Маска, я вас знаю! - Елена Ивановна Логунова

она неосторожно потрогала. Наши парни все отпечатки собрали.

– А поджог кто устроил? – спросила я.

– Так Золотухина же! Увидела, что у Ребровых снова обыск идет, услышала, что обнаружен тайный ход. Поняла, что на этот раз куча барахла в подвале не останется без внимания, и попыталась замести следы. Не вышло!

– Бедный наш Плюшкин, разворошили его хламовник, – посетовала я, но не стала этот момент драматизировать – еще с другой трагедией не покончила. – Значит, сразу после убийства Касатикова выйти из подвала с испачканным кровью жертвы барометром Алина не рискнула. А комп все же вынесла?

Сыщики отмолчались.

– Значит, вынесла, – решила я и продолжила свою литературную реконструкцию. – И бабка Плужникова со своего балкона видела, как Золотухина вошла в чужой подъезд, а потом вышла из него с ноутбуком.

– Что, есть свидетель? – встрепенулся Лазарчук. – Откуда знаешь?

– Бабка плюнула в Алину ириской. – Я хихикнула. – Попала в голову. Алина это не сразу заметила, а когда спохватилась – было уже поздно, конфета намертво влипла в волосы. Пришлось нашей красавице состричь свои кудри…

– Постой, я это уже слышал! – вспомнил Касатиков.

Я глубоко кивнула:

– И даже видел парикмахершу, которая стригла Золотухину. Уверена, она опознает Алину.

– Еще свидетель! – обрадовался Макс и потер ладони. – Теперь мы…

– Погоди, я еще не закончила. – Я не позволила себя перебить. – Золотухина, опасаясь, что бабка Плужникова даст показания против нее, попыталась убрать свидетеля.

– Тут еще и попытка убийства? Почему мы не в курсе? – Полковник недовольно посмотрел на младшего по званию.

– Не ругай Макса, эта история не получила огласки, – заступилась я за Касатикова. – Алина наколола снотворным вишни и оставила их в пакете у двери бабки Плужниковой. У нас так многие делают – в смысле не травят бабку, а приносят ей угощение. Жалеют одинокую старуху, она вообще-то не злая…

– Не отвлекайся, – попросила Ирка.

– По счастью, Светлана Петровна съела только несколько вишенок, все остальные высыпала на молодежную компанию, шумевшую ночью во дворе, – продолжила я. – И бабка уснула не вечным сном, в больнице ее откачали. Только она напрочь позабыла события последних дней…

– То есть этого свидетеля мы вычеркиваем, – огорчился Касатиков.

– Ты подожди, может, она еще все вспомнит, старческие провалы в памяти – вещь непредсказуемая, – успокоила его Ирка.

– Чуть не забыла: Золотухина же еще одной бабуле чего-то подсыпала! – вспомнила я. – Своей соседке Татьяне Васильевне! Та, добрейшая душа, то и дело приходила проведать «бедную Алиночку», беспокоилась, что вдова ночами не спит… А «бедная Алиночка» просто рылась в архивах супруга – искала тот самый роман Петра на бумаге. Видно, знала, что он текст распечатывал. Ну и добавила заботливой соседке в чаек то, от чего старушку на «Скорой» из дома увезли. Избавила себя от назойливого внимания. Татьяну Васильевну после больницы дочь к себе на хутор увезла…

– Так, минуточку! – Ирка заволновалась: – Постойте, получается, что бабка Плужникова в опасности? Ее-то никто никуда не увезет, она из больницы вернется домой, а там Алина, которая хочет ее смерти…

– А Алина не там, – сообщил Лазарчук и хрустнул соленым огурчиком. – Гражданка Золотухина уже не дома, она сегодня в ИВС ночует, утром будем с ней предметно разговаривать.

– Задержали-таки? – обрадовалась я. – Когда только успели!

