Последняя лошадь Наполеона - Григорий Александрович Шепелев

опять ввязалась в эту дискуссию и никак не может остановиться.

– Какая разница? – заорала Света, – важно не то, с чего я это взяла! Важно то, как обстоит дело на самом деле!

– Да на самом деле это – персонаж вымышленный, овца!

– Это ничего не меняет! Мы все – вымышленные персонажи! Нас кто-то выдумал.

Рита дальше спорить не стала. Одним глотком допив пиво, она пошла одеваться, так как уже опаздывала куда-то. И Свете надо было спешить. Поскольку они закончили сборы одновременно и вышли вместе, Рита её подбросила до метро. Парковки были все заняты, и пришлось ей затормозить во втором ряду, включив аварийку.

– Так ты решила завоевать Россию? –       спросила Света, берясь за рычажок двери.

– Конечно. Я не могу поступить иначе.

– Но это – гибельный путь!

– Зато благородный. Я избавляю Родину от позорного крепостного рабства. Ты ведь вчера сама могла осознать, насколько оно позорно!

У Светы больше вопросов не было. Она вышла и побежала к метро. А Рита, преодолевая заторы, двинулась к центру.

Когда она стояла на светофоре перед метро «Площадь Ильича», её сотовый заиграл.

– Ритка, Ритка, Ритка! – вскричала Света сквозь грохот поезда, – знаешь, кто мне сейчас позвонил?

– Догадываюсь. Джульетта?

– Ритка, ты дура! Мне позвонил кинорежиссёр! Ну, этот, усатый, оскароносный… как его…

– Поняла. Твой номер кто ему дал?

Света захихикала.

– Представляешь, Жирик! Он ему скинул видеозапись нашей с ним речи на сцене и моих танцев!

– И эта мразь тебе предлагает роль?

– Да, самую главную! В новом фильме про террористов и про чекистов! Он мне сказал, что я идеально гожусь ему по фактуре и тембру голоса! Представляешь?

Вспыхнул зелёный свет и Рита возобновила движение.

– Ну, иди на контакт.

– Я прямо сейчас поеду к нему! Хрен с ней, с лекцией!

– А куда он зовёт тебя?

– На «Мосфильм»!

– Отлично. Удачи!

Рита нажала сброс. Проехав метро, она надавила на педаль тормоза, прижимаясь к обочине. Там стояла, синея сквозь дыры в джинсах совсем голыми коленками, худосочная неформалка с вихрастой рыжей башкой, торбой на плече и кольцом в носу. Вместо куртки на ней блестела заклёпками рокерская жилетка поверх очень длинной кофты. Когда красная «девятка» остановилась, носительница безмозглой рыжей башки мгновенно пристроилась рядом с Ритой.

– Захлопни дверь посильнее, – сказала та, – её клинит.

Ещё раз долбанув дверью, теперь уже со всей дури, рокерша потёрла свои коленки ладонями и спросила:

– Так ты меня потом отвезёшь на Дмитровское шоссе?

– Нет. Я дам тебе на такси.

Рыжая чума округлила глазки, будто услышав нечто ужасное.

– На такси?

– Конечно.

Странная дама вдруг успокоилась и кивнула, будто услышав важное уточнение.

– Хорошо. Гони на Лубянку.

– Ты что, ещё не купила?

– Купила только вино, – хлопнула больная тонкой рукой по сумке, – именно такое, какое надо. Ну, едем!

Досада Риты читалась в каждом её движении. Она молча о чём-то думала, разгоняясь и тормозя с предельной неосторожностью. Пассажирка сбивчиво тараторила, убеждая её не злиться и посочувствовать ей, проведшей две ночи в очень дурной компании. Так они доехали до Лубянки.

Рита припарковалась как можно ближе к аптеке. Возле её угла стояла очень странная группа – предпенсионная баба в норковой шубе и несколько молодых людей нетрадиционной ориентации. Они пытались что-то объяснить бабе. Та отвечала им крайне резко. Прохожие останавливались, прислушивались. Двое постовых милиционеров, стоявших поблизости, безразлично курили.

– Тётя Анжела здесь! – обрадованно вскричала спутница Риты, толкая дверь, – посиди, я быстро!

– Колёса взять не забудь!

