Скандальная мумия - Хиршфельд Корсон

Скоупс показал рукой на складной стул и рысцой выбежал из комнаты.

Как только дверь за ним закрылась, Мори перевязал углы простыни крест-накрест, взвесил получившийся узел – даже двадцать семь фунтов ощущались бременем в дряхлых руках.

Он положил узел на пол, быстро подошел к полке, которую заметил заранее – там стоял большой розовый плюшевый слон. Этого слона Мори положил на стол, несколько раз обернул простынями со стола для объема, взбивая и расправляя, чтобы придать сходство с ранее завернутой мумией, потом накрыл другой простыней.

Узел с мумией он поволок к выходу, открыл дверь и поискал своих грузчиков. Тощий – все еще никуда не делся – помахал с капота своего сияющего «шевроле» и вместе со здоровенным порысил к Мори.

– Вот это, – сказал Мори, – положите в багажник моей машины. Он открыт. И захлопните перед тем, как уедете.

Здоровенный подхватил узел и потащил к машине Мори, а тощий остался у двери. Мори вытащил из кармана пиджака положенные туда двадцать пять долларов и отдал юному сообщнику. На миг он подумал, не смыться ли прямо сейчас, но тут услышал в коридоре голоса. Боясь перспективы быть обнаруженным и пойманным, он решил доиграть сцену внутри.

– Спасибо, – сказал он юнцу. – Теперь вы свободны.

– Э-гм… – Тощий замялся, держа руку на двери.

– Деньги вы получили, – сказал Мори. – Свободны.

Парнишка нерешительно поджал губы, уронил руку и отошел – казалось даже, что неохотно. Мори с бьющимся в висках пульсом затворил дверь, сделал три быстрых шага в комнату и резко сел на испачканный линолеум пола, как раз когда повернулась ручка двери. Вбежали Скоупс и Дакахауз.

– Боже мой! – воскликнул Дакхауз при виде Мори, который сидел на полу, раскинув ноги. – Быстро дайте ему сок!

Скоупс протянул Мори открытую бутылку апельсинового сока.

– Как вы себя чувствуете, сэр?

Мори сделал глоток, промямлил что-то вроде «спасибо, уже лучше», хотя на самом деле тяжело дышал. Еще три секунды – и его бы застигли на месте преступления.

Скоупс помог ему встать, поддержал рукой под локоть.

– Вы что-то говорили про обед? – сказал быстро Мори, глянув на игрушечного слона под простынями. – Кажется, это как раз то, что надо. Я на завтрак ел блинчики, слишком много сиропа… вот сахар в крови и упал. Видите?

Он показал дрожащую руку.

– Допивайте сок, – сказал Дакхауз, – и я вас прямо отвезу в город. Плотный обед вам поможет, вот увидите.

Пухлую простыню никто не заметил.

– Да-да, – согласился Мори. – Как только мы отсюда выйдем, мне станет куда легче дышать.

39

Ящик уже наполовину закрыл багажник Мори, как увидел Младшего, который бежал к нему. Забывшись, он отпустил крышку, и она взлетела наверх.

– Ты дверь подпер? – спросил он Младшего.

– Хм… – Младший поковырял ногой асфальт. – Не совсем.

– Не совсем?

– Этот старик ее закрыл раньше, чем я успел. Она снова заперта.

– Хреново.

– Знаю.

– Что будем делать?

Младший пожал плечами, продолжая ковырять ногой асфальт.

Ящик кивнул в сторону незакрытого багажника:

– А что, если нам вот эту фигню, которую старик вынес, захватить вроде как заложником за… ну, за то, что нам нужно?

– Может сработать, если это что-то ценное, а не какой-то исторический мусор. Проверь, я на стреме постою.

Ящик наклонился к багажнику, развязал узлы на белой простыне. Ткань распахнулась, открыв – не какой-то исторический мусор, а тело. То самое. Тело Дуна. Преследующее его, как какое-то гробовое создание из романа Стивена Кинга.

– Ай-й-й!

Он повернулся как по команде «кругом!», ухватился за никелированный бампер, чтобы удержаться на ногах.

– Чего там? – Младший обошел его, заглянул. – Ничего себе! Спорить могу, старик собрался ее резать или еще что. – Он заметил, что Ящик давится рвотными движениями. – Что с тобой?

Ящик заставил себя проглотить слюну.