– Сегодня днем, – ответил Касатиков и потянулся за салатом. – Не дома взяли, а у реки, куда вдовица хотела сыщицкий комп зашвырнуть. Удачно вышло – не взбудоражили ваш дружный двор.

– Она вынесла комп со двора? Как? – Я вспомнила, что как раз видела вдовицу-преступницу выходящей за ворота. – А, знаю, знаю! Она вложила ноутбук в нестандартно большую шахматную коробку, да?

– Так точно! Когда ты мне позвонила, чтобы я срочно летел на почту изымать конверт, Золотухина уже под наблюдением была. Сейчас ее как раз определили на постой в камеру. Мы ж, говорю тебе, нашли барометр и на нем полустертые следы рук обнаружили. А они, как оказалось, у нас в базе имеются – гражданочку Золотухину как-то задерживали за нарушение ПДД, что-то серьезное там было, ее тогда в отделение доставили и пальчики откатали.

– То есть я напрасно всю эту историю по кусочкам собирала? – огорчилась я. – Вы и сами ее из Алины Золотухиной вытрясете?

– Вытрясем, – подтвердил Лазарчук. – В первый раз, что ли?

Я насупилась.

Хоть бы спасибо сказал!

Ирка, сочувствуя, похлопала меня по руке и объявила:

– А меня эта история не просто впечатлила! Она меня сподвигла на то, на что я всё никак не решалась.

– Боюсь даже предположить, о чем речь, – буркнул Лазарчук.

– Вот и молчи, всё равно не догадаешься, где уж тебе, – отбрила Ирка. – Решилась я, друзья мои, попробовать себя в издательском бизнесе. А что? Если гора никак не идет к Магомету, то Магомет и сам может стать горой, так?

– В пословице немного по-другому, – напомнила я. – Но я понимаю, о чем ты. Надоело сбивать в стаю поэтов для печати сборников вскладчину? Я знала, что рано или поздно до этого дойдет. Но ты понимаешь, что коммерческого успеха трудно ожидать?

– Только впустую просадишь семейные капиталы, – просто и прямо сказал Лазарчук.

– Вы меня первый день знаете? – неприятно удивилась подруга. – Когда это я что-то впустую просаживала? Уж если инвестирую – всегда получаю прибыль, с чего бы тут делу обстоять иначе?

– С того, что стихи сейчас никто не покупает! – продолжал рубить правду-матку полковник.

– А я не буду издавать стихи!

Это было неожиданное заявление.

– Поясни, – попросила я.

– Вернее, я буду издавать и стихи, но не сразу, сначала заработаю капитал на модном бестселлере.

– И где его возьмешь? – осторожно спросила я. – Сама напишешь?

– Зачем? Использую подвернувшийся шанс. – Подруга взяла с края стола отодвинутый полковником конверт. – Опубликую роман Золотухина. Его даже продвигать не нужно будет: СМИ, когда узнают историю преступлений Алины, такую рекламу этому произведению сделают – читатели книжку из рук рвать будут! Вот увидишь, это еще будут обсуждать в ток-шоу на центральных каналах!

– Весьма вероятно, – пробормотала я, впечатляясь коммерческим планом подруги.

Все-таки как бизнесвумен она много круче, чем поэтесса! Такую идею родила в один миг!

– А что тут с авторскими правами, как ты думаешь? – Бизнесвумен продолжала стратегически мыслить.

– Даже не знаю. – Я задумалась. – Автор умер, могла бы наследовать жена, но она же убийца, значит, прав лишается… Детей у Петра не было, родители уже умерли…

– Чудесно, тогда решено, это будет первый опыт моего издательства!

– Отдай вещдок. – Касатиков не позволил подруге прихватизировать конверт с рукописью.

Будущая издательница насупилась.

– Не расстраивайся, зачем тебе эта бумага? Я пришлю тебе текст в электронном виде, уже отредактированный, – успокоила я Ирку.

– Супер! – Она