Приватный танец для темной лошадки - Янина Олеговна Береснева

наследника порешил, — хмыкнул Гришка, закуривая. — А нас подставить хотят.

— Да нет, вдовица мило развлекается и совсем не выглядит напуганной. Если бы она была как-то замешана в этом деле, то с любовником бы временно не встречалась, а вела себя аккуратно.

Мы принялись спорить, но любая версия рассыпалась из-за отсутствия доказательств. Тут ворота открылись, и из них выехал тонированный красавец «Лексус». На скорости он направился в сторону центра, а Вася, устроившись за рулем, по непонятной мне причине, аккуратно двинулся за ним.

Мы с Люськой примолкли, а мужчины принялись обсуждать поимку злодея, оперируя уголовными терминами: Вася — легальными, а Гришка — какими-то блатными. В спальном районе «Лексус» завершил свой маршрут, из него вышел высокий подтянутый мужчина в льняном пиджаке, кепке и очках и, чуть прихрамывая, направился в сторону подъезда.

— Едрить-колотить, это ж тот, в шляпе! — подскочил Гришка. — Я его вспомнил, тот тоже хромал. И общий хабитус похож. Девки, я ж вам говорил…

Тут же мнения разделились: Гришка рвался начистить «шляпе» и его хабитусу пятак, чтобы выбить из него признание и фотки, Люська удерживала его за руку, я предлагала звонить в полицию, а Василий размышлял, как подойти к этому делу с юридической точки зрения.

Пока Василий кому-то звонил, а мы спорили, Шляпа опять вышел из подъезда с объемным черным пакетом в руке, сел в «Лексус» и неспешно отчалил.

— Так, надо звонить в полицию. Но инкогнито. Он наверняка едет избавляться от документов и ценностей, что взял у Палны для прикрытия, — заявила Люська.

— Сразу сделать это он не мог: надо было удостовериться, что там все нужные ему бумаги, — поддержала я ее. — Нет документов — нет дела. Оно и так трещит по швам. Для надежности любовник хотел избавиться от наследника, но не вышло. Или же Крышкин и впрямь явился в неподходящий момент и застал его роющимся в шкафу у матери, за что получил пулю. Хотя зачем бы он звонил насчет газа? Значит, заранее решил устранить пасынка и все спланировал.

Мы высадили Люсю у таксофона, поручив ей звонить в полицию, как только мы сообщим по мобильному, куда устремился злоумышленник. Сами же на скорости последовали за любовником мадам Гирзоян и предполагаемым злодеем в одном лице. Тот покинул черту города и свернул в сторону элитного коттеджного поселка «Зеленобор», расположенного у лесного озера. Там неподалеку как раз была Люсина дача. Только не в элитном поселке, а чуть дальше, в обычной деревне с гордым, но ничем не подкрепленным названием «Дворец».

Машину злоумышленник оставил у въезда, за деревьями, а сам, хромая, направился к озеру.

— Звони Люське, сча он все утопит — и амба! — запричитал Гришка, а я глянула на Васю.

— А что, если он тут ни при чем? Натравим на человека полицию. Ты мог обознаться, согласись? Ведь был не совсем трезв, и вообще…

Пока я бубнила, оттягивая решительные действия, Вася, достав из бардачка очки для зрения в роговой оправе, шедшие ему необыкновенно, присматривался к удаляющемуся силуэту любовника. И вдруг пробормотал:

— Погоди, да это же…

Не договорив, он выскочил из машины и, не прячась, устремился за хромавшим к озеру. Мы с Гришкой, ничего не понимая, переглянулись и выскочили следом. Почти сразу же, набрав скорость, я споткнулась о корягу и позорно растянулась во весь рост возле машины. Кусты скрыли от нас Васю и злоумышленника. Гришка тоже замешкался, помогая мне встать и отряхнуться.

Пока мы добежали до того места, где последний раз видели Васю, пока определили, куда они могли двинуться дальше, раздался всплеск. А сразу за ним — крики. Мы с Гришкой рванулись вперед, к самому берегу, различая между кустов силуэты дерущихся. Мужчины катились по земле, сцепившись друг с другом, яростно мыча, отплевываясь и матерясь. Хромой, наседая, тянул Васю к воде, на которой, словно лебеди, плавали белые листы «золотых» документов Палны.

Гришка проявил необычайную смекалку: пока я дрожащими руками вызывала полицию, он подобрал у берега пустую пивную бутылку и ринулся на подмогу. Оглушив любовника мадам Гирзоян и для верности связав ему руки своей майкой, он удовлетворенно крякнул:

— Вот тебе, гад. Добро всегда побеждает зло.

Я прониклась цитатой, смахнула слезу и кинулась к Васе. Он потирал шею, бровь была разбита, но в целом мой юрист выглядел молодцом.

— Вам надо сматываться, полиция приедет через пару минут, — вытирая ему лицо руками, пыталась я соображать вслух. — А я скажу, что гуляла у озера, увидела драку и позвонила. Нечего вам светиться. Извини, что сглупила. Он так тебя душил, я забыла, что надо было звонить через Люсю, инкогнито…

Вася привлек меня к себе и неожиданно поцеловал:

— Ты самый заботливый ветеринар в мире. Бежать не надо, все оказалось намного проще. Я узнал этого гада. Это мой коллега, адвокат, что вел дело мадам Гирзоян. Тот самый Анатолий Курочкин.

— Он же на больничном? — брякнула я, а Вася невесело засмеялся:

— Ну да, в конторе говорили, что подвернул ногу, играя в гольф. Оттого и хромал. У меня мелькнуло какое-то озарение тогда, на лужайке Гирзоянов. Но почему-то я эту мысль не докрутил. Полиции скажу, что заподозрил его в махинациях с делом Гирзояна и проследил за ним. Думаю, хозяин нашей конторы без проблем даст мне добро заниматься этим делом вместо Курочкина, так что все последующие события вполне уложатся в схему. Вам боятся нечего, идите в машину и сидите там.

Полиция прибыла в рекордные сроки, памятуя о том, что поселок элитный, а заставлять ждать элиту — дело опасное. Курочкина взяли с поличным, в пакете действительно нашли документы и пропавшие украшения Палны. Под давлением улик он не стал отпираться, заявив, впрочем, что мадам Гирзоян была не в курсе его телодвижений.

По его версии, он сам допустил юридическую ошибку вначале, из-за которой дело могли развалить в любой момент, а потом хотел помочь вдове и своей репутации адвоката, изъяв у истицы Палны кое-какие документы. Но в неподходящий момент явился Крышкин, и Курочкину ничего не оставалось,