Злые глазки - Наталия Николаевна Антонова

Дверь одиннадцатой квартиры ей открыла симпатичная молодая женщина в сатиновом халате с голубыми незабудками. Андриана заметила, что глаза у женщины тоже голубые, прежде чем та успела спросить:

– Вам кого?

– Геннадия Матвеевича Шестакова.

– Гена ещё спит, – ответила женщина.

– Разбудите его, пожалуйста, – попросила её Андриана, – мне нужно задать ему несколько вопросов. И я сразу уйду. А приходить к вам ещё раз мне тяжело, – Андриана решила надавить на жалость, – я ведь уже не так молода, как хотелось бы.

– Хорошо, подождите, – сказала женщина. Она не стала спрашивать, кто такая Андриана и о чём именно ей нужно спросить Геннадия. Андриана сразу поняла, что это та самая жена Алёна, с которой Шестакову повезло.

Дверь Алёна не закрыла, и чуткий слух сыщицы уловил, как она тормошит мужа и приговаривает:

– Гена, вставай! К тебе пришли.

– У тебя есть совесть? – отговаривался Геннадий.

– Есть, – отвечала Алёна, – но у порога тебя ожидает человек.

– Какой ещё человек?!

– Пожилая женщина.

Андриана закусила от досады губы. Она не любила, когда её называли пожилой.

Но вот до её слуха донеслось шлёпанье босых ног и укоризненный возглас Алёны:

– Гена! А тапочки!

Что пробурчал мужчина в ответ, она не расслышала. Но вот он появился на пороге, выкатил на неё изумлённые глаза, потом зачем-то протёр их кулаком и спросил:

– Вы кто?

– Частный детектив, Андриана Карлсоновна Шведова-Коваль.

Геннадий неожиданно развеселился и спросил:

– Здравствуй, милый Карлсон! Ты из Швеции или из США ко мне пожаловал?

– Я ниоткуда! – рассердилась Андриана Карлсоновна.

Мужчина схватился за сердце:

– Не пугай меня так, – простонал он сквозь смех.

«Кажется, сосед с собакой был прав, – подумала про себя Андриана, – этому великовозрастному шалопаю необходима серьёзная Алёна, которая может держать его в руках».

– Ответьте на мои вопросы, – сказала Андриана строгим голосом учителя, – и можете идти досыпать.

– Какое там досыпать, – неожиданно став серьёзным, ответил Геннадий, – мне в восемь вставать.

– Тогда не так уж много вы и недоспали.

– Ладно. – Он махнул рукой. – Чего вы от меня хотите?

– Скажите, вы знали Валентину Юрьевну Яковенко?

Шестаков присвистнул и сказал:

– Эко вас занесло!

– То есть?

– Мы с Валентиной, почитай, лет двенадцать как разбежались.

– И больше не виделись?

– Нет. А что случилось-то?

– Убили её брата Андрея Яковенко.

– Пацанчика?

– Он уже вырос.

– Ах да. Сочувствую. Но я-то чем могу ей помочь? Как видите, я женат.

– Да, вижу. Просто я хотела спросить, как долго вы встречались с Валентиной Юрьевной и почему расстались?

Геннадий пожал плечами:

– Я встретил Алёну.

– Я понимаю, но ведь какое-то время вы встречались с Яковенко, и вас в ней всё устраивало.

– Кто вам сказал, что меня в ней всё устраивало? – неожиданно повысил голос мужчина.

– Не кричите так, – предостерегла сыщица, – ваша жена услышит.

– Алёна и так про Вальку знает! Она приходила сюда и устраивала скандал!

– Наверное, она очень любила вас, – предположила сыщица.

– Ничего подобного, – сердито опроверг её предположение Геннадий, – просто ей пора было замуж! Вот и вцепилась в меня, как клещ! Ей было всё равно, я или другой!

– В таком случае почему она выбрала вас?

