Трамвай в саду - Александрова Наталья Николаевна

– Эй, псих, вставай! – Ухо тронул Рваклю за плечо. – Давай прогуляйся...

– С удовольствием! – Рвакля со вкусом потянулся и вышел из машины. – Пока, Ушастый!

Через некоторое время машина пропала из глаз. Маркиз и Рвакля находились среди густого леса. Вокруг стояла удивительная тишина, время от времени нарушаемая только пением птиц. Где-то в стороне подала голос кукушка.

– Маркиз, ты веришь во всякие приметы? – поинтересовался Рвакля, прислушиваясь.

– Это ты насчет кукушки?

– Ну да, будто по ее кукованию можно узнать, сколько лет жить осталось.

– Ну посчитай. – Леня пожал плечами.

Кукушка издала последнее, полузадушенное «куку» и замолчала. Рвакля помрачнел.

– Да глупости все эти приметы! – поспешно проговорил Маркиз. – Ты же взрослый, разумный человек!

– Да, а все равно как-то неприятно...

За разговором спутники дошли до края леса. Рвакля раздвинул ветки, и перед ними открылась огромная поляна, со всех сторон окруженная густым лесом.

Они стояли на невысоком холме, поэтому поляна была перед ними как на ладони. В лесу уже начинало темнеть, но поляна была еще освещена золотистым вечерним светом. Посреди этой поляны был выстроен большой трехэтажный кирпичный дом, почти замок – с башенками по углам, с нарядной черепичной кровлей. Дом окружала высокая бетонная стена с внушительными металлическими воротами. Через поляну к этим воротам проходила отличная подъездная дорога – та самая, которая начиналась от Выборгского шоссе.

На дальнем краю поляны, там, где дорога выходила из леса, стояла темная машина с заглушенным мотором. Это была машина Мясника, та самая, за которой спутники ехали от старинных провиантских складов на Обводном канале.

– Интересно, куда это они приехали? – проговорил Леня вполголоса. – И еще интереснее – что они собираются здесь делать?

– Мысли читать я пока что не умею... – отозвался Рвакля.

– Жаль! Тогда придется подобраться поближе и посмотреть. Пойдешь со мной?

– Как скажешь! – Рвакля смотрел серьезно. – Если доверяешь... Вообще-то я виноват, так что должен идти. Ты-то свое обещание выполнил, а я пролопушил с кепкой-то...

– Ладно, пойдем, – сказал Маркиз. – Только смотри, Рвакля, никуда не суйся, держись за мной. Что ж, пойдем выручать твою подругу...

– Уж подругу! – сплюнул Рвакля. – Оборони Господи от таких подружек! Она же чокнутая совсем девка, безбашенная...

– Однако Мясник этот – жуткий тип. – Леню передернуло. – Не оставлять же ее с ним... И монета нужна...

В машине Мясника открылись дверцы, и из нее выбрались трое пассажиров – сам Мясник, его рослый подручный и Мальвина. Рядом с высоким, здоровенным парнем девушка казалась хрупкой и беспомощной. Даже с такого расстояния были видны выбивающиеся из-под яркой кепки разноцветные пряди, которые делали Мальвину похожей на экзотическую птицу. Мясник чем-то ткнул в бок Мальвины, и все трое двинулись через поляну к окружающей дом стене.

– Ну вот он, загородный дом моего отца! – проговорила Мальвина, показав на возвышающееся посреди поляны здание, окруженное высокой стеной.

Мясник покосился на Мальвину, подошел к ней вплотную, ткнул в бок нож и процедил:

– Смотри у меня, детка! Ты знаешь, что со мной шутить нельзя. Это опасно для здоровья. Если ты что-то задумала, лучше даже не пытайся, все равно не выйдет...

– Ну что я могу задумать? – Мальвина пожала плечами, вся ее фигура выражала отчаяние и смирение с судьбой. – Вот дом. Там, в этом доме, – брошь, про которую ты говорил. Чтобы ее взять, нужно войти внутрь. А уж как это сделать – это ты сам думай. Конечно, самое простое – если ты меня отпустишь, я войду туда и принесу тебе брошку... могу еще денег принести, я знаю, где есть деньги...

– Ты что – совсем за дурака меня держишь? – Мясник взглянул на девушку исподлобья. – Если я тебя отпущу – ты уже, разумеется, не вернешься.

– Ну а вас с Кувалдой внутрь не пропустит охрана! – Рядом с отцовским домом Мальвина заметно осмелела и смотрела на Мясника без прежнего ужаса.

