Дарья Донцова - Муха в самолете

Ознакомительный фрагмент

– Нет, – мотал головой Вася.

– Хорош кривляться, на вот, возьми еще деньжат.

– Сказано, я псов не перевариваю, – трясся Дед Мороз.

– Они мирные, – уговаривал Васю папаша.

– Не!

– Ребенка пожалей, он должен Дедушку Мороза на оленях видеть, – влезла в разговор мама.

– Ни за что.

– Сергей Петрович, можно я его пристрелю? – подал голос секьюрити.

– А тело куда денем? – задумчиво поинтересовался папа.

– Так в ливневую канализацию сунем, – деловито предложил охранник, – там пять метров глубина, еще и девка уместится, вместе с машиной.

Я вздрогнула, Вася начал икать.

– В ливневку не надо, – вмешалась мама, – там уже забито, лучше в овраг свалить.

Я присела на корточки, а Вася побежал к доберманам.

– Эй, Снегурок, – ласково пнул меня ногой другой секьюрити, – какого хрена ты расселась, чеши к олешкам, Костик наш нервничает!

Кое-как я добрела до снегоката. Синий, словно прокисший кефир, Вася сунул мне вожжи.

– На, управляй!

– Я?

– Ты.

– Но я не умею ездить на доберманах.

– Можно подумать, у меня есть аттестат гонщика собачьих упряжек, – проблеял Вася, – я боюсь дико, сделай милость, выручай нас.

Понимая, что выбора нет, я села на снегокат и дернула вожжи.

– Эй, пошли, залетные!

Доберманы нехотя двинулись вперед.

– Костенька, – хором закричали родители, – смотри-ка, он на олешках едет!

Одно из окон первого этажа с треском распахнулось.

– Вау, – понесся над тихим лесом звенящий крик, – прикольно!

Услыхав вопль, доберманы сначала осели на задние лапы, потом стрелой рванулись вперед. Я попыталась натянуть постромки, но тут перед глазами возник забор. Дальнейшее помнится с трудом. Вроде охрана выудила нас с «дедушкой» из сугроба и притащила на кухню, потому что в конце концов я пришла в себя возле большого стола, на котором в ряд выстроились бутылки, миска с салатом и лоток со студнем. То, что водка оказалась супердорогой, а в «Оливье» была черная икра, не спасало положения, меня затошнило.

К счастью, все закончилось быстро. Нас проводили до машины, и охранник, тот самый, что хотел пристрелить «дедушку», вежливо сказал:

– Вот тут вам, ребятки, еще денежки от хозяина, а хозяйка велела сумочки с харчами дать. Осторожней только, там бутылки и коробки с салатами, не рассыпьте.

Вплоть до следующего объекта я тряслась, как болонка, попавшая под дождь, но, когда «Ока» ворвалась во двор самой простой московской хрущевки, слегка успокоилась и подумала: «Ну тут, слава богу, никаких катаний на оленях не будет, нечего ждать неприятностей от обычных людей». О, как я ошибалась!

Впрочем, сначала все шло хорошо. Насупленный мальчик, понукаемый мамой, кое-как пробормотал стишок про заиньку.

– Очень хорошо! – бодро воскликнул Вася. – Коля заслужил самый лучший подарок, я принес то, о чем ты просил Деда Мороза.

Глазенки ребенка засверкали, Вася, сделав самое загадочное лицо, порылся в мешке и вытащил небольшую машинку.

– Ну, иди забирай, – поторопил он малыша.

Мальчик на секунду впал в ступор, мне показалось, что он не ожидал такого роскошного подношения и сейчас от счастья попросту потерял дар речи. Но следующие события ярко продемонстрировали, что госпожа Тараканова абсолютно не разбирается в детях.

Школьник подошел к Васе и вдруг со всего размаху пнул его ногой по коленке. «Дедушка» взвизгнул.

– Козел, – заорал мальчуган, – чего врешь-то! Я у тебя компьютер просил! На фиг мне эта дрянь!

Мама бросилась к сыну, но тот, ловко вывернувшись из рук родительницы, вцепился в бороду Деда Мороза. Бабушка ухватила внука, но мальчик, укусив старушку, снова начал лягать Васю.

Я, согнувшись в три погибели, хотела удрать, но тут мальчик понял, что Снегурочка пытается покинуть поле боя, и метнул в меня табуретку. Она угодила прямехонько в окно, послышался оглушительный звон.

– Ах ты, негодник! – завопила мама и набросила на сына плед, таким образом хозяева успокаивают разбушевавшуюся кошку.

Пока орущий безобразник выпутывался из шерстяного одеяла, мы с Васей ринулись к двери и благополучно ретировались.

– Вот мерзавец, – с чувством произнес Дед Мороз, – хотя бывали в моей жизни ситуации и похуже. Вот в прошлом году…

– Эй, ребята, – прервал его тихий голос.

Мы с Васей одновременно повернулись и увидели маленькую приятную женщину.

– Сделайте одолжение, – попросила она, – поздравьте мою девочку.

