Дарья Калинина - Клубничка по-шведски

Ознакомительный фрагмент

— И что же нам делать?

Повторный осмотр багажа позволил найти зажигалку, с помощью которой Кира развела наконец маленький костерок. Увы, для костра были нужны дрова, а Кира смогла найти всего несколько сучков, которые быстро сгорели. Но за это время подруги успели запомнить достаточно из инструкции по установке палатки. И с горем пополам приподняли ее, придав отдаленное сходство с домиком. Правда, с очень кривым и кособоким.

Однако что за беда? Погода стояла тихая и безветренная. Так что можно было надеяться, что творение рук подруг простоит до утра без особых проблем. Последние силы у них ушли на то, чтобы надуть матрас. Орудовали девушки ножным насосом по очереди. И к концу процесса чувствовали, что ноги у них онемели и готовы в любой момент отвалиться.

— Все! — простонала Кира, когда матрас был надут и запихнут в палатку. — Теперь спать!

— Как? А ужинать? Хотя бы чай!

В ответ Кира пробормотала, что за горячим чаем нужно идти к цивилизации. А до нее далеко. И вовсе не факт, что они потом найдут дорогу обратно.

— Так что ложись и спи! — велела она подруге.

И показывая пример, первой забралась в палатку. И немного повертевшись, устроилась там. Вскоре до Леси донесся ее нарочитый храп. Леся тяжело вздохнула и, прихлопнув одним ударом сразу пяток комаров, тоже полезла в их желтый домик.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Утро началось для Киры с кошмара. Ей снилось, что какой-то грозный зверь, почему-то с человеческим лицом ее дорогого пропавшего Вовика, напал на нее. И сначала вдоволь потоптался на ней своими слоновьими ногами, а потом принялся душить, наваливаясь со всех сторон и буквально облепляя ее словно жидкое тесто. Кира кричала, плакала и отбивалась от монстра. Но он становился все сильней, разбухал и душил ее все крепче.

— А-а-а! — завопила наконец Кира и проснулась.

Как ни странно, дышать от этого легче не стало. Напротив, рот, глаза, нос и даже уши были замотаны какой-то холодной, противно пахнущей гадкой пленкой.

— Пустите! — отбивалась Кира, чувствуя, что рядом с ней еще кому-то приходится худо. — Ле-е-еся! Ты где?

В ответ раздалось сдавленное кряхтение и такие же сдавленные проклятия. Кажется, Леська вела с неизвестно откуда взявшейся и опутавшей их пленкой сражение не на жизнь, а на смерть. Кира брыкалась, лягалась и даже кусалась. И наконец противная душащая ее субстанция отступила. Дернувшись всем телом в последний раз, Кира высунула голову на воздух и жадно набрала в исстрадавшиеся легкие побольше кислорода.

— У-у-уф! — вырвалось у нее. — Спасена!

— Помогите!

Кира оглянулась и с долей удивления обнаружила, что позади нее уже нет никакой палатки. Вместо нее валялся огромный, омерзительно грязно-желтый ком, из которого торчали веревочки и чьи-то дергающиеся ноги. По зрелом размышлении Кира поняла, что этот ком и есть их палатка. Просто во сне они ворочались и сорвали непрочное сооружение, намотав палаточную ткань на себя.

— Если это палатка, то в ней должна быть еще и Леся.

И придя к такому выводу, Кира принялась тянуть за торчащие наружу ноги. В конце концов ей удалось вытянуть подругу на свежий воздух. И она с удивлением обнаружила, что Леся стала какого-то странного синеватого цвета. И дышит как-то странно. С присвистом и хватаясь то за ребра, то за горло.

— Что с тобой?

— Что со мной?! Я чуть не задохнулась в этой проклятой палатке, вот что со мной!

Немного придя в себя, подруги решили, что заново ставить палатку уже не имеет смысла. Горизонт начал окрашиваться в нежные предрассветные тона. И хотя солнца еще не было видно, но оно уже намекало о своем скором появлении.

— Пора! — решила Кира. — Берем удочки и идем за Арнольдом!

— А куда?

— На берег! Куда же еще!

— А кофе?

В ответ Кира так свирепо глянула на подругу, что та без слов поняла: кофе не будет. Точно так же, как не было вчера вечером горячего чаю.

— Ладно, — проворчала Леся. — Лишь бы найти этого Арнольда. Уж я ему покажу!

И разобрав удочки, подруги уныло поплелись на берег. Рыбаков там не было. Но они, по словам Киры, могли появиться в любой момент. И потому девушки забросили удочки и устроились, лениво поглядывая на неподвижные поплавки.

— Кажется, кто-то идет, — произнесла Кира. — Приготовься.

