Клинок флибустьера - Наталья Николаевна Александрова

сгруппировалась, откатилась вниз по насыпи и еще минуту лежала, приходя в себя…

Потом ощупала тело.

Кажется, ничего себе не сломала и даже ушибов сильных не было — или они просто не ощущались в горячке побега. Насыпь кое-где поросла травой, это смягчило падение.

Клава подняла голову и увидела хвостовые огни поезда, набиравшего ход, удаляясь в ночь.

Она немного передохнула и встала на ноги, помянув добрым словом старого тренера.

Голова у нее немного кружилась, но ноги держали, и она пошла через ночной луг в сторону шоссе. Была ясная звездная ночь, какие редко бывают осенью. Клава быстро продрогла в одном свитерке.

Через час она дошла до шоссе и проголосовала.

Три или четыре машины проехали мимо, пятая остановилась.

В машине ехал дядечка пенсионного возраста. Он сочувственно оглядел Клаву и спросил:

— Кто же это тебя так?

Только сейчас Клава поняла, что после прыжка из поезда выглядит ужасно. Вся в грязи, волосы лохматые, на щеке кровоточащая ссадина. Неудивительно, что первые машины проехали мимо.

— Да это… — начала она.

— Полюбовник, что ли?

Клава кивнула.

— Сволочь какая! Ну ты садись, дочка, подвезу тебя до города… Да возьми вон курточку сзади на сиденье, пассажирка у меня была пьяненькая, вот и забыла…

Курточка была поношенная, про такие говорят — слова доброго не стоит, но Клава так замерзла, что была рада и такой.

Как оказалось, до Петербурга было совсем недалеко, и вскоре они въехали в город.

Старик-водитель не только не взял с нее денег (которых все равно не было), а еще и дал немного — тебе, сказал, понадобится, хоть поесть сможешь…

— Спасибо, дедушка! — В голосе Клавы слышались настоящие слезы, она повернулась и побежала к станции метро.

В метро было тепло, она постояла в холле и задумалась — где переночевать.

Водитель, перед тем как высадить ее, спросил, есть ли ей куда податься, и она легкомысленно ответила, что есть. Не хотела грузить доброго человека своими проблемами.

Но теперь она стояла посреди незнакомого ночного города в полной растерянности. Днем было еще тепло, но ночи уже холодные. Найти какое-то жилье в такое время нереально.

Можно, конечно, переночевать на вокзале, в зале ожидания, но это очень опасно. Соседка рассказывала, как несколько лет назад застряла в незнакомом городе и осталась на ночном вокзале — и там ее чуть не ограбили… еле ноги унесла!..

Кроме всего прочего, на вокзале ее могли найти братья Кривошеевы… и уж второй раз они ее не упустят!

И тут через окно Клава увидела подъезжающий к метро автобус, на котором крупными буквами было написано название конечной станции — аэропорт…

Она обрадовалась: вот выход!

В аэропорту безопасно, там можно провести ночь на мягкой скамейке, и там ее точно не будут искать криминальные братцы. Да если бы даже и искали, ни за что не нашли бы в шумном человеческом муравейнике аэропорта.

Она села в автобус и через полчаса была в зале вылета Пулковского аэропорта.

Здесь и правда было тепло и уютно, и легко было затеряться в толпе пассажиров и провожающих.

Клава пристроилась было на скамейке, но тут почувствовала, что после всех своих приключений зверски хочет есть.

Она увидела рядом сетевое кафе, взяла за стойкой большой бутерброд с ветчиной и помидорами и самую большую чашку кофе и огляделась в поисках свободного места.

Свободных столов не было, но за столиком в дальнем углу сидел одинокий симпатичный парень в теплой не по сезону куртке с меховым воротником.

Перед ним стояла тарелка с остатками еды и несколько пустых бутылочек из-под вина. Рядом со столом он пристроил чемодан и дорожную сумку.

Клава подошла к столику и спросила парня, можно ли к нему подсесть. А то свободных мест нет.

— Садись, конфетка! — проговорил парень немного заплетающимся языком. — Садись, веселее будет!

Клава подсела к нему, впилась зубами в бутерброд, с интересом посматривая на соседа.

Тому, видно, тоже хотелось поговорить, и он не нашел ничего лучшего, как спросить:

— Думаешь, конфетка, почему у меня такая куртка теплая? Думаешь небось, что я мерзляк?

— Да я, в общем, ни о чем таком не думаю, — честно призналась Клава.

Но парень ее не услышал, он продолжал:

— А вот и нет! Просто я через два часа лечу в Усть-Колымск, а там уже мороз! А если в чемодан куртку положить, туда больше ничего не поместится. И перевес будет. Вот я и надеваю ее на себя, лайфхак опытного путешественника!

Клава изобразила сдержанный интерес, а парень вдруг встал с места и сказал:

— Конфетка, ты мои вещички постереги, мне еще горючего надо прикупить!

Он направился к стойке.

Клава проследила за ним и, пока он не смотрел в ее сторону, расстегнула сумку…

Но не успела в ней пошуровать, потому что сосед уже вернулся с двумя новыми бутылочками.

— Выпьешь со мной? — предложил он.

— Ну, если совсем немножко… — ответила Клава, изображая деликатность.

Парень разлил вино по стаканам, поднял свой и проговорил:

— За настоящих мужчин, за нефтяников!

— А ты нефтяник? — с интересом спросила Клава.

— А кто же еще? Зачем я, по-твоему, в Усть-Колымск лечу? На белых медведей охотиться?

— А зачем?

— Я там на вышке работаю, вахтовым методом. Месяц на вышке вкалываю, месяц в Питере оттягиваюсь!

— А как твоя жена к этому относится?

— Да нет у меня никакой жены! — то ли с гордостью, то ли с сожалением ответил сосед. — Не встретил я еще женщину своей мечты! — и он с интересом посмотрел на Клаву.

— Ну да, некоторые мужики как выйдут за порог — так сразу неженатые!

— Ты не веришь, да? — Он протянул руку. — Вот, гляди! Видишь же, нет кольца!

— Ага, и кольцо непременно снимают… небось как из дома вышел, так в карман положил…

— Ну