Убийство под шубой - Евгения Букреева

– Она их нарастила, что ли? – поинтересовалась Томка. – Я ее видела прошлой весной, что-то я сомневаюсь, что ее волосы успели так сами преобразиться!

– Нарастила, нарастила, – подтвердила я с видом знатока. – Это очень заметно. У нее от недоедания проблемы с кожей и волосами. Я, кстати, ее спросила, где она делала наращивание, она в ответ только покраснела и что-то пробубнила невнятное.

Действительно, Вобла сегодня выступала в образе Русалки, ее длинные светлые и явно искусственно нарощенные волосы могли бы составить конкуренцию Маришке, вот только Катькина сестра имела свою натуральную гриву, да и во всем остальном не оставляла Вобле ни малейших шансов. Как, впрочем, и любой из нас. Но Вобла в упор не видела, что выглядит смешно и нелепо. Напротив, она взирала на меня с видом победительницы, как будто бы мы с ней постоянно соревновались. Да, Вобла именно так меня и воспринимала, как свою соперницу, хотя с Борюсиком мы расстались задолго до ее появления в его жизни. И надо признать, у Воблы была причина относится ко мне с опаской. Хотя моей вины в этом не было.

К сожалению, у Борюсика было две страсти – здоровый образ жизни и я. Поскольку совместить их у Борюсика никак не получалось, он предпочел мне ЗОЖ, но, к моему великому огорчению, иногда у моего бывшего ухажера случался рецидив. Обычно это происходило после употребления им малой дозы алкоголя, которым этот поборник трезвости и веганства баловался по праздникам. Надо отдать ему должное, дозу, которую он себе позволял, я бы даже не заметила. Но его измученный растительной пищей организм даже пятьдесят грамм легкого вина воспринимал на «ура», после чего Борюсик, хоть внешне и оставался достаточно адекватным, внутри начинал желать сексуальных утех, но почему-то не со своей законной половиной, а со мной, ежели я на свою беду оказывалась в поле его зрения.

Чтобы склонить меня к разврату и при этом не спалиться перед Воблой, Борюсик проявлял чудеса изобретательности и поистине дьявольскую хитрость и терпение. Вобла же, зная за мужем такую особенность, всегда была начеку и не уступала своему мужу. Мне тоже приходилось соответствовать, чтобы избежать участи любовницы ненавистного Борюсика и не пасть жертвой мести обманутой Воблы. Игры эти происходили каждый раз, когда мы волею случая оказывались вместе, и донельзя веселили всю нашу компанию. Недовольными при таком раскладе оставались двое – я и Вобла. Но вместо того, чтобы сблизиться на этой почве, напротив, Вобла считала именно меня исчадием ада и виновницей всех своих несчастий и ненавидела меня всей душой. Я, признаться, платила ей той же монетой, именно с моей легкой руки в нашей компании между собой ее называли исключительно этим неблагозвучным рыбьим именем.

– Все, девочки, хватит! Гости ждут! – прервала мои размышления Катька, и мы пошли в гостиную.

За столом Катька снова начала кудахтать над своими блюдами. Откуда у нее в голове засела мысль, что еду надо употреблять исключительно после боя курантов, никто не знал, но мысль эта засела крепко, и всем было строго-настрого запрещено трогать салаты и холодец, вместо этого Катька обнесла всех огромным подносом с приготовленными заранее канапе, и, только удостоверившись, что праздничная сервировка пребудет нетронутой до наступления нового года, она успокоилась и села с нами за стол.

– Ну что, друзья, проводим старый год? – Лешка на правах хозяина попытался взять на себя роль тамады, но был перебит говорливым Никитой.

– Не знаю, как у вас, а у меня год был достаточно тяжелым, так что провожаю я его с легким сердцем! И с надеждой на лучшее!

– Что это у тебя он был тяжелым? – поинтересовалась Катя у Никиты.

– Да все дела сердечные, Катюш! – хитро улыбнулся ей Никита и даже, кажется, подмигнул.

– У меня вот точно был тяжелый год, – пробурчала Томка себе под нос.

– Потому что тебя завучем назначили? – уточнила я.

– Угу, сразу столько всего навалилось.

– Вот у кого был действительно тяжелый год, так это у нас с Лешкой, – вздохнула Катька.

– Да, самоубийство лучшего друга легким и счастливым событием не назовешь, – я сочувственно посмотрела на Лешку, который при упоминании об этом заметно погрустнел.

– До сих пор не могу прийти в себя, – тихо проговорил он и выпил залпом свою стопку.

– Да, Володя всех нас удивил, – неожиданно подал голос Андрей, и все с недоумением уставились на него.

– Ты что, его знал? – поразилась я.

– Да, я был знаком с ним, – коротко ответил Андрей и замолчал.

– Ну да, вы же оба из Питера, – догадалась Томка.

– Все, хватит о грустном, у нас праздник или как? – решительно пресекла эту невеселую тему Катька.

– Точно, – согласилась Маринка, которая до этого тихо сидела за столом, уткнувшись в свой телефон. – У меня был нормальный год, обычный. А вот у вас, Павел?

– Что? – Павел оторвался от планшета и недоуменно посмотрел на нас.

– Мы тут вообще-то старый год провожаем, – я не удержалась от шпильки.

– Павел, действительно, уделите внимание нам, – проворковала Маринка и кокетливо поправила прядь светлых волос, якобы случайно упавших на лоб.

Томка, сидевшая рядом со мной, ядовито прошипела мне в ухо:

– Смотри, Мариша нацелилась на твоего Павла. Унюхала запах денег. Вот ведь паршивка, и не смущает, что он ей в отцы годится.

– Чему тут удивляться, – тихо ответила я подруге. – Крутой блогерши-инстаграмщицы из нее не получилось, а денег хочется…

Маринка, с трудом закончив школу, не стала никуда поступать, заявив удивленным предкам, что сейчас для того, чтобы заработать деньги, вовсе не обязательно учиться, с ее внешностью ей прямая дорога в Инстаграм. К сожалению, легкие деньги только казались легкими, и никто не спешил заваливать Маришу рекламой дорогих брендов и платить ей миллионы. Одной смазливой мордашки и фоточек себя любимой в разных декорациях и ракурсах оказалось недостаточно, таких мариш в Инстаграме было хоть пруд пруди. А потому несостоявшаяся блогерша полгода назад объявила, что теперь ее главной целью является подцепить богатого мужа. Впрочем, какие-то деньжата в последнее время у Мариши завелись. То ли все-таки блог стал приносить прибыль, то ли появились богатые ухажеры. Мне, в общем-то было все равно, я не сильно интересовалась чужими доходами.

Тем временем Павел, смущенно поправил очки, поднял стопку и неуверенно проговорил:

– Ну, давайте проводим старый год.

– Павел, вы нам так и не сказали, каким этот год был для вас? – не отставала Маринка от своей жертвы.

– Год как год, – рассеянно проговорил Павел. Было совершенно очевидно, что без планшета в незнакомой компании он чувствует себя крайне неловко.