Дайана Мэдсен - Мозаика Бернса

Гарри обошел молчанием один факт — некто в «Хай-Дате» имеет непосредственное отношение к этому заговору. Этот некто убил Кена, Марси и пытался прикончить Джеффри Фира. Он же перерезал мой тормозной шланг и тем самым едва не покончил и со мной. Может ли Олсон-Картон быть не только промышленным шпионом, но и участником этой преступной схемы? На ум также пришло имя Нормана. Как шеф безопасности, он просто обязан быть осведомлен о происходящем.

Пока Гарри вводил меня в курс того, что ему было угодно мне сообщить, в комнату входили и выходили из нее другие агенты, приносили бумаги, докладывали что-то, разговаривали по телефону. Уже знакомая мне женщина, которую Гарри называл мисс Готтардо, появилась снова и передала Марли документ. На нем виднелся штамп «Срочно и секретно». Я потянулась, надеясь разглядеть еще что-нибудь, но Гарри пробежал бумагу глазами и вернул мисс Готтардо так быстро, что у меня ничего не вышло.

Тут зазвонил мой сотовый. Брови Гарри снова вскинулись, и пока я доставала телефон и смотрела на номер, он буквально впился в меня глазами.

— Кто это? — спросил Марли.

Номер был незнакомый. Я пожала плечами в жесте, на всех языках мира означающем «не знаю». Схватив мой телефон, он записал номер и передал его мисс Готтардо, которая опрометью выскочила из кабинета, явно чтобы «пробить» его по своим каналам. Гарри протянул телефон обратно.

— Ответьте.

— Алло, это Ди Ди Макгил.

— Добрый день, мисс Макгил. Это Джордж Мюррей.

— Джордж, как вы узнали мой номер?

— Э, лэсс, ваша тетушка сказала мне. Я в аэропорту О'Хара, прилетел буквально парру минут назад.

Гарри схватил меня за руку.

— Что за Джордж?

— Джордж Мюррей из Шотландии, — ответила я, прикрыв рукой микрофон. — Тетин э-э-э… предполагаемый жених.

Плечи Марли расслабленно опустились. Он откинулся в кресле.

— Продолжайте, — промолвил агент, махнув рукой и возвращаясь к бумагам.

— Ого, мы не ждали вас так быстро. Хотите, чтобы я забрала вас?

— Эге, это было бы замечательно, лэсс. Полагаю, нам предстоит вместе порработать над возвратом Элизабет неких утеррянных вещиц.

— Я сейчас занята, но скоро освобожусь и приеду.

Джордж продиктовал мне номер своего рейса и обещал подождать. Я нажала «отбой».

Задав еще пару вопросов, Гарри разрешил мне идти. Помогая надеть пальто, он с хмурым видом сказал:

— Это очень важно, мисс Макгил: ни в коем случае не ездите больше в «Хай-Дату». Ради собственной безопасности — вспомните про свой тормозной шланг. На вас уже покушались однажды, и мы не можем ручаться, что не произойдет еще одной попытки.

Когда я вышла на улицу, уже темнело, и уличный музыкант давно ушел. Людям не нравится подвергать себя воздействию понижающейся температуры.

Я пыталась переварить услышанное от Гарри Марли. Нет сомнений, что «Хай-Дата» вовлечена в операции с фальшивыми деньгами, но кто стоит за всем этим? Не исключено, что Гарри больше беспокоится о проблемах своего агентства, чем о моей безопасности. Будем надеяться, что так. Я намеревалась закончить порученную мне проверку соискателей к пятнице. Не выполню работы — не получу денег, а они мне нужны. Поэтому я твердо решила завершить рапорты, отправить их заказчику с курьером и покончить с делом.

45

По пути в аэропорт О'Хара я размышляла о похищенных тетиных сокровищах и все сильнее падала духом. Тетушка так их ценит, что не простит меня. Я чувствовала себя загнанной в угол, а для любого шотландца не существует более невыносимой ситуации. Снова вернулась жестокая головная боль. Остается уповать, что Джордж Мюррей сумеет помочь, ведь иначе ему придется распроститься с идеей женитьбы. А мне и с жизнью вообще, ибо Дракон сожрет меня живьем.

Надо сказать, это была вторая моя поездка в аэропорт за сегодня, и я не могла удержаться от воспоминания о прощальном поцелуе Скотти. Но от этого настроение ухудшилось еще сильнее.

Джорджа Мюррея я узнала без труда. Тетино описание оказалось точным: шесть футов три дюйма, худощавый, седые волосы, без очков, обезоруживающая улыбка. Элизабет, видимо, подсказала ему про крошку-«миату», потому как, заметив мою машину, он яростно замахал рукой.

Когда я подкатила к стоянке, он открыл пассажирскую дверцу и сунул чемодан от Гуччи в багажное отделение за спинкой.