Ответом была очень злая рожа – мол, кого учишь? Решительно распихав гомосексуалистов и оттащив норковую бабу от них на пару шагов, знакомая Риты о чём-то с нею заговорила. Та ей что-то дала, что-то взяв взамен, после чего девушка забежала в аптеку. Вышла она оттуда через минуту. Опять присоединившись к Рите, сказала:

– Ритка, цены взлетели! С тебя – ещё пятихатка.

– Что ты брала в аптеке? – спросила Рита, вручая ей требуемую купюру.

– Как – что? Баян!

Дав такой ответ, девушка с особенностями развития протянула Рите квадратную упаковку таблеток.

– Глотаешь две, потом пьёшь вино. Они всё нейтрализуют.

Бутылка «Абрау Дюрсо», клофелин в количестве трёх флаконов и шприц огромных размеров были извлечены из сумки. Наполнив шприц клофелином, рыжая тварь вкачала его в вино, для чего пришлось очень аккуратно проткнуть насквозь иглой пробку. Все три пустых флакона и шприц она убрала. Бутылку отдала Рите.

– А почему не водка и не коньяк? – поинтересовалась та, заводя мотор.

– Потому, что против сорокоградусного напитка таблетки не будут действовать.

– А если их сожрать больше?

– Ритка, не вздумай! Настюха всё экспериментировала с колёсами, так её неделю назад едва откачали! Если клиент пьёт крепкое – оголяешь сиськи. Пока он на них таращится, выжимаешь флакон в бокал. Если тебя палят, громко орёшь и падаешь в обморок. Ну, а дальше – по обстановке. А хочешь, я познакомлю тебя с Настюхой?

– Чтоб я заранее научилась грохаться в обморок? Познакомь.

– Так едем со мной на Дмитровское шоссе! Она сейчас дома.

Рассчитав время, Рита дала согласие и включила первую передачу. Её знакомая, избавленная от лишних хлопот, мгновенно уснула, вытянув ноги и привалившись плечом к стеклу. Было скользковато. Но, тем не менее, Рита ехала быстро. Весь путь до Дмитровского шоссе занял у неё двадцать минут. Не успела она на это шоссе свернуть, как её мобильник подал сигнал. Взглянув, кто звонит ей, она приткнулась к бордюру, благо что двигалась в крайнем правом ряду, и затормозила.

– Да, Руслан Рамазанович.

– Здравствуйте, Маргариточка. Вы в Москве?

– В Москве.

Собеседник Риты закуривал. Выдыхая дым, он спросил:

– Можете подъехать?

– Когда? Сейчас?

– Хотите – сейчас, хотите – часа через полтора. Это не горит. Нам с вами спешить-то некуда, сами знаете!

– Через полтора – два часа я буду у вас.

Раздались гудки. Когда Рита опять выруливала в поток, её пассажирка, приоткрыв один глаз, спросила:

– Кто это был?

– Следак.

– Чего хочет?

– В рыло.

Этот ответ так впечатлил рыжую, что она открыла и второй глаз.

– Он деньги, что ли, трясёт?

– Маринка, поспи ещё. Мне надо подумать.

Рыжая вновь закрыла глаза. Впрочем, ненадолго. Спустя несколько минут, выполнив пять – шесть её указаний, Рита припарковала машину перед одним из подъездов панельной многоэтажки.

– Я на чуть-чуть, – сказала она, когда вошли в лифт и створки его закрылись.

– Это уж как получится, – усмехнулась Маринка.

– В смысле?

– Если ты Насте сильно понравишься, твой следак тебя не дождётся.

Рита в ответ пожала плечами. Выйдя с ней на этаж, Маринка достала ключ и открыла дверь одной из квартир. Вошли. Квартира была обшарпанная, но чистая – ни пылинки. Из ближней комнаты доносились вопли Уитни Хьюстон. Судя по качеству, их воспроизводил кассетный магнитофон, которым периодически забивали гвозди. Кухня была микрогабаритная. На плите что-то жарилось. За столом сидела, подсунув левую ногу под бедро правой, тонкая девушка с золотистыми волосами, неярко выраженным восточным разрезом глаз и красивым носом. Она раскладывала пасьянс. Перед ней стояла бутылка виски, едва начатая, и бокал. На Маринку с Ритой, громко захлопнувших за собою дверь,