Елена Логунова - Принц в неглиже

Ознакомительный фрагмент

— Угробил? — безнадежно заключил Сергей Петрович.

Вася неожиданно обрадовался:

— Да ну, че ей станется? Это ж сковородка! Тефлон, он хоть и легкий, но прочный, даже не погнулась! Я ее назад, в витрину, засунул, сегодня ходил посмотреть, так ее уже купили!

Беримор невесело хмыкнул. Оборвал лепестки с розы в вазе. Снова озабоченно посмотрел на Васю.

— Секунду! Я тебя спросил, где сейчас Серж, а ты сказал, что не знаешь! Как так?

Бурундук помрачнел:

— Вот я снова по порядку. Вечером зашел я в магазин, народу уже никого не было, ни чужих, ни своих, один Трофимыч, сторож наш, в кухне копошился, ужин свой в микроволновке грел… То есть он сначала меня впустил, а потом в кухню пошел… Ну и Серж неугомонный в кабинете у компьютера возился…

— Возился, говоришь, — повторил Беримор, мрачнея пуще прежнего.

— Ну да. Вызвал я его в торговый зал, там мы и того… поговорили… Потом дал я, значит, Сержу по башке сковородкой, он свалился. Я послушал — вроде мертвый. Ну, думаю, куда его? Я-то на такой случай место давно приглядел. Знаете, за Пионерским микрорайоном железка, за железкой лесопилка, а за лесопилкой большое поле, его частникам под застройку дали. Посреди поля — канава глубокая, вроде озера. Вокруг камыши, тихо, пусто, летом еще рыбаки сидят, а сейчас никого… Самое подходящее место!

Ну, Сержа дохлого я раздел, чтобы, если что, по одежде не опознали, хотел его в коробку затолкать — была одна подходящая в подсобке, не коробка — прямо двуспальный гроб! Ну, от того домашнего кинотеатра, что в ваш кабинет поставили. Но куда мне коробку? Не на грузовике же ее везти! Так что пошарил я еще в подсобке, нашел мешок, сунул в него Сержа, туда же пару кирпичей со двора — это чтобы, значит, Серж не всплыл. Выволок его черным ходом, положил в багажник и отвез к той самой канаве. Семь вечера, темным-темно. Я мешок с Сержем занес в камыши, скатил с горки, а плеска нет: не упал, значит, в воду. Поискал, поискал — не нашел. Думаю, приеду раненько утром и найду…

— И не нашел, — догадался Беримор.

— Не нашел, — уныло согласился Бурундук.

Сергей Петрович побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, перегнулся через стол к Бурундуку и жестко сказал:

— Так ты найди его, Вася. Живого или мертвого найди!

— Не, живого — вряд ли, — сокрушенно заметил Бурундук. — Тефлоновая сковородка — она знаете какая крепкая!

Часом позже Вася еще раз прочесал местность в районе дренажного канала. В руках у него была бамбуковая удочка, которой он периодически шарил в камышовых зарослях, пугая лягушек. Ни Сержа, ни мешка Бурундук не нашел, расспрашивать соседей остерегся.

Тем временем Беримор, откровенно нервничая, принял необдуманное решение обратиться за помощью к необычному специалисту. Он приехал в центр города, к многоэтажному зданию, в котором размещались офисы множества разнопрофильных фирм, по стертым ступеням поднялся на второй этаж и нашел солидную деревянную дверь с табличкой: «ИЧП «Фортуна».

В приемной Беримора встретила красивая девушка в белом халате, похожая на Снегурочку. Он ответил на несколько вопросов, Снегурочка-медсестра пригласила его пройти в кабинет, и он побрел к двери, не сводя глаз с лежащей на его ладони глянцевой визитной карточки: «Д-р Пиктусов. Прогнозирование и оперативная коррекция судьбы».

Беримор прошел по красной ковровой дорожке к просторному столу светлого дерева и выжидающе замер. Спиной к столу в мягком офисном кресле полулежал лысоватый мужчина в голубом халате, туманный взгляд его был устремлен на стену, украшенную пошлым горным пейзажем в белой рамочке.

— Доктор?

— Секундочку! — не оборачиваясь, сказал д-р Пиктусов. Он нервно вскинул руку. — Идет информация… Все, астрал недоступен. — Опуская руку, доктор потер висок, поморщился и эффектно, вместе с креслом, повернулся к Беримору.

— Здравствуйте, доктор.

— Здравствуйте! — Пиктусов с готовностью поднялся, перегнулся через стол и крепко стиснул руку пациента. Что-то громко хрустнуло. Смятая визитка подбитым голубем упала на стол.

— Так, — с удовлетворением сказал доктор, пробежав глазами текст. — Ну? Я вас слушаю.

— Прогнозирование, — подсказал Беримор, хрустнув пальцами.

Доктор жадно завладел протянутой ладонью, придавил ее густым белым светом лампы и завис выпуклым карим глазом над мощной лупой. Беримор недоверчиво поглядел на голую макушку доктора и перевел скучный взгляд на такую же голую вершину горы на картине.