– Пустит, – Мясник криво усмехнулся. – Разумеется, пустит, если ты ее хорошенько попросишь! А ты попросишь, детка, ты очень хорошо попросишь, потому что хочешь жить! Ты скажешь охранникам, что мы твои новые друзья...

– Тогда чего же ты ждешь? – Мальвина взглянула на Мясника с вызовом. – И зачем мы вышли из машины? Поехали прямо к воротам... посигналь и скажи, чтобы тебя впустили!

– Ну уж нет! У ворот наверняка куча охраны, мы будем чересчур на виду. Но я уверен, что в этот дом можно попасть не только через главные ворота. Наверняка здесь есть какая-нибудь неприметная калитка, и ты нам ее покажешь!

Мальвина молчала, хмуро глядя на Мясника.

– Ну, детка, давай! – Он снова ткнул ей в бок лезвие ножа. – Не забыла, как я заработал свою кличку? Так вот, не заставляй меня лишний раз об этом напоминать! Пошли к дому!

Мальвина закусила губу, мрачно понурилась и пошла к дому. Мясник шел рядом с ней, бросая по сторонам цепкие настороженные взгляды, Кувалда, позевывая, плелся следом. Похоже, все происходящее его не слишком интересовало.

И никто из них не замечал, что параллельным курсом в окружающих поляну кустах двигались еще двое – Маркиз и Рвакля.

Леня шел совершенно бесшумно, тихонько поругивая Рваклю, который пыхтел, спотыкался и хрустел ветками.

– Тише ты! Еще услышат!

– Да ладно, подумают, что это кабан... – отмахнулся Рвакля.

Когда до дома оставалось метров пятьдесят, Мясник сжал плечо Мальвины и прошипел:

– Я сказал – не к главным воротам! Я не хочу попасть на экран монитора! Веди нас к задней калитке!

Мальвина покосилась на него и свернула на узкую тропку, огибающую ограду дома. Обогнув стену, тропка действительно привела к малоприметной металлической калитке, над которой тем не менее виднелся глазок видеокамеры.

Мясник отпустил плечо Мальвины, прижался вплотную к стене и прошипел:

– Скажи, чтобы открыли калитку! Только смотри, если добавишь что-то лишнее, я тебя изувечу! К примеру, уши отрежу или нос. Это для начала, а потом Кувалда тебя задушит...

При этих словах Кувалда, который явно скучал, заметно оживился.

– Что, уже можно? – Он шагнул к Мальвине, плотоядно блестя глазами.

– Нет, нельзя! – прикрикнул на него Мясник. – Я скажу, когда будет можно! И отойди к стене, не торчи на виду!

– А кто здесь увидит-то? – недоуменно протянул Кувалда, оглядевшись по сторонам.

– С кем приходится работать! – вздохнул Мясник. – Я сказал – отойди к стене, значит, выполняй!

Кувалда пожал плечами и послушно встал рядом с шефом. Мальвина подошла к калитке, поправила торчащие из-под кепки разноцветные волосы и проговорила, подняв глаза к камере:

– Эй, кто там дежурит? Гена? Открой мне!

– Это ты, что ли, Мальвина? – раздался из динамика удивленный голос. – Ты откуда взялась? Пал Палыч говорил, что ты в клинике... тебя что – выпустили?

– Мало ли что он говорил! – фыркнула Мальвина. – Ну да, была я в этой дробленой клинике, только сбежала...

– Ну, ты даешь! – Охранник вежливо хохотнул. – Пал Палыч будет злиться...

– Не первый и не последний раз! – отмахнулась Мальвина. – Ну, ты мне откроешь наконец? Или так и будешь держать меня под дверью?

– Ох, Пал Палыч разозлится!

– Что ты заладил как попугай – Пал Палыч, Пал Палыч! Кстати, папашка дома?

– Нету его, с утра в город уехал! А Ирина Сергеевна дома...

– Только этой кобры дрессированной мне не хватало! – протянула Мальвина. – А хотя... это даже удачно, что она дома! Пожалуй, я устрою маленький аттракцион! Ну ты мне наконец откроешь или так и будешь держать на улице?

В стене загудел мотор, и калитка плавно распахнулась. Мальвина шагнула к ней, покосившись на Мясника. Тот угрожающе сверкнул глазами, пригнулся и проскользнул следом за ней, прячась от глазка камеры. Придержав калитку, он повернулся к Кувалде и прошептал громким свистящим шепотом: