Маша Стрельцова - Дзен в большом городе

— Ну, я бы тоже на твою не отказался посмотреть, — снова промолвил Женька. — Ты ее как, любишь?

— Скорее она меня.

«Он что, еще кому-то назначил свидание?», — удивилась я.

— Добрый ты, Тау, — хмыкнул Женька. — Пойду я за пивком сбегаю, пожалуй.

Он ушел, а я выплыла из-за Незнайки.

— Здравствуй, Магдалина, — слегка улыбнулся Алекс.

Я смотрела на него, и отчего-то очень отчетливо вспоминала, как он морщился при каждой моей фразе, давая понять, что я порю несусветную чушь. Как он меня не стеснялся называть дурой и идиоткой, и в его устах это выглядело оскорбительным диагнозом. Как он скучающе объяснял, что я ему надоела и лишь его ангельское терпение не позволяет меня послать.

— Здравствуй, — медленно сказала я. — Зачем звал?

— Собственно приношу свои извинения, вчера понял, что временами был полным мудаком, — сказал он и обворожительно улыбнулся.

«Где-то я это уже слышала», — подумала я, посмотрела в серое небо, и спокойно ответила:

— Тау, я отдаю себе отчет, что дождаться от тебя извинений — совершенно нереально и посему надо это оценить. Но, черт побери, я не могу себя заставить сказать в ответ «Ок, Алекс, все в порядке». Ибо ты реально вел себя как полный мудак, и такое словами «простите-извините» не смывается. Что толку в твоих извинениях? Чтобы ты и дальше чувствовал себя порядочным и честным человеком и забыл про свои проступки?

— Магдалина, я просто извинился и все. Хотелось, чтобы ты знала, что я счел себя неправым.

Я подула на озябшие руки, вспомнила, о чем парни говорили до моего прихода и усмехнулась. Он что, счел мою вежливость и терпение любовью?

— Оставь свое милосердие и снисхождение тем, кто в нем реально нуждается. Я, безусловно, смертельно влюблена. И думаю, не сложно догадаться, что это не ты.

— Глупая ты, — как-то мягко улыбнулся Тау. — Я просто извинился, и все. Мне от тебя ничего не надо.

— Тогда ты рано начал этот разговор, — вздохнула я. — Просто ты так поиздевался надо мной, что я теперь при одном твоем имени плююсь ядом.

— Ничего. Это пройдет.

— Пойду я, — вздохнула я. — А Женьке привет передавай.

— Звони, — печально улыбнулся он мне.

Я шла, засунув кисти рук в обшлага куртки, отчаянно мерзла и думала о том, что иногда я очень не люблю, когда люди просят прощения.

И что сейчас человек передо мной извинился, а я испытала жестокое разочарование и некомфорт. Что я теперь, как любой порядочный человек, обязана оценить вот этот первый шаг, и по всем правилам этикета его простить. Я не смогла.

Иногда мне кажется, что извинения нужны только извиняющемуся. Потому что для него это автоматическое аннулирование того, что он натворил. После этого он имеет полное право говорить: «Я же извинился!» Все, проблемы нет. Для него.

Он поступил как честный человек!

Вот только что мне от этих извинений? То, что сказано и сделано — этим не исправить. Не эквивалентно.

Это словно вылить на горящий дом ведро воды и после этого считать, что дело сделано, пожар потушен.

«Злая ты», — укорил меня внутренний голос.

«Злая», — печально согласилась я.

«А может быть, он и правда искренне хотел извиниться?».

«Может. Только я ему больше не верю».

Я поплотнее завернулась в куртку и побежала к выходу из горсада. Завтра мы с любимым пойдем подавать заявление в загс. Я буду с ним навсегда, у нас родятся дети, и будем мы счастливы.

Около ворот я наткнулась на Женьку.

— О, Магдалина! — обрадовался он. — А я тебя заждался! Тау тоже тут, давай к нам!

Я посмотрела на его перебинтованную руку, ощутила укол совести и виновато спросила:

— Как оно?

— Да нормально, не переживай. Вот видишь, все утряслось. Я же говорил, что все будет хорошо, а ты не верила, дурочка.

— Чего? — возмутилась я. — Да ты только и твердил, что ничего делать не надо, само все сделается!

— А что, разве не так? — невинно улыбнулся он. — Вот посмотри на меня — не суетился, не бегал как ты, а «жив здоров и невредим мальчик Вася Бородин!»

— Только потому, что я бегала и суетилась!!! — возопила я. — Я все сделала, а ты только сидел и безмятежно цитировал дзенские историйки!!! Хоть бы спасибо сказал!

— Люди уже сталкивались с этой проблемой, — мягко улыбнулся он. Рассказывают, что один купец решил пожертвовать 500 кусков золота, называемых рё, на строительство более просторной школы. Эти деньги он принес учителю, который посмотрел на дар и спокойно сказал: «Хорошо, я возьму». Купец отдал учителю сумку с золотом, но остался недоволен отношением учителя. Один человек на три рё может прожить целый год, а его даже не поблагодарили за 500 рё!

«В этой сумке 500 рё», — как бы невзначай сказал купец.

«Ты мне уже сказал», — ответил учитель.

«Хоть я и богач, но 500 рё для меня большие деньги», — снова заговорил купец.

«Ты хочешь, чтобы я поблагодарил тебя за них?»— спросил учитель.

«Ты должен это сделать», — ответил купец.

«Почему должен я?»— спросил учитель. — «Дающий должен благодарить».

— История наглости и неблагодарности, — резко подвела я итог.

— Ты ничего не поняла, — покачал головой Женька. — Когда учитель принял в дар золото, он позволил совершить купцу благодеяние, что здорово скажется на его карме.

— Ну, значит мне о своей карме после недавних событий вообще больше беспокоиться не надо, я ее отработала на две жизни вперед, — едко ответила я.

— Злая ты, — укорил он меня.

— А я замуж выхожу, — внезапно улыбнулась я. — Вас с Тау приглашаю.

— За Дениса?

— Ну а за кого еще?

— Прикольный парень, — подумав, сообщил Женька. — Ладно, потом позвони, скажи, куда и когда.

— Обязательно!

Я шла по серой асфальтовой дорожке к машине и отчего-то счастливо и безмятежно улыбалась. Все, история эта закончена. Саднило только одно — Святоша как сквозь землю пропала. Ну да Бог с ней.

Я села в машину, откинулась на спинку сидения и, нежно улыбаясь, вспомнила то чудесное венчальное платье, что мы с Дэном вчера купили.

«Не люби его, девочка, мужская любовь что снег под лучами солнца», — печально шепнул мне голос мертвой Надежды.

«Вот этот урод тебе суженый», — гнусно захихикал голос Святоши и мелькнул образ утопленника.

— Идите вы все к черту, — уверенно улыбнулась я и поехала домой.

Мгновение дороже денег.

Этот день больше не придет.

Каждая минута — бесценное сокровище.

И я собиралась с толком распорядиться этим капиталом, прожить свои дни с любимым парнем и ценить каждую крошку счастья, а не думать о том, что однажды он меня разлюбит.

А за стеклом машины закружились снежинки. Первые снежинки в этом году. Я подумала, что вскоре занесут сугробы вывороченные могилы на кладбище влюбленных, и никто и не догадается, сколько боли и ненависти скрывается под ним.

Снег — он все укроет…

Вздохнув, я завела машину и поехала в цветочный магазин за роскошным букетом для Димки.

Примечания

1

Слово «Самурай» образовано от глагола «сабурау» — служить, но записывается тем же иероглифом «си», что и воин

2

япон. спасибо большое

3

цензура