Наталья Александрова - Визит очумелой дамы

У меня не было денег!

Я, не подумав, отдала свою сумку Лизе, а в ней лежал мой кошелек! И все мои деньги...

То есть у меня был полный кейс денег, сто пятьдесят тысяч долларов, но я совсем не хотела раскрывать его при водителе, вытаскивать из него банковскую упаковку, разрывать ее.., мало ли на какие мысли это наведет шофера! Хоть он и очень приличный с виду, но в наше время нельзя доверять внешности, за самой благопристойной личиной может скрываться настоящий злодей...

Насчет настоящего злодея я, пожалуй, переборщила, но все-таки не стоит вводить человека в искушение.

- Вы знаете, - я выдала жалкую, вымученную улыбку, - у меня, оказывается, нет денег.., подруга унесла кошелек...

Говорят же - правда всегда выглядит недостоверно, не правдоподобно, и если хочешь, чтобы тебе поверили, - лучше красиво соври. Во всяком случае, на отставника мои слова произвели самое скверное впечатление.

- Некрасиво, девушка, - сказал он очень неприязненно, - я пожилой человек, мне нужно зарабатывать на жизнь, а вы пытаетесь меня нагреть! Некрасиво и глупо. Что же вы, думаете, я молокосос какой-то, лох, которого можно так легко кинуть? Я третий год пассажиров вожу, всякого навидался! Замок у меня центральный, и пока не расплатитесь - из машины не выйдете. Стыдно!

- Но у меня правда нет денег! В этом доме моя тетя живет, я к ней поднимусь и принесу вам деньги, буквально через пять минут!

- Ага, а подъезд сквозной, ты в него войдешь - и поминай как звали! Нет, плати как договорились - двести рублей. Сто за дорогу, сто за ожидание.

- Но я же правду говорю, - в голосе у меня зазвучали слезы, - через пять минут принесу вам деньги!

- Тогда оставь свой чемоданчик, - водитель покосился на кейс, - принесешь деньги - заберешь его...

Такой вариант мне совсем не нравился. Заглянет дядечка в кейс - и все, мой адрес не дом и не улица.., сказано же - не надо лишний раз вводить человека в искушение...

Водитель не правильно истолковал мое молчание и окончательно рассердился:

- Говорю тебе, не на лоха напала! Плати, или в такое место завезу, из которого до вечера не выберешься!

- Дяденька, ну честно же вам говорю... - еще немного, и я действительно расплакалась бы: так все удачно складывалось, и вдруг из-за какой-то ерунды...

- Тоже мне, племянница нашлась! И не пробуй меня разжалобить, и не таких видал!

Короче, наши переговоры зашли в тупик, и высокие договаривающиеся стороны не могли найти консенсус.

И в этот момент я увидела Варвару.

Лушина соседка с грацией молодой бегемотихи приближалась к подъезду, увешанная многочисленными пакетами.

- Варвара! - закричала я в окно машины. - Тебя сам бог послал! Дай мне двести рублей с водителем рассчитаться! Я к Луше поднимусь и сразу тебе отдам!

- Это кто? - удивленно оглянулась Варвара. - Ой, Маш, ты, что ли? А чего это ты в машине сидишь?

- Да говорю же тебе, - я рассердилась на ее непонятливость, - с водителем не расплатиться! Дай двести рублей!

- Две-ести? - протянула она. - Ой, а у меня, наверное, нету.., я из магазина, ветчинки купила, сырку, колбаски копченой самую малость, печенья.., так что, наверное, нету...

Она перехватила пакеты одной рукой, вытащила кошелек и неловко порылась в нем, судя по выражению лица - безуспешно.

- Не, нету...

- Ну, может, ты сходишь наверх, от Луши принесешь? - попросила я умоляющим голосом.

- Это два раза на верхотуру карабкаться? - ужаснулась она.

Она подошла ближе к машине и заглянула с водительской стороны.

- Здрас-сте, - промурлыкала, разглядев бравого отставника, - а меня Варя зовут.

- Николай Иванович, - представился водитель, и в его довольно грубом голосе прозвучали непривычные взволнованные нотки.

- Маш, - предложила Варвара, не сводя глаз с Николая Ивановича, - а ты сходи сама наверх за деньгами, а я тут с водителем покуда посижу.., в качестве заложницы... - она мило засмеялась. - Как, Николай Иванович, вы не возражаете?

- Не возражаю, - лаконично ответил отставник, гостеприимно распахивая дверцу машины.

Я взлетела на шестой этаж одним махом и даже не запыхалась. Позвонила в дверь, и мне тут же открыли, как будто Луша поджидала меня прямо на пороге.

Она стояла передо мной с каким-то странным, растерянным выражением лица.

- Машенька, ты только не удивляйся.., и не пугайся.., но тебя здесь ждут.

У меня буквально подкосились ноги.