– Я терпеть не могу мертвых тел – я тебе говорил. С тех пор как меня мама в детстве заставила дядю Бенни поцеловать. – Он потер губы тыльной стороной ладони и всосал воздух, уставившись куда-то за горизонт. – Когда дядя Бенни был покойником. На похоронах. Ты клялся, что я не должен буду на это смотреть… на тело. Меня сейчас стошнит.

– Потом будешь тошниться, старик в любую минуту выйдет. – Младший толкнул его, приводя в чувство. – Соберись! Я сам это понесу, открой у Персика багажник.

Прихрамывая до сих пор после столкновения с пращником в юбке, Ящик побрел к «монте-карло».

Младший поднял узел из развернувшейся простыни.

– Смотри ты, – сказал он в спину Ящику, – вроде ничего не весит. Слушай, есть мысль. Давай что-нибудь завернем в эту простыню, чтобы старик не просек обмена, пока не доедет домой. У него номера штата Огайо. Так, как ездят старперы, он туда будет два дня добираться, а потом нас и не вспомнит и не будет знать, не подменили ли ее тогда, когда он отходил отлить…

– Ладно, уговорил. – Ящик оглядел местность, ничего не увидел подходящего по размеру. – Дай мне ключи, я проверю у Персика багажник. Может, у него там есть надувной матрас, или дюжина пакетов с чипсами, или… – Он открыл багажник, поднял его… – Персик, извращенец ты этакий!…

– Чего у него там?

– Надувная баба. В блондинистом парике.

Младший заглянул, ткнул пальцем в розовое надувное тело. По форме оно напоминало раздутую палочную фигурку с широко расставленными руками, ногами в виде буквы «Y» со складчатым западением в паху и некоторыми украшениями: внушительные конические груди с красными сосками, торчащий пупок, пухлые красные губы, открытые в произнесении глубокого «о», примитивный нос и широко открытые шелковые глаза с длинными ресницами, как в каталоге «Бетти Буп».

– А я-то думал, что Персик вообще никого никогда, – ухмыльнулся Младший. – Вот интересно.

– Не хочу я об этом думать. Смотри. – Ящик ткнул пальцем в глубину рта куклы, застывшего в гримасе. – Такая крошка не может сказать «нет».

Младший скривился:

– Знаешь, я бы не стал туда палец совать. – Он потрепал куклу по щеке. – Хотя ротик у нее красивый, только для Персика великоват.

– А интересно, – спросил Ящик, – она пищит «я тебя люблю», как детская куколка, когда в нее засунешь?

Младший взялся за остроконечную грудь и сдавил. Губы куклы подались вперед, но она молчала.

– Правильная девочка, – сказал Младший. – Не отгавкивается. – Он развел ей ноги пошире, исследуя анатомию куклы, но вспомнил про дело. – Видишь, вон клейкая лента лежит? Выпустим из нее малость воздуха, привяжем ноги и руки к телу, чтобы она была размером с мумию, завернем в ту же простыню – и старику в багажник.

– Четко. – Ящик оторвал кусок серебристой ленты и перевернул куклу за щиколотку. – А где у нее клапан?

Младший показал на пупок. Ящик потянул, и выскочил пластиковый шланг. Ящик вытащил пробку и надавил на туловище. За шесть секунд кукла из пухленькой стала дистрофичной.

Через полминуты Младший подвязал ей лодыжки к плечам, а запястья к бедрам.

– Всегда хотел с какой-нибудь девицей такое проделать. – Он обошел машину спереди. – Я суну мумию в машину Персика, а ты этим займись.

Ящик засунул розовую куклу в багажник Мори, завязал простыню узлом, захлопнул крышку и вернулся к Младшему. Они хлопнули друг друга по ладоням.

– Персик взял с меня обещание не крутить его колеса, – сказал Младший, – но мы, черт побери, спешим.

Он подъехал ко входу музея, дал долгий сигнал, на мрачные взгляды демонстрантов и посетителей ответил поднятым пальцем и снова загудел.

– Куда он, к черту, делся? Ящик пожал плечами.

Младший еще погудел, потом велел Ящику пойти и найти.

Пять минут прошло – от обоих и следа не было. Младший занервничал. Там, внутри, – Молот. Что, если он просек обман, узнал в Персике и Ящике членов команды Младшего – то есть Тадеуша Траута? Обнаружил, что они сперли мумию прямо у него из-под носа? Он прислушался, ожидая выстрелов, но ничего необычного не услышал. Но ведь у Молота наверняка глушитель?