Леся уже открыла рот, чтобы спросить, к чему ей следует готовиться. Как вдруг из-за поворота показались трое весьма крепких молодых людей. Они тоже увидели подруг. И с радостными криками:

— Вот она! — устремились к подругам. — Держи ее! И вторую тоже!

Дальнейшее напоминало кадры малобюджетного боевика, когда режиссер экономит на чем может. И в первую очередь на сценаристе, которого бюджет фильма вообще не предусматривает. Сценарий придумывают всей съемочной группой, и в результате он получается, как бы это сказать, несколько хаотичным.

Разумеется, все те места, где требуются логические заключения или рассуждения героев, просто заменяют сценами с кровавым мордобоем. В итоге зритель теряется. И начинает думать, что это он сам такой дурак, что не понял, в чем тут соль.

Точно так же растерялись и подруги, когда трое молодых людей с радостными воплями набросились на них. Скрутили опешивших подруг, забрали их удочки и потащили вяло сопротивляющихся девушек за собой.

— Куда вы нас тащите? — пыталась возмущаться на ходу Кира. — Я буду звать на помощь!

Она в самом деле открыла рот, но ощутимый тычок под ребра заставил ее издать болезненный стон и передумать насчет призывов о помощи. Таким манером подруг дотащили до ворот. Провели за высоченную бетонную ограду. Затем так же молча повлекли по дорожке мимо беснующегося огромного пса и впихнули в дом.

Тут подруг наконец-то поставили на ноги и дали им возможность оглядеться по сторонам. Один из напавших молодчиков куда-то убежал. Но двое других остались, зорко поглядывая на подруг.

— Где мы? — попыталась выяснить Леся. — Что вам от нас нужно? Чей это дом?

— Дом принадлежит мне.

Подруги дружно повернулись на голос. По роскошной лестнице с резными ореховыми перилами спускался невысокий полный господин. Самыми примечательными деталями в его внешности было пузо — огромное, мягкое и уютно колышущееся в такт движениям хозяина. И лысина — розовая и блестящая.

Все остальное казалось еще менее привлекательным. Кривые тонковатые ножки. И красные воспаленные глаза.

Хозяин дома, а это без сомнения был он, тоже смотрел на подруг не без удивления.

— Что за девушки? — спросил он наконец у замерших у стены молодчиков. — Зачем вы их ко мне привели? Да еще с удочками?

Молодчики при этом вопросе заметно смешались.

— Так это же… — сбиваясь и перебивая друг друга, принялись они объяснять. — На озере… На берегу… Рыбачили они! Все, как вы и сказали. Девушки с удочками. Красивые!

— Разве я вам говорил, что девиц было две?

— Так мы что?.. Мы разве знали, какая вам нужна? Видим, две. Обеих и притащили!

— Идиоты! — простонал хозяин дома. — Это не те девчонки.

— Совсем не те? — разочаровались молодчики, а подруги, наоборот, приободрились.

— Обе не нужны?

— Ни та, ни другая мне не нужна! Гоните их отсюда!

Но не успели молодчики сделать и шагу, как лысый толстяк передумал.

— Нет, погодите. Так будет нехорошо! Ну-ка! Оставьте нас наедине! Живо!

Молодчики, толкаясь и отпихивая друг друга, просочились через дверь. И через мгновение в гостиной даже и духу их не осталось. Похоже, хозяин дома, несмотря на свою комическую внешность, пользовался у охраны большим авторитетом.

Толстяк тем временем спустился вниз. И пытливо уставился на подруг. От его внимательного взгляда не укрылось ничего. Ни модельная обувь на ногах у подруг, ни костюмчик Леси, ни тщательно наращенные ногти с росписью на ухоженных ручках Киры.

Потом он переключился на удочки, которые подруги все еще держали при себе. Толстяк посмотрел на привязанные крючки, блесны, удилища. И нахмурился. А по мере того как он изучал внешний облик подруг и их удочки, его лицо принимало все более и более мрачное выражение.

— Вы — не рыбачки! — заявил он им наконец. — И в рыбалке вы ничего не понимаете!

В его устах это прозвучало вроде приговора. И подруги даже струхнули. Но врать не решились.

— Зачем вы тут оказались? — продолжал допрашивать их толстяк. — Зачем приехали на мое озеро?

«На мое озеро!» Уже и озеро стало его собственностью. С каких это пор, хотели возмутиться подруги. Но почему-то промолчали. Может быть, потому что толстяк при этом вел себя таким образом, словно имел на это полное право? Подруги ограничились нейтральными ответами.

— Вам-то что? — буркнула Леся.

— И вообще, что за обращение? — возмущенно добавила Кира. — Ваши люди схватили нас, силком притащили сюда, теперь вы нас из дома не выпускаете. Знаете, как это называется? Захват и удержание заложников! Даже статья такая в уголовном кодексе имеется! Вы не знали?