– Она меня не выбирала! – отрезал Геннадий. – Просто я по дурости обратил на неё внимание. Сначала не разглядел её нутро. А как только узнал её поближе, так и сделал ноги. Желающих встречаться с ней больше не было. Вот она и не хотела меня отпускать! Пустилась во все тяжкие! Грозила Алёну облить серной кислотой!

– Не может этого быть, – не поверила Андриана Карлсоновна. – Вы наговариваете на Валентину Юрьевну. Тем более что желающие жениться на ней нашлись, и теперь она замужем.

– Неужели? – вполне искренне удивился Шестаков. – Жаль мужика, – посочувствовал он мужу Валентины.

Андриана Карлсоновна посмотрела на него растерянно, а он ласково улыбнулся ей и проговорил голосом, которым племянники разговаривают с любимыми тётушками преклонного возраста:

– Вы извините меня, Андриана Карлсоновна, но я ничем не могу помочь вам в ваших расследованиях.

– Я и сама уже это поняла, – вздохнула Андриана, – извините, что напрасно вас побеспокоила.

– Ничего – отозвался он и, подмигнув Андриане, проговорил: – И на старуху бывает проруха.

Андриана Карлсоновна сделалась красной, как переспевший помидор. А Шестаков охнул как-то по-птичьи и пробормотал:

– Простите, я совсем не то хотел сказать, милая Андриана Карлсоновна. Может, вы чаю хотите выпить?

– Нет, спасибо, – ответила она, поворачиваясь к лестнице передом, а к Шестакову задом, – удивительно, что вы запомнили моё имя-отчество, – пробурчала она.

– У меня отличная память, – ответил он и закрыл дверь.

– Вот ведь, говорила мне Инна Петровна, – бормотала себе под нос Андриана Карлсоновна, спускаясь по лестнице. – А я не послушалась. Прав полковник Кочубеев, вечно я нахожу неприятности на свою пятую точку.

Но, забравшись на мотоцикл и выезжая из двора, она принялась себя успокаивать и оправдывать: «Работа у меня такая. Никак нельзя оставлять невыясненными даже самые незначительные истории и обстоятельства. Так что Инна Петровна и Кочубеев правы только отчасти».

И тут зазвонил её мобильник, Андриана прижалась к бровке и остановилась.

– Говорите! – велела она звонившему.

– Это я, Горчакова, – ответили ей, – вы оставили мне свою визитку.

«Легка на помине», – подумала про себя сыщица.

– Здравствуйте, Инна Петровна, я узнала ваш голос. Что-то случилось?

– У меня для вас две новости. – Голос Горчаковой был полон ликования.

– Да?

– И обе хорошие!

– Что вы говорите? – обрадовалась Андриана и осторожно спросила: – Какие?

– Валентину выписали из больницы! А Родион срочно уехал в командировку!

– То есть Валентина Юрьевна сейчас дома одна? – уточнила сыщица.

– А я о чём вам толкую! – с некоторым нетерпением в голосе воскликнула Горчакова.

– Инна Петровна, я просто не знаю, как вас и благодарить, – начала было Андриана, про себя подумав о том, что та так и не простила коллеге увода у неё мужчины. Яблоко раздора по имени Родион…

– Потом отблагодарите, – хмыкнула Горчакова, не дав сыщице додумать, и отключила связь.

Андриана Карлсоновна облегчённо перевела дыхание. Однако визит к Гурьяновой она решила отложить на завтрашний день. А сегодняшний посвятить отдыху и собиранию в кучку мозгов и разрозненной информации, которая на первый взгляд казалась Андриане пустой. Но всё-таки в ней что-то было, она чувствовала это исподволь. Но для озарения не хватало какой-то, может быть, крохотной детали. Пока наверняка она знала только то, что старшая сестра воспитывала младшего брата и любила его почти что как мать. При этом она мечтала об устройстве своего женского счастья. Одно другому никак не мешает. Тем более что брат давно стал взрослым человеком и готовился обзавестись своей собственной семьёй. Сестра сделала это немного раньше. И вот брата кто-то убивает.