Маша Стрельцова - Доктор Web для молодого вампира

Я тем временем достала сотовый, натыкала номер охраны, которая дежурит в холле нашего дома и сказала:

— Добрый день, Андрей. Это Магдалина Константиновна из двенадцатой. Узнал?

— Здравствуйте, конечно узнал, — бодро отозвался охранник.

— Андрей, я возвращаюсь с маскарадной вечеринки и на мне костюм бомжихи. Ты меня, надеюсь, признаешь и пустишь домой?

— Да неужто я вас да не узнаю?

Я лишь хмыкнула и отключилась. Я б сама себя сейчас не узнала.

Около дома я посмотрела на Узелка:

— Вы, разумеется, пойдете ко мне?

— Разумеется, — сухо кивнула она.

Мы с ней выгрузились и пошли ко мне домой.

Охранник в холле хихикнул при виде меня:

— Отлично замаскировались, Магдалина Константиновна!

Я кивнула ему в ответ, спеша к лифту.

Мы с Узелком поднялись в мою квартиру, я сразу же ринулась на кухню — готовить смесь, по пути сообщая Узелку:

— Женщина, мы же все люди, и должны помогать друг другу. Понимаете? Ути — пути, чебурашечка мой, сейчас я тебя накормлю, не рыдай ты так горько!

Узелок семенила за мной и возмущалась:

— И речи не может быть, что бы вам отдать ребенка, вы ему никакой родственницей не являетесь, как вы можете его забрать?

Я быстренько сделала смесь, и принялась чайной ложечкой кормить бэби.

— Тут бутылочка с соской нужна! — неодобрительно сказала Узелок.

— Мда? — с уважением посмотрела я на нее, достала сотовый и набрала Серегин номер.

— Аллё, — сонно отозвался он.

— Серега, срочно беги в аптеку на углу! — закричала я.

— Магдалиночка, что случилось? — голос его даже немного сел от испуга.

— Ничего не случилось, но случится! — рявкнула я. — Мне срочно нужна бутылочка с соской для младенца!

— Для младенца? — раздельно переспросил он.

— Да! — нетерпеливо сказала я. — Ну, так ты поможешь, или нет?

— Хорошо, — вздохнул он.

— Детям скажи чтобы поднимались ко мне! — велела я.

— Ладно, — вздохнул он.

Я засунула сотовый под свитер и снова принялась кормить малыша с ложечки:

— Вот так, чебурашечка, за маму ложечку, за папу… Сейчас тебе бутылочку принесут, и попируешь вволю, а пока уж как придется…

— Женщина! — не выдержала Узелок.

— А что «женщина»? — не отрываясь от кормления, спросила я. — Как видите, у меня условия и средства для содержания детей есть, и уж получше чем в детдоме.

— Не вам решать, где лучше, а где хуже, — буркнула она. — У меня предписание.

— Вы бы, не дай бог что с вами случилось бы, что предпочли для своего ребенка — мой дом или детдом? — задумчиво спросила я.

В дверь несильно побарабанили.

— Открыто! — крикнула я.

Тут же раздался топот маленьких ножек и девчонки с воплем повисли на мне.

— Тетечка Магдалиночка, а мы такие мультики смотрели сейчас!

— Тета Мамалина…

— На ручки никого взять не могу! — ласково ответила я. — Видите, тут я вам братика нашла!

Катька с сомнением потрогала маленький сверток с «братиком», а Настя деловито спросила:

— Ой! В магазине купили? И за сколько?

Я кашлянула, покосилась на Узелка и дипломатично ответила:

— Аист принес, вот только — только улетел.

Девчонки сорвались с места и дружно понеслись к окну.

— Смотри, смотри, летит что-то! — закричала Настя.

Катька радостно завизжала.

— Ну так что, поможем друг другу? — тихонько шепнула я Узелку.

— Так а как? — так же тихонько шепнула она.

— Пойдемте! — я встала, пошла в прихожую — холл и достала из сумки кошелек. — Пять тысяч, как обычно?

— Так ведь теперь еще и водитель в курсе, — засмущалась она

Я понятливо кивнула и достала десять тысячных бумажек.

Узелок их с достоинством взяла, после чего достала из сумки несколько бумажек и подала мне.

— Что это? — не поняла я.

— Так на ребенка документы, — объяснила она. — Медицинская страховка и свидетельство о рождении. Только имейте в виду — если родственники объявятся — ребенка надо будет отдать.

— Разумеется, — кивнула я. — Родственникам малыша отдам. Мне главное — чтобы он в детдом не попал.

Тут в дверь позвонили.

— Открыто! — крикнула я.

На пороге появился Серега с пакетом в руках.

— Бутылочку принес? — обрадовалась я.

— Это ваш супруг? — посмотрела Узелок на него.

— Не, сосед!

Серега обиженно посмотрел на меня.

— Ну что ж, я вижу дети действительно в хороших руках, так что попрощаемся! — вынесла вердикт Узелок.

