Злые глазки - Наталия Николаевна Антонова

пропадёт. Позови какую-нибудь свою подружку». Я, дура, и позвала Валю. А потом стала замечать, хотя и не сразу, что Родион звонить стал мне реже, встречи и вовсе сошли на нет. Он ссылался на занятость, и я верила ему. А когда узнала, что они сговорились за моей спиной с Валей, было уже поздно.

– И вы не побили соперницу? – спросила Андриана Карлсоновна.

– Нет, – покачала головой Горчакова, – что толку скандалить. Как говорится, после драки кулаками не машут.

– И вы смирились? – не поверила сыщица.

– Что мне оставалось делать? – развела руками Инна Петровна. – Родиона насильно я вернуть не могла. Так зачем же ещё и подругу терять.

– Хороша подруга, – пробормотала себе под нос Андриана Карлсоновна, она была уверена, что ни одна из двух её подруг, ни Леокадия, ни Мила никогда бы так не поступили с ней. Впрочем, как и она с ними.

Инна Петровна между тем продолжила:

– Некоторое время я надеялась, что Родион бросит Валентину. Но время шло, он её не бросал, но и не женился на ней.

– А почему вы думали, – спросила сыщица, – что Гурьянов бросит Валентину? – Хотя вернее было бы сказать, что Горчакова надеялась на это.

– Так ведь Генка Шестаков быстренько ноги от неё сделал!

– Какой такой Шестаков? – навострила уши Андриана Карлсоновна. Прозвучавшая фамилия была ей абсолютно незнакома.

– Геннадий Матвеевич Шестаков, – выдала на одном дыхании Горчакова.

– Где и когда Валентина Юрьевна с ним познакомилась?

– Ой! Познакомилась она с ним в поликлинике, он на приём приходил. А когда, – Горчакова задумалась, – лет двенадцать прошло. Я тогда как раз в декрете была. Валя ко мне домой бегала. Сначала хвалилась, потом плакаться начала.

– Что-то пошло у неё с Геннадием не так? – спросила сыщица.

– Всё не так было сразу, – усмехнулась Инна Петровна.

– То есть? – не поняла Андриана неприкрытую иронию Инны Петровны.

– Гене нужны были необременительные отношения, а Валя хотела замуж. В общем, они не поняли друг друга. Валя от Генки залетела и не успела ещё его, что называется, порадовать вестью о предстоящем отцовстве, как узнала, что Генка ей изменяет.

– Как же она об этом узнала? – спросила Андриана.

– Он стал пропадать по несколько дней, не отвечал на её звонки. Она возьми и устрой за ним слежку! И застала его с другой, молоденькой, как сейчас помню, звали её Алёной. Валентина скандал устроила! Генка её послал. Валя сгоряча избавилась от ребёнка.

– А где сейчас Геннадий Матвеевич Шестаков? – спросила сыщица.

– Понятия не имею, – повела плечами Горчакова. – Столько времени прошло! Женат уже, наверное, давно. Может, на этой самой Алёне и женился.

– То есть Валентина Юрьевна с ним с той поры не виделась?

– Нет, конечно! Он же выгнал её! Чуть ли не за воротник за порог выставил! – последние слова Инна Петровна проговорила с нескрываемым удовольствием.

– Брат её Андрей Юрьевич не догадывался о неудавшемся романе сестры?

– Нет. Валентина всегда умела шифроваться. Андрей вообще плохо знал свою сестру, – тихо проговорила Инна Петровна.

– А Родион?

– Что Родион?

– Он знал о прошлом Валентины Юрьевны?

– Смеётесь! Валька над Родионом трясётся, держится за него, как чёрт за грешную душу. И, конечно, ничего плохого о своём прошлом не говорит ему. Это только солнце не стесняется своих тёмных пятен, – добавила она, загадочно улыбнувшись.

Эта улыбка заставила сыщицу спросить:

– А вы ничего не говорила Родиону о Валентине?

– Нет, – ответила Горчакова. И Андриана поняла, что она говорит правду.

Сыщицу в характеристике, данной Горчаковой Гурьяновой, насторожило слово «чёрт». Почему чёрт?

Может быть, Инна Петровна сказала это в сердцах? Или она что-то скрывает? Но что именно и зачем? Скорее всего, Горчакова считала, что в Гурьяновой сидит чёртик или имеется червоточинка.

Андриана не очень поверила завистливой коллеге. То, что Горчакова завидует Гурьяновой, было видно невооружённым взглядом. В то же время Инна Петровна не старается опорочить подругу в глазах её мужчины. По крайней мере, напраслину на неё не наговаривает. Другая бы на её месте при первой же представившейся возможности ушат грязи вылила на ту, что отбила мужчину. «Ну и выдержка у Инны Петровны», – подумала Андриана.

– Вам ведь всё равно придётся переговорить с Валей, – донёсся до Андрианы Карлсоновны вкрадчивый голос Горчаковой.

– Надеюсь, что скоро мне удастся это сделать, – осторожно ответила сыщица.

– Филипповна сказала, что на следующей неделе Валя уже будет дома, – небрежно сообщила Инна Петровна.

– Филипповна? Кто это? – навострила уши сыщица.

– Мария Филипповна Образцова, соседка Гурьяновых, она за Валей в больнице присматривала.

– Вот как? – удивилась Андриана Карлсоновна.

– А вы не знали? – спросила Горчакова.

– Нет…

– Валя с Филипповной подружилась ещё в то время, пока была невестой Родиона. Валентина уже тогда у него жила. Родион часто в командировки ездит. Вот Валя теперь и коротает вечера без мужа с соседкой.

– А как же брат? – спросила сыщица.

– Вы имеете в виду Андрея?

– Да, ведь он тогда ещё был жив.

– Но у него у самого уже появилась невеста. К тому же Валя жаловалась, что Андрею надоела её опека. И его можно понять, ведь он уже был не мальчик. Ему нужна была личная свобода.

– А как Валентина Юрьевна относилась к друзьям брата?

– Друг у Андрея один был, Данила Богуславский. Хотя приятели, конечно, водились.

– А какие отношения были у Гурьяновой и Богуславского? – спросила Андриана и затаила дыхание, ожидая ответа.

Инна Петровна ненадолго задумалась, а потом ответила осторожно, подбирая слова:

– Мне всегда казалось, что Валя ревнует Андрея к Даниле.

– Но разве можно ревновать брата к его другу? – удивилась Андриана Карлсоновна.

– Выходит, что можно, – невесело усмехнулась Горчакова.

– Так вы думаете, что Валентина Юрьевна оговаривает Данилу Богуславского?

– Этого я знать не могу, – нетерпеливо повела плечами женщина.

– Действительно, – согласилась сыщица.

– А на работу к Родиону вы наведывались? – неожиданно спросила Горчакова.

– Зачем? – в ответ спросила Андриана.

– Могли бы и там что-то полезное узнать, – неопределённо отозвалась Инна Петровна.

Андриана хотела сказать, что информация о Гурьянове не может помочь в расследовании, но передумала и ответила:

– Может, вы и правы. Да только я даже не знаю, к кому там можно подступиться.

– Поговорите с секретарём Родиона Ольгой Эдуардовной Балашовой.

– Да разве ж она станет со мной говорить?

– А вы сошлитесь на меня, – как ни в чём не бывало, посоветовала Горчакова.

– А вы сами-то откуда знаете секретаря Родиона?

– Родион сам ко мне её год назад прислал. У Ольги мать заболела. Я добросовестно занялась её лечением и поставила-таки женщину на ноги. Так что Ольга мне по гроб жизни благодарна. И мы стали хорошими приятельницами. Я дам вам её