— Ну что же, оч-чень вовремя! — сказал Пиктусов, одобрительно похлопав вздрогнувшего пациента по локтевому сгибу. — Считайте, успели!

— То есть? — переспросил тот.

— То есть успеете, если поторопитесь!

Беримор вопросительно приподнял бровь. Пиктусов быстро глянул на часы, радостно кивнул и сообщил:

— Похоронное бюро дальше по коридору. Рекомендую, останетесь довольны!

— Оставьте ваши штучки, доктор. — Как человек деловой, Никонов безошибочно чувствовал, когда его кто-нибудь хотел раскрутить. — Не нужно меня запугивать, просто скажите цену. Мне нужно найти одного человека, и, если вы мне поможете, я хорошо заплачу.

— Поиски пропавших — не мой профиль, слишком мелко, — покачал головой Пиктусов. — Этим занимаются низкочастотники. Советую вам пойти к гадалке, к экстрасенсу, а еще лучше — в милицию.

— Только не в милицию. — Беримор улыбнулся уголками губ и застучал пальцами по столешнице.

Пиктусов внимательно посмотрел ему в лицо.

— Доктор, я не знаю, как вы это делаете, — настойчиво продолжал Беримор, — но в прошлом году с вашей помощью генеральный директор строительной компании «Око века» нашел свою жену. Помните, она сбежала с его бухгалтером и парой-тройкой миллионов? Он нашел все: жену, бухгалтера и деньги.

— С моей помощью? — повторил доктор, пощипывая мочку уха.

— Так он мне сказал, когда давал эту визитку и советовал обращаться к вам в крайнем случае. Я все хотел расспросить его поподробнее, но не успел: в прошлом месяце он умер от инсульта.

— Это все глупости, вы пришли не по адресу, до свиданья. — Оттолкнувшись, доктор развернул свое кресло спинкой к столу.

— Он говорил, что я должен попросить вас произвести оперативную коррекцию.

Доктор медленно повернулся к нему профилем. Беримор вынул из кармана бумажник и положил его на стол. Доктор показался анфас.

— Тысяча долларов, — с нажимом произнес Сергей Петрович. Очень приличная сумма для провинциального эскулапа. — Или полторы?

— Две, — сказал Пиктусов таким тоном, что посетитель понял: торг здесь неуместен. — Рассказывайте.

Очень аккуратно подбирая слова и опуская детали, Беримор изложил суть проблемы.

— Да-да, я уже понял, когда смотрел вашу руку, — кивнул доктор. — Вам не везет, но это я могу поправить.

— И тогда я найду Сержа? — уточнил Беримор, которому таинственное исчезновение тезки казалось началом конца.

— Весьма вероятно. — Пиктусов задумчиво повертел в пальцах кредитки. — А чем пожертвуем?

Беримор непонятливо посмотрел на него, потом на свой бумажник.

— Речь не о деньгах, — улыбнулся доктор. — Позвольте, я попробую объяснить…

Он покосился на руку Беримора, пробормотал что-то нелестное про линию ума, вздохнул, помолчал и начал:

— Представьте себе, что жизнь — это торт: с кремом, с вареньем, с изюмом, марципанами и прочей петрушкой. Каждый получает свой кусок. Ваш, к примеру, с повышенным содержанием шоколада, но очень маленький, и вы хотите не его, а другой, побольше. Пожалуйста! Но там или шоколада нет, или тесто сырое, непропеченное. Не нравится? Вот еще кусок — побольше, с розочкой, только корочка пригорела. Вот и выбирайте. — Доктор склонил голову набок и с интересом воззрился на Беримора.

— Хорошо бы большой, шоколадный и с розочкой, — сказал тот, открывая бумажник. Подумал и веско добавил — И с орехами. И с вареньем.

— Увы, так не получится! — Пиктусов развел руками. — Баланс! Кто хочет длинную линию жизни, должен расплачиваться удачей, везеньем в любви — и наоборот. Есть, конечно, другие варианты: к примеру, можно линию ума урезать. — Доктор снова покосился на ладонь пациента и оскорбительно осекся. — Что бы еще? Жаль, у вас чувство юмора выражено неярко — мизинец, я вижу, не заострен, это явный признак… М-да, выбирать-то не из чего, трудный случай! — Он досадливо почесал лысину.

— Сделайте, что сможете, — попросил Беримор.

— Ну, это ваше решение.

Доктор поднялся из-за стола, прошел к раковине, вымыл и высушил руки, надел перчатки.

Просунув онемевшую от наркоза кисть за белую ширмочку, Беримор прислушивался к звяканью инструментов.

— Готово! — глухо возвестил наконец Пиктусов из-за ширмы.

Беримор посмотрел на свою перевязанную ладонь.

— Я сделал то, что вы просили, — предупредил вопрос доктор. — Вам начнет везти — может быть, не сразу, не все пациенты одинаково восприимчивы, но очень скоро.