— Всего доброго, — кивнула я. — Адрес мой и телефон у вас есть, если что — звоните.

И мы распрощались, как обычно довольные руг другом.

А я осталась с тремя детьми на руках.

— Это кто? — недоуменно спросил Серега, указывая на младенца.

— Димочка это, — нетерпеливо сказала я. — Давай бутылку!

Пока я наливала в купленную им бутылочку смесь, Серега недоуменно вертелся у меня под ногами.

И лишь когда Димочка счастливо зачмокал, Серега осторожно спросил:

— Слушай, это у тебя откуда?

— Сережа, — серьезно ответила я. — Я решила начать новую жизнь и пошла работать нянечкой.

— Чего — чего? — недоуменно моргнул он.

— Вернее не нянечкой, — спохватилась я. — Я решила сделать у себя на дому мини — детский сад. А что? Места у меня много…

— Ну и шуточки у тебя, — протянул он.

— А что, трое детей в моей квартире — это похоже на шутку? — хмыкнула я.

Серега промолчал.

— Хочешь, я тебе помогать буду? — неожиданно спросил он.

— Конечно хочу! — радостно завопила я.

Димочка на миг оторвался от обеда и недоуменно на меня воззрился.

— Спи, мой чебурашечка, спи, — ласково пропела я и сунула ему соску обратно в ротик.

Тот сонно моргнул и принялся лениво причмокивать.

— Сейчас уснет, — тоном многодетного папаши сказал Серега.

— Мне тоже так кажется, — согласилась я.

Мы помолчали, наблюдая за засыпающим малышом.

— Слушай, а ты где была сегодня, а? — осторожно спросил Серега.

— А что?

— Так ты в виде таком…

— Не нравится — не смотри, — пожала я плечами.

Потом отнесла Димочку на свою кроватку, положила его в центр и для верности подперла подушками. Не дай боже на пол скатится.

— Ой, а можно я за ним погляжу? — раздался Настин голосок сзади меня. Я аж вздрогнула.

— Можно, — буркнула я. — Но только поглядеть — спит ребенок — то.

— Я у мамы сколько братика просила — а она все ни в какую, — вздохнула Настя. — Как хорошо что вы его купили!

— Не купила, а аист принес, — нравоучительно поправила я ее.

У Насти и так бзик на коммерции, надо б ее отучать от этого.

— Да не было за окном аистов, одни вороны, — ответила она.

Я даже не нашлась что сказать. Спирать на невинных ворон доставленного ребенка у меня совести не хватило.

— Ну ладно, я пошла в ванную, — пробормотала я. — А ты смотри, братика не разбуди, ясно?

— Да я ж говорю — только погляжу, — кивнула Настя светлой головенкой.

Я с сомнением поглядела на нее — оставлять ребенка вместе с ней было как-то страшновато.

— Да вы не бойтесь, тетя Магдалина, — сказала она. — Я на Катьке натренировалась, я же старшая сестра как — никак.

Я посмотрела на важно вскинутый подбородок и подумала — а ведь Настя — неглупая девочка. Да, она выбражуля и аферистка, однако дурой ее точно не назовешь.

— Ну все, тогда я пошла, — кивнула я и со спокойной душой пошла в ванную.

Вот так в моем доме появился младенец.

Настя, на удивление, тут же приняла на себя львиную часть забот о малыше. Она с удовольствием готовила и грела ему смесь, пела песенки и играла в незамысловатые младенческие игры. Серега мне тоже помогал изо всех сил. Думаю, ему было приятно — ведь совместные заботы о малышах создавали какую-то иллюзию семейной жизни.

А я колола себе перфторан и феррумлекс, не забывая тщательно и осторожно продолжать Путь Смерти. Спала на постели, усыпанной могильной землей, почти приучила окружающих звать меня Магдалиной, каждый день мои домашние поминали киселем и блинами почившую рабу Марью. Правда, маменька несколько раз звонила, и несмотря на мои предупреждения упорно звала меня Маняшей. Мать мою переспорить трудно, и посему я мудро сочла, что Мария и Маняша — совершенно разные по звучанию имена.

Ночи я проводила в морге. Сторожам я щедро платила, и они ко мне не лезли.

Первое посещение было ужасным. Я бродила по моргу, откидывала простыни с лиц и боялась, отчаянно их боялась. Они были все синими, неестественно — застывшими, мертвыми …

Я ходила по рядам каталок, на которые лежали трупы, и остро жалела — отчего, отчего это не американский морг? Там все так здорово — каждому трупу отдельный холодильник! А тут они при обычной температуре лежали по неделям и пахли, боже, как они пахли!

Конечно же, для работы я выбирала самые свеженькие тела. Иначе бы я просто не смогла…

Я ложилась с ними на каталку, шептала заклинания в мертвые уши, ласково гладила и пропитывалась их запахом. Я капала своей кровью им на сердце, я вкладывала им под язык кусочки своих ногтей.