— Привет, лэсс, — радушно поздоровался он, садясь в авто с экономичной расчетливостью движений, достойной атлета. Проблема была лишь в том, что он плюхнулся на мою сумочку. Торопливо выдернув ее, я бросила бедолагу на заднее сиденье, надеясь, что она не расстегнется и не рассыплет содержимое по всей машине.

Обменявшись со мной формальным рукопожатием, Джордж промолвил с лукавой улыбкой:

— А вы и впрямь красавица, как предупреждала ваша тетушка. Да и этот автомобильчик тоже.

Не раскусив его пока, я не бралась судить, комплимент это или ирония. Вид у Джорджа был такой, будто он и не совершил только что продолжительного перелета: одежда без единой складки, глаза излучают энергию.

— Ррванул прямиком сюда. В офисе даже не знают о моем отъезде. Я решил, что лучше будет дерржать все в секрете и застать Джека врасплох.

Губы Джорджа Мюррея расплылись в улыбке Чеширского Кота. Что мне еще оставалось делать, как не проникнуться симпатией к этому парню? Быть может, есть в нем некое je ne sais quoi, [48]что способно укротить Дракона?

Джордж заявил, что давненько не бывал в Штатах и намерен воспользоваться возможностью, но развлечения, конечно, подождут, потому как необходимо срочно разобраться с «делом Джека Максуини». Я с радостью согласилась. Чем скорее мы покончим с проблемой, тем скорее станет ясно — суждено мне жить или умереть. Поэтому я поведала Джорджу все в деталях про вторжение «Санта-Клауса», работу Тома Джойса над аутентификацией реликвий, нападение у книжного магазина и клок кашемировой ткани, вырванный Вульфи из пальто налетчика.

Джордж внимательно слушал, слегка наклонив голову вправо. Потом выразил радость по поводу того, что никто серьезно не пострадал, и спросил, с какой стати мне потребовалось аутентифицировать артефакты.

— Ведь я же заверил вашу драгоценную тетушку, что они подлинные, так чего же еще надо?

Я подозревала, что в своем кругу он считался человеком, чье слово ценится на вес золота. Потом Джордж попросил меня набрать по сотовому Тома.

Я потянулась за своей пострадавшей сумочкой. «Миата» дернулась на дороге, и слава богу, что Джордж успел перехватить руль. Оба мы проигнорировали возмущенные гудки идущей за нами машины.

Том ответил сразу. Я рассказала ему про Джорджа и объяснила связь, существующую между куском кашемирового пальто, выдранным Вульфи, и компаньоном мистера Мюррея, Джеком Максуини. Потом передала трубку Джорджу, который поинтересовался, не могли бы Том и Вульфи как можно скорее присоединиться к нам в чикагском офисе фирмы в Харбор-Пойнте. Он снабдил Тома инструкцией, как провести Вульфи в здание.

— Надеюсь, мы и сами сможем заставить Джека раз и навсегда покончить с этим делом по реликвии Бернса, — пояснил Джордж Тому, — но с присутствием вашим и Вульфи это случится наверняка.

На северной окраине Грант-Парка мы нырнули на подземную стоянку «Харбор-Пойнт Кондоминиумс». Эта пятидесятичетырехэтажная высотка расположена на углу северной части Лейк-Шор-драйв и восточной оконечности Рэндольф-стрит. Мне это здание хорошо знакомо, там располагается офис одного из моих приятелей-поверенных. Примерно год назад, во время одной веселой коктейльной вечеринки у меня выдалась прекрасная возможность ознакомиться с интерьерами дома, включая комнаты для гостей и подогреваемый бассейн. Если честно, некоторые сильно перебрали и, сбросив одежду, попрыгали в бассейн. Бдительная охрана вычислила нас, купающихся при свете луны на крыше, и кое-как выпроводила вон. Мне подумалось, что статистически шансы нарваться на ту же смену охранников ничтожно малы, да к тому же сегодня я полностью одета, так что меня все равно не узнают. Поэтому я глубоко вздохнула, припарковала машину и предусмотрительно решила не посвящать Джорджа в эти детали.

Поднимаясь на сорок второй этаж, я бережно придерживала сумочку с оторвавшейся застежкой, стараясь не растерять содержимое. Надо будет отнести ее в ремонт.

Доставая ключи, Джордж пояснил, что окна их апартаментов выходят на ту сторону треугольника высотки, которая смотрит на озеро Мичиган, и каждый раз ему не надоедает любоваться видом.

— Это оччэнь отличается от Эдинбуррга, — пояснил Джордж с усилившимся вдруг шотландским акцентом. — Эдинбуррг — великий город, столица Шотландии с 1437 года. В нем множество средневековых строений, памятников георгианской эры, и мы резко выступаем против небоскребов.