– Никак, маманя, не получится, – покачал головой Вася, – следующий заказ у нас ровно в семь, велено не опаздывать ни на минуту.

– Очень прошу вас, – со слезами в голосе стенала тетка, – инвалид она, в коляске сидит, да и идти далеко не надо, моя квартира на первом этаже, вот окно.

Мы с Васей переглянулись и, не сговариваясь, пошли за женщиной. В темной прихожей пахло бедностью и горем.

– Вот, – шепнула несчастная мать, – потом подарок ей дадите.

Я увидела, как она кладет в мешок Деда Мороза шоколадку, и почувствовала резкое пощипывание в носу, очевидно, Вася ощутил те же эмоции, потому что он тихо сказал:

– Я тут пока ля-ля, а ты сносись на проспект, там палатка вроде стоит с игрушками, на ключи от «Оки», возьми деньги, что нам хмырь с оленями дал.

Вася оказался прав, и я без всяких проблем купила Барби, потом вытащила из машины сумки с продуктами и пошла к бедной женщине.

Спустя десять минут мы с Васей ощутили себя настоящими Дедом Морозом и Снегурочкой. Маленькая девочка плакала от счастья, прижимая к себе куклу, мама металась по комнате, накрывая на стол, каждую вынутую мной коробку с салатом она сопровождала восклицанием:

– Ну и роскошь, смотри, Ниночка!

В конце концов мы сели за стол.

– Эх, «Оливье», – потер руки Вася, – ба, да он с икрой!

Я поморщилась, к горлу подступила изжога.

«Тра-ля-ля-ля», – запел кто-то в комнате.

Вася порылся в «шубе» и вытащил мобильный.

– А! Да, конечно, во, слушай!

Держа в одной руке сотовый, Вася выудил другой из кармана брюк, надетых под красный халат, фляжку, сделал пару глотков и сказал:

– Готово!

Потом запихнул аппарат в карман и сообщил:

– У меня того, с желудком беда, вот пью гомеопатию, жена напоминает, эту дрянь в растворе надо точно по часам глотать, без пятнадцати семь, иначе не подействует. Кстати, нам бы поторопиться, у меня следующий заказ ровно в девятнадцать ноль-ноль. Где список-то? Во, Вилка, гляди, видишь, напечатано: «Клиент требует ровно в 19.00. Сюрприз для хорошего человека». Я специально так маршрут составил, чтобы успеть.

– Не страшно на десять минут опоздать, – ожила хозяйка, – да вы ешьте скоренько, Снегурочка, чего сидите?

– Желудок скрутило, – призналась я, – и зуб сильно заболел. Прямо пошевелиться не могу!

Вася сунул мне фляжку.

– Глотай.

– Это что?

– Пей, не сомневайся, от желудка гомеопатия, мне сразу помогло и тебе боль снимет в животе, от зубов, правда, не поможет.

Я повиновалась, отхлебнула немного снадобья и подивилась его противному вкусу.

Вася налил рюмку, а женщина принялась рассказывать о своей жизни, о больной дочери, отсутствии хорошей работы, зарплаты…

Спустя некоторое время я спохватилась, встала и сказала:

– Простите, но у нас еще заказы.

Вася тоже поднялся и, пошатываясь, побрел в прихожую. Я с тревогой посмотрела на него, похоже, он из той же породы, что и мой папенька. Ленинид способен выпить ведро водки и даже не измениться в лице, но потом прибавленная к общему количеству крохотная рюмочка мгновенно уносит родителя, валит его с ног, и поднять папеньку просто невозможно.

Кое-как, спотыкаясь, Вася добрел до «Оки», сел в салон и уронил голову на руль.

– Эй, проснись, – велела я, с радостью отмечая, что боль в желудке как рукой сняло, кстати, и зуб перестал ныть, гомеопатия оказалась волшебной.

– М-м-м.

– Пересядь на пассажирское сиденье.

– М-м-м.

– Попробуй перебраться в соседнее кресло.

– Зачем? – еле-еле ворочая языком, осведомился он.

– Я поведу машину.

Василий задвигался, засопел, потом с видимым трудом сложил из весьма грязных пальцев фигу и повертел конструкцией перед моим носом.

– Видала?

– Отдавай ключи!

– Мартышка за рулем – смерть на дороге, – сказал Вася и начал икать.

Я попыталась сдвинуть его, но с таким же успехом мышь может толкать троллейбус.

– Ты забыл про заказы?

– М-м-м.

– Нас ребенок ждет!

– М-м-м.

– Немедленно пусти меня за руль и скажи адрес!

Вася повернул голову.

– Ты кто?

– Снегурочка.

– Не-е-е! Ты – Баба Яга, зуда с подзаводом, родная сестра циркулярной пилы!

Я прикусила нижнюю губу. И что делать? Бросить пьяного дурака и поехать к Наине Львовне? Сесть в метро в костюме и парике Снегурочки и в ботинках покемона? И потом, администратор не выдаст мне зарплату, заказы-то не выполнены полностью. Впрочем, моя «родная» одежда в машине, в пакете, можно переодеться, но денег-то я все равно не получу!