Кровь Ангелов - Ирина Градова

наша программа, я вкратце опишу процесс, чтобы вам было проще понимать. Сначала проходит отборочный тур: мы знакомимся с потенциальными участниками и путем нескольких испытаний отбираем тех, кто действительно обладает какими-то особыми способностями.

— Простите, а кто это решает? — поинтересовалась Лера.

— В смысле?

— Ну, кто решает, есть у кого-то способности или нет? Кто может являться экспертом в таком, гм… спорном вопросе?

— Понимаю, о чем вы! На самом деле все очень субъективно, так как, вы абсолютно справедливо заметили, профессиональных экспертов в таких материях просто нет. У нас есть жюри, в состав которого входят профессиональный иллюзионист, профессор физико-математических наук, психолог с многолетним стажем и так далее — всего семь человек. Кроме того, у каждого выпуска новый ведущий. Вместе они, как нам кажется, вполне способны оценить степень сверхъестественности способностей конкурсантов!

— Выходит, в жюри нет ни одного, гм… экстрасенса?

— Ни единого!

— Что ж, разумно! — согласилась Лера. — Продолжайте, пожалуйста!

— В общем, после отборочного тура должно остаться тринадцать самых перспективных участников…

— Тринадцать? — удивилась Лера.

— Именно — тринадцать. Я знаю, что другие подобные программы обычно предпочитают семь или двенадцать, однако мы с самого начала решили, что «несчастливое» число добавит действу интриги!

— И тут, видимо, мы переходим к главному? — предположила Лера.

— Верно, — со вздохом кивнула Наталья. — Мы стартуем через неделю, а двое из отобранных нами кандидатов выбыли уже сейчас! У нас нет времени искать новых и устраивать отбор!

— А нельзя ли позвонить тем, кого вы забраковали, и пригласить? — робко задала вопрос Эльвира.

— Но ты же сама сказала — мы их «забраковали»! — развела руками продюсер. — Как это будет выглядеть, если эксперты возьмут свои слова обратно?!

— Ну да, ты права…

— А по какой причине кандидаты отказались от участия? — спросила Лера, которую само шоу интересовало мало, а вот факт показался ей заслуживающим внимания.

— Понятия не имею! Они просто исчезли, и мы не можем с ними связаться. У одной погоняло… прошу прощения, псевдоним — Блаженная Марианна, а второй пользуется настоящим именем — Камиль Шарипов. Моя ассистентка считает, что этот Камиль сдрейфил в последний момент, так как, если уж начистоту, он случайно проскочил: члены жюри до последнего сомневались насчет его способностей.

— Если не были уверены, зачем же тогда взяли? — удивилась Лера.

— Ну там было как-то пятьдесят на пятьдесят, понимаете? Некоторые испытания Шарипов прошел с легкостью, на других спотыкался и нес откровенную пургу. Тем не менее по сравнению с отсеянными он все же оказался более успешным.

Лера не понимала, как можно быть экстрасенсом «пятьдесят на пятьдесят»: по ее представлению, там другая арифметика — двадцать четыре на семь! Это означает, что настоящий «волшебник» готов к испытанию своих способностей семь дней в неделю, двадцать четыре часа в сутки. Кроме того, если человек и впрямь обладает каким-то особым талантом, он сразу скажет все прямо, как раскрытую книгу прочтет, а заниматься гаданиями на кофейной гуще, задавать наводящие вопросы клиентам и называть себя странными именами — удел мошенников или людей, искренне уверенных в своих сверхъестественных силах, то есть больных на всю голову!

— И что же теперь делать? — обеспокоенно спросила Эля. — Неужели вы отмените выпуск?

— Не вариант, — отмахнулась Наталья. — Слишком многое на кону!

— Что, например? — задала вопрос Лера.

— Например, оплаченное эфирное время, затраты на рекламу, поездки…

— Поездки?

— Ну да, ведь не все те, кто примет участие в программе, проживают в Питере и его окрестностях!

— Экстрасенсы отправляются в те города, откуда пришли заявки, — пояснила сестре Эльвира. — Перед началом сезона люди пишут в программу с просьбой разобраться и как-то помочь. К примеру, в каком-то доме происходят необъяснимые вещи, на дороге есть «несчастливый» поворот и так далее.

Лера полагала, что если в доме случается что-то «необъяснимое», то это, скорее всего, вина коммунальных служб, а «несчастливые» места на проезжей части связаны только с неправильным поведением автомобилистов, но говорить об этом вслух она не стала — не столько боясь обидеть продюсера проекта, сколько не желая расстроить сестру.

— Так что же вы все-таки намерены предпринять? — поинтересовалась она.

— Уже предприняли. Мы взяли одного из резерва.

— О, так у вас имеется резерв?

— Как раз на такой случай.

— А почему он не попал в «золотой» состав?

— Нам же требовалось всего тринадцать человек! Поймите, мы ведь отбираем участников не только по способностям, но и по биографии.

— Это как?

— Ну, нужно, чтобы они представляли интерес для зрителей, чтобы за ними интересно было следить, голосовать и так далее. Таким образом, у них должна быть история — настоящая или выдуманная, но занимательная! Внешность, кстати, тоже имеет значение: симпатичный или необычно выглядящий экстрасенс привлекает гораздо большую аудиторию, нежели страшненький или неприметный.

— Хорошо, я поняла, — кивнула Лера. — Получается, вы взяли тех, кто раньше не подошел по этим признакам?

— Одного. А вот второй пока под вопросом — нет у нас кандидата!

— А что, если выпустить не тринадцать, а двенадцать участников? — предложила Эля.

— Невозможно! Нашей фишкой было как раз то, что их тринадцать. В других программах подобного рода есть и семь, и двенадцать, но мы решили так, и менять правило ни в коем случае нельзя!

— Ну, с этим я, возможно, смогу вам помочь! — воскликнула Лера, осененная внезапной идеей.

— Ты?! — изумилась сестра. — Каким образом, интересно?

— Потом скажу. Наталья, это все, что вы хотели мне рассказать?

— Если бы!

— Тогда о чем…

— Вот, — перебила продюсер, доставая из баула необъятных размеров пачку писем. На сумке огромными золотыми буквами было написано: «Louis Vuitton». — Эти писульки стали приходить нам с начала отборочного тура!

— Угрозы? — уточнила Лера.

— Типа того. На самом деле мы периодически получаем такую, с позволения сказать, обратную связь, но обычно не реагируем.

— Почему?

— Да потому, что такое пишут либо больные люди из зрителей, либо те, кого отсеяли в отборочном туре! Первые только и ищут возможность заявить о себе, а последние чувствуют обиду, считают