиза Бойцова.

— Далька! Мариша моя умирает! — не своим голосом завопила она.

— Что случилось? — запаниковала Далила.

— Сахар снова резко поднялся. Врачи собьют, он опять поднимается. Тут собрался сумасшедший консилиум. Одни светила. И ничего не могут поделать. Боятся, что Мариша в кому впадет.

Самсонова поразилась:

— Но как же так? Ведь динамика была положительной. Марина уже шла на поправку.

Бойцова заплакала:

— Никто ничего не поймет, говорят, чудеса, никакие лекарства не помогают. А я точно знаю: кто-то травит Маришу. Я на всякий случай охрану поставила у палаты.

Положив трубку в карман, Далила строго взглянула на тетушку и сообщила:

— Немедленно еду в милицию и рассказываю все про Людмилу.

Тетя Мара устало прикрыла ладонью глаза и прошептала:

— Детка, ты вольна делать все, что угодно, но милиционэры Калоевой не помогут. Только Люсеньку Зайцеву запачкаешь зря.

Глава 35

Калоеву на этот раз удалось спасти. Елизавета Бойцова не поскупилась: поставила перед дверью палаты подруги двух дородных парней, а в самой палате посадила сиделку.

После принятых мер Марина снова быстро пошла на поправку. Теперь в палату к ней никого не пускали, кроме Самсоновой и Елизаветы. Врачей и медсестер, разумеется, тоже пускали, но неохотно. Сиделка же на людей в белых халатах смотрела как гад на лягушку. И все лекарства исследовала придирчиво, со смиренным презрением. Докторам становилось не по себе, и они старались в палате Калоевой без нужды не задерживаться.

Наконец наступил момент, когда врачи разрешили поговорить с Калоевой. Бойцова осторожно попыталась выяснить, кто посещал Марину в тот день, когда у нее резко поднялся сахар. На все вопросы Марина молчала. Когда же Бойцова заплакала от бессилия, Марина грустно ее попросила:

— Не надо, Лиза, не могу я сказать. Она ни в чем не виновата, а вы ее сразу же обвините.

Бойцова не успокоилась. Несколько дней она подбивала Далилу пойти к Калоевой на разведку.

— Ты же психоаналитик, — шипела она, — знаешь все подходы к душе. Расспросила бы Марину, должны же мы знать, кто ее смерти желает.

Самсонова отмахнулась:

— Отстань от нее. По-другому надо нам действовать.

— Как по-другому? — не унималась Елизавета.

— Все преступления надо раскрыть, тогда Марина опять будет в безопасности.

— Ничего себе! — ужаснулась Бойцова. — Раскрыть все преступления! А на Луну слетать нам не нужно?

Этим вечером Далила расположилась в своем кабинете. На лист бумаги нанесла всех подозреваемых. И так и эдак пыталась их совместить, пересечь их интересы, но подозреваемые не совмещались