Первое, что пришло в голову, - это что Глухаренко удалось вырваться из когтей спецназа и он караулит меня, полный ярости и жажды мщения. Трясущимися руками я сунула кейс под вешалку, прикрыла каким-то тряпьем и вошла в комнату, от волнения споткнувшись на ступеньках.

На Лушином диване, прикрытом ярким покрывалом, расселся Генка.

- Господи! - Я перевела дух и прижала руки к сердцу. - Господи помилуй!

Генка принял вздох облегчения за вздох радости, он подумал, что я ужасно рада его видеть. Этот придурок встал с дивана, приосанился и шагнул ко мне с глупейшей улыбкой на лице.

- Машка! - громко сказал он. - Я пришел!

- Вижу, - я ловко уклонилась от его растопыренных рук и отпрыгнула в угол, - и за какой надобностью ты приперся, позволь спросить?

- Я.., вот... - улыбка медленно сползла с его лица, но от этого оно не стало казаться умнее, - я вот.., твоя мать сказала, что ты здесь, и адрес дала.

Все ясно, мамочка не теряет надежды свести нас снова, очевидно, ей очень не хочется, чтобы я заявилась к ним жить.

- Что тебе надо? - агрессивно спросила я Генку. - Зачем ты меня искал?

- Ты извини... - пробормотал он и отвернулся, - ну, извини за тот случай.., как-то так вышло...

- Само собой, - подсказала я, - как-то незаметно она в твоей постели материализовалась в голом виде...

Генка благоразумно промолчал, а я удивилась про себя, насколько мало меня сейчас волнует тот эпизод, из-за которого все и случилось. Ведь именно из-за Генкиной измены я пришла к Луше в тот вечер и надела чужой костюм, а с него-то все и началось. Обида улеглась, Генка мне теперь совершенно безразличен, а тряпок новых я скоро куплю себе сколько угодно.

- Вот что, дорогой, - сказала я по возможности твердо, - нам с тобой больше не по дороге. Не знаю, зачем ты меня искал, но ничего тебе здесь не обломится. Так что иди-ка ты отсюда по-хорошему и адрес этот забудь.

Не представляю, что там ему наговорила мамочка, но Генка моей отповеди не поверил. Он решил сменить тактику и поговорить со мной построже.

- Ты подумай хорошенько, - бубнил он, - мы же с тобой все-таки вместе больше года.., а это так, мелочи.., нельзя так сразу рвать.., не подумав...

В его речи слышались характерные мамочкины обороты, и я мгновенно озверела.

- Проваливай отсюда! - крикнула я. - Достал уже совсем!

Наконец он понял, что я не шучу, и двинулся к двери. Я забежала вперед и распахнула ее, чтобы он не вздумал задерживаться в прихожей. Очень мне не нравилось, что кейс с деньгами стоял на виду под вешалкой. Генка взялся за ручку двери, но напоследок решил доругаться.

- Все равно приползешь, никуда не денешься! - орал он. - Жить-то тебе негде! А я еще подумаю, пускать тебя обратно или нет!

- Ах ты! - Я замахнулась, но Луша в испуге схватила меня за руку.

И в это время на лестничной площадке появилась запыхавшаяся Варвара и с размаху опустила на голову Генке свой пакет из универсама. Пакет разорвался, колбаса и сосиски посыпались на пол. Генка, не получивший особенных повреждений, тем не менее в обалдении тоже сел на пол, почесывая затылок.

- Караул, - заорала Варвара, - сбежал! Сбежал из тюрьмы! Николай Иванович, в милицию звоните!

Она ворвалась в прихожую, и тут, разумеется, вишневый кейс вывалился из-под вешалки, раскрылся, и все бы обозрели его содержимое, если бы я не бросилась на него грудью и не заслонила своим телом, как Александр Матросов амбразуру вражеского дота. Со стороны это смотрелось, как будто я ни с того ни с сего тоже рухнула на пол.

- Машка, он тебя ударил? - тут же всполошилась Варвара. - Убивают!

- Да что случилось? - это в дверь заглядывал мой водитель.

- Луша, - простонала я, не делая попыток встать с кейса, - отдай человеку двести рублей, я ему должна, и ради бога, идите уже все отсюда!

Луша мигом распорядилась. Она выдала Николаю Ивановичу двести рублей с извинениями, Генку легонько пихнула в бок, а когда он встал, молча указала на дверь. Варвара выскочила сама, ее больше интересовал Николай Иванович, чем мое самочувствие. И только когда двери были заперты на все замки, я поднялась на ноги.

- Ну и ну! - Луша только покачала головой, глядя на деньги. - Что же это?

Мы перетащили кейс в комнату, и я рассказала Луше все про то, как мы с Лизой задумали обыграть Римму и как у нас это получилось. Тетка только головой трясла и глаза таращила, потому что утром я ничего ей не сказала, просто взяла завещание, чтобы отдать его Лизе, и ушла. Иначе она увязалась бы за мной, а этого ни в коем случае нельзя было допустить.