Охота за семью гномами - Алёна Александровна Комарова

Он не скрывал своей усталости от отеля и несменной компании, что, естественно, отражалось на его лице. Но вопреки ожиданиям организовал осмотр номеров, предварительно обзвонив начальство, потому что «умный» администратор (лишить бы его за это всех премий, окладов и надбавок) требовал ордер прокурора, судьи и самого президента российского туризма. Ордера у Кузнецова никакого не было, поэтому в действие пошли человеческие отношения. Они, кстати, дороже бумажек и надежнее подписей с печатями.

— Зайти в каждый номер! — отдавал приказы Илья Кириллович.

— В каждый? — удивился Владимир.

— Можешь через один, — приторным голосом разрешил Кузнецов, но тут же закричал: — А в обратном направлении пойдешь, в остальные зайдешь. Понял?

— Да! — осознал свою оплошность молодой специалист.

— Заглянуть под каждую кровать! — продолжил давать указания Кузнецов. — В каждый шкаф.

И уже через какие-то пятнадцать минут он возглавлял двух сержантов (младших) и администратора в обходе отеля. А всем остальным приказал разойтись по своим номерам.

— Ну, если хотите, сидите здесь, — согласился он после того, как никто не сдвинулся с места. Наоборот. Вся компания проросла корнями в мраморный пол холла. — Главное, не шарахайтесь следом за мной, а то мне по шапке прилетит.

— Слушайте, — предложил Жорж, когда полицейские ушли, — кто хочет шампанского? Могу заказать. Что нам насухую сидеть. Давайте выпьем.

— Что ты спрашиваешь? Неси давай, — махнула Люсьена.

Жорж пальцем пересчитал оставшихся и побежал в бар. Вернулся с подносом и бокалами.

Рита, поглощенная тревожными мыслями, уносящими ее в транс, задумчиво взяла предложенный бокал, но пить не стала. Держала его в руке, пока Иван не забрал его у нее. Он поставил его на столик и прошептал на ухо:

— Не переживай.

Она машинально кивнула:

— Где же она может быть?

— Я уверен, Кузнецов ее найдет. Он дотошный. Вредный, но дело свое знает. Кажется, я в нем ошибался.

Рита с чувством огромной благодарности одарила Ивана взглядом.

— Что вы такие грустные? — хихикнул Жорж, выпивая второй бокал шампанского. На Риту он принципиально не смотрел и к ней (ни в коем случае!) не обращался. Ему крикливых скандалисток хватало. Люсьены, к примеру. Тоже любит его во всех тяжких обвинять. — Еще же ничего не случилось.

— А вы ждете? — удивилась Лера.

Он с опаской взглянул на супругу Сергея. В дивизии скандалисток пополнение. Хотя на крикливую скандалистку она не похожа, но кто этих баб знает, всякое бывает, особенно в стрессовой ситуации. Он и сам-то в стрессе неадекватен.

— Нет. Просто не советую раньше времени паниковать. Выпейте шампанского. Успокойтесь. Вы знаете, шампанское и в радости и в горе помогает. Что бы сейчас ни случилось, оно поможет.

— Да пей ты уже свое шампанское! — раздраженно прошелестела Люсьена.

— И помолчите, — звонко посоветовала Лера.

Жорж совета послушался и удрученно уставился в пустой бокал, сожалея, что он не сообщающийся сосуд с бутылкой в баре. В создавшейся тишине все поняли: лучше бы он болтал ерунду. Воздух в холле накалился. Он тяжело двигался. С трудом попадая в легкие, заполнял их тяжелым грязным смогом, в котором искрило надвигающееся испытание. Предчувствие беды трещало в воздухе. Каждый его чувствовал. Знал, что время ушло. Девушку не спасти. Слишком поздно.

Но все молчали. Боялись своих мыслей. Гнали их прочь. Из головы. Из кислорода. Чтоб они не вернулись с воздухом. Через легкие обратно в мозг.

Но если беда уже случилась, то, сколько бы ты ни гнал мысли о ней из головы, реальность не изменится.

Рита задумчиво смотрела в окно. Помещение и все присутствовавшие ярко отражались в витрине. Но Рита знала, что темнота подкралась совсем близко, и освещение холла пробиралось через стекло и на стороне улицы боролось за права. Ночь бродила в деревьях дворика, заигрывала с придорожными фонариками. А может, это фонари отстаивали свои права у ночи. Смотря, на чьей ты стороне. На стороне света или тьмы.

Вот и они пытаются отбить Аню у тьмы. Где ее прячет ночь? Кто ее прячет? Что с ней?

Крик Кузнецова разрезал воздух отеля. Он не выбирал выражения.

Все подскочили. Побежали. Лера схватила Риту за руку. Не отпускала. Мужчины оказались быстрее и значительно перегнали девушек. Жорж и Люсьена, наоборот, прилично отстали. Его тормозило количество выпитого шампанского, ее — большой вес.

Найти Илью Кирилловича не составило труда. Он голосил на весь второй этаж так, что в соседних домах жильцы могли начать эвакуироваться, спутав его голос с сиреной. Он вышел в коридор, дверь в номер осталась открыта. Администратор пытался держать себя в сильных мужских руках, но бледнел на глазах, посматривая в комнату, и пятился к противоположной стене.

— Это ж что такое?! Одно убийство за другим! Что тут вообще происходит? Я вас спрашиваю! Маньяк у вас завелся? Вызывайте криминалистов! И труповозку! Григорий Максимович, быстро организуйте мне комнату для допроса. Я вас всех сейчас в кутузку посажу. И разбираться не стану. Доигрались. Развели бардак. Слов нет. — Он обернулся, услышав топот приближающихся ног. И грозно закричал: — Чего вы сюда несетесь? Топтать? Следы путать?

— Да чего тут путать? — выходя из номера, уточнил Волков. — Тут уже столько натоптали. Сколько труп висит здесь? Не один час.

— Смирнов, охраняй номер до приезда криминалистов, — приказал Кузнецов и опять обернулся: — А вы уходите. Идите в свои номера. Я вас всех вызову. Быстро! — прикрикнул он, когда никто не сдвинулся с места.

Близко к номеру подойти не было возможности. А у Риты даже не было желания. О том, что в номере труп, все слышали.

Рита почувствовала слабость в ногах. Они подкашивались, как будто кто-то невидимый давал под коленки, норовя уронить, сбить с ног, и они сгибались. Вместе с Лерой они остановились вдоль стены и оперлись об нее. Крепкая поддержка Леры тоже ослабла. Кто бы ее саму поддержал.

— Чей это номер? — спросил Иван полумертвым голосом.

— Я не помню, — в тон ему ответил Григорий Максимович. — Надо в компьютере смотреть.

— Вот мы сейчас все и посмотрим! — громогласно объявил Кузнецов. — Вы все, — обвел пальцем компанию, — уходите. Вы, Григорий Максимович, идете с Волковым. Волков! Иди сюда. Продолжаешь с Григорием Максимовичем обход отеля.

— Зачем? — еле слышно смогла прошептать Рита.

Но ее никто не услышал, тем более разъяренный Кузнецов, поэтому продолжал давать указания и ругать непослушных отдыхающих:

— Что вы тут столпились?! Я вам сказал: уходить. Волков! Ты еще здесь?

— Да, что-то Григорий Максимович идти не может, — оправдался Владимир. — Вам плохо?

— Да ему самому помощь нужна, — заметил Сергей и подошел к администратору поддержать. Он машинально, без всякого любопытства, скорее нечаянно, взглянул в открытую дверь и обомлел. — Этого не