Кошкин дом с убийцей - Дарья Александровна Калинина

самому, согласен был на любую цену. Но он мне даже не ответил. Тогда я стал ему звонить, он игнорировал все мои звонки. Просто не отвечал на них.

– Приехали бы сами, чего уж там!

– Я послал своего представителя, но ваш отец не открыл ему даже дверь.

– Наверное, папа думал, что это какие-то мошенники его осаждают. Припоминаю, что он мне жаловался, что кто-то без конца ему трезвонит. А это были вы.

– И тогда я решил: была не была! Если предки нынешних владельцев моих картин отняли их у моих предков насильно, то я буду действовать тем же путем. Это будет даже в какой-то степени справедливо. Глаз за глаз, око за око!

– Разве это не одно и то же? – пробормотал Саша. – Глаз и око?

Но Нахапетов даже не взглянул в его сторону. Он вдохновленно вещал о своих подвигах, которыми явно очень гордился.

– Одна картина, которую Славка в первую очередь выпросил у своей тетки, к этому времени уже была в моей собственности, досталась она мне за сущие копейки, по сравнению с ее реальной стоимостью на рынке. Оставалось раздобыть еще четыре. И Славка оказался мне в этом деле необычайно полезен. Так-то он работал у меня в гараже, мыл машины, следил за их общим состоянием, выполнял кое-какие работы по саду, всякую ерунду. И получал тоже, соответственно, ерунду. Ему те деньги, которые я пообещал заплатить, если картины окажутся у меня, показались целым состоянием. Он на все был готов ради этих денег.

– Даже на убийства?

– Вот это вы бросьте, – набычился Нахапетов. – Славка мне рассказал, что кто-то наследил на месте, где он картины брал. Но только это не он.

– Значит, две следующие картины для вас выкрал тоже Слава?

– Одну из кошачьего домика, она до сих пор попахивает кошками, – кивнул Нахапетов. – Вторую картину Слава вынес из комнаты жилого дома.

Следователь сделал предупреждающий жест:

– Мне необходимо переговорить с вашим э-э-э… помощником. Со Славой! Вы же понимаете, он мог стать невольным свидетелем появления убийцы.

– Поверьте, я уж его хорошенько допросил. Он ничего и никого не видел.

– И все же…

– Не могу отказать своим гостям, – любезно расшаркался Нахапетов. – Закончим разговор, и я позову Славу.

– Итак, вам оставалось заполучить еще две картины. Но вместо них Слава принес вам дешевые копии.

– Ваших рук дело? – подозрительно осведомился у них Нахапетов. – Да, признаюсь, в тот момент я был здорово озадачен. В чем дело? Когда оригиналы превратились в копии? Даже, грешным делом, на Славку подумал, что это он двойную игру ведет, оригиналы спер и припрятал, чтоб потом их через третьи руки мне уже втридорога продать. Но потом я понял, что хоть в руках у меня и копия, но другая, а не та, которую изготовили по моему заказу. Да и слишком это была сложная комбинация для Славки. Он парень недалекий, звезд с неба не хватает, попросту говоря, туповат. В общем, с него я подозрения снял. Да он и сам был до того расстроен, что не получит обещанного вознаграждения, что упрашивал дать ему еще один шанс. И ведь не подвел! Притащил мне сегодня две последние картины! Теперь вся серия в моих руках, очень я этим доволен.

– Не радуйтесь раньше времени. Картины у вас будут изъяты в рамках уголовного дела, которое открыто по факту их кражи.

– Изъяты? – притворно удивился Нахапетов. – А вы их где-нибудь видите? Если да, то покажите мне. Я с удовольствием тоже на них полюбуюсь.

– Не волнуйтесь, найдем. Они где-то у вас в доме.

– Это вы так думаете. А картины уже давно тю-тю! Улетели! Не зря мой зять служит народу. Вот народ и отблагодарил, дал возможность пользоваться разными благами, в том числе выделил зятю вертолет. Конечно, вертолет небольшой, всего на два посадочных места, но пилота и картины вместить сможет. Вы так к нему ринулись, думали, что я там в кабине сижу? А я тут, перед вами. Мне скрывать нечего, смотрите. Но украденных картин вы не увидите.

– Это вы так думаете, – насмешливо произнес Алексей. – А я вот могу вас разочаровать: летательный аппарат давно перехвачен. И пока мы с вами тут ведем диалог, картины уже успели описать, а факт их изъятия запротоколировать.

После этого сделанного молодым следователем заявления Нахапетов заметно поскучнел.

– Тебе это так не пройдет, – злобно прошипел он в сторону Алексея. – Ты хоть знаешь, на кого осмелился лапу поднять? Попрощайся со своими погонами, молокосос!

– Вы о моих погонах не волнуйтесь, вы лучше подумайте, какие вещи возьмете с собой, когда отправитесь в следственный изолятор.

– Не дождешься!

– А вот посмотрим!

Когда они вышли из особняка, Алексей сплюнул.

– Тьфу ты, пакость! Как в ушате с помоями искупался! И это потомок благородного рода?

– Помещичьего, – поправил его Анатолий Андреевич. – Среди помещиков тоже было немало всякого отродья. А что, ты и в самом деле думаешь, что Нахапетова посадят в изолятор? За скупку краденого и организацию самой кражи?

– Ничего я такого не думаю, у него такой покровитель, который его от всех бед отмажет. Но пусть этот гад хоть немного поволнуется.

– Все дело! – одобрил Анатолий Андреевич.

Алексей сел в машину и скомандовал остальным:

– Поехали! Или вы хотите остаться?

Задерживаться в гостях у Нахапетова никто желания не испытывал. И все дружно запрыгнули в машину.

– Куда едем?

– Это тут недалеко. Нахапетов нам врал с самого начала, Славка покинул его дом, едва мы стали ломиться в ворота. Видели вертолет? Вот на нем Славка и улетел вместе с картинами. Вертолет мои коллеги посадили, картины изъяли, Славку арестовали. Сейчас поедем и будем разговаривать с молодчиком.

Алексей был весел, а Саше внезапно стало грустно. Вот и нашелся тот, кому предстоит отдуваться разом за всех. Нахапетовы свалят в туман, а на дурачка Славку, который вздумал выслужиться перед своими хозяевами, повесят всю свою вину. Ну а сами останутся чистенькими. Действительно, они же ничего и ни у кого не крали, все сделал Славка, с него и спрос.

Видимо, Славка тоже это понимал, потому что вид имел чрезвычайно печальный.

Увидев следователя, он тут же заявил:

– Я все скажу! Это Нахапетов заставил меня картины воровать.

– Прямо так уж и заставил? Силком тебя тащил?

– Нет, силком не силком, а хитростью. Сначала-то первую картину я ему притащил, это мне легче легкого оказалось, я ее просто у тети со стены снял да к Нахапетову принес. Все деньги, что он мне заплатил, я тетке отдал, чтобы она согласилась и дальше мне помогать. Рассчитывал, что за следующие картины Нахапетов мне втрое больше прежнего заплатит, а он один раз заплатил, а