Девица высокого помета - Маргарита Эдуардовна Южина

ней были? Может, она кого богатенького себе нашла?

— Не похоже, — покачала головой Гелла, отхлебывая кофе. — Это хвастуша. Если б у нее был кто богатенький, она б специально мимо нас на крутой тачке с ним каталась, всем бы глаза мозолила. А здесь… деньги были, а мужика — нет.

— И что было дальше?

— Ой, а дальше что было… Ты мне еще кофейку налей, а?

Сашка налила еще кофе, а Гелла рассказывала. Оказывается, Люська до родов доработала, а потом пропала. Вернее, не пропала, а рожать поехала, как она сама потом и рассказала. А после родов… ну, нет, чтобы просто уйти и все. Она же приперлась к Катьке сообщить, что больше на работу не выйдет. Боялась, что ее искать станут, а ей эти «хвосты» не нужны. Тоже — начиталась всякой фигни, типа, никто проституток просто так не отпускает, находят, а потом бритвой по горлу… Вот и испугалась, решила откупиться по хорошему. Видимо, было с чего. Типа, она собралась замуж за очень состоятельного мужика. Ну и Катенька, не будь дурой, она сразу ей заявила, что не может с ней просто так расстаться. Вот никак не может. А потому что… за место Люськи на трассе она — Катька платила, в профсоюзы деньги отчисляла, в отел кадров налог платила. А потому набежало уже…

— Неужели она поверила? Ведь не совсем же она дура.

— Может, и не поверила, но очень боялась, что ее потом найдут и убьют. Понимала, что Катька ей не может сказать «Гони выкуп, а то убьем!». Ну и сама спросила, дескать, что я вам должна, чтобы вы меня не трогали? И Катюша попросила колечко.

— Скромно как, — фыркнула Сашка.

— А чего ей скромничать, она видела, что Люська сейчас отдаст все, лишь бы не тронули. Да и это самое колечко не сама ж Люсенька горбатилась — зарабатывала. Она и знать не знает, сколько оно стоит. Красивое, да и все. А то, что там брюллик охрененный…

— А Катька знала?

— Я не в курсе. Но после того колечка Катька уехала за границу… Дом купила. Говорят, вроде бы, в Болгарии… или в Таиланде. Короче, фиг знает.

— Да, дела… А больше никаких денег Люська никому не отдавала?

— Никому. О ней бы итак не вспомнили, если б она не появилась, ну, а уж коли нарисовалась, да сама же и деньги предложила… грех было отказаться. Да у нас и народ такой — дай палец, они тебе ногу откусят. Может, ей бы и подсказали, даже имена девчонок назвали, которые спокойно соскочили «с трассы». Но не любили у нас ее. Гордиться нечем, а уж гонору было. Вот и пускай платит.

— Понятно… — вздохнула Сашка.

— А ее что — убили?

— А откуда вы знаете? — насторожилась Сашка.

— А чего думать-то? — усмехнулась Гелла. — Здесь всегда так — как кого пришьют, так сразу к нам несутся. К нам же почти каждый мужик заходил хоть раз. Вот, я смотрела на ваши фото, пока вы фото этой Люськи искали, видела… и ваш мужичок здесь бывал.

— Мой? — у Сашки пересохло в горле. — Это какой?

— Ну, покажи еще раз фото, — кивнула на телефон Гелла, и когда Сашка начала листать галерею, кивнула на фотографию Андрея. — Вот он.

Сашка не знала, что сказать. Совсем случайно она щелкнула Андрея, когда он приходил к ней с Машкой. Хотела показать сестре, как у нее рожа светится с ним.

— Он, правда, уже давно не приходил, — осторожно проговорила Гелла. — Но где-то полгодика назад… того… захаживал. Все про собачек нам рассказывал. А потом перестал ходить. Да не переживай ты, нормальный он мужик.

— Да я, в общем-то… — выдохнула Сашка. — Ну, спасибо тебе.

Она отсчитала женщине несколько купюр и спросила, — Может, довезти до места?

— Не надо, сама дойду. Хорошо, у тебя хоть согрелась.

— Скажи, а Кати этой уже нет здесь?

— Да что ты! Она сразу уехала. Кольцо приметное, мало ли кто хватится.

Сашка кивнула и направила машину к дому.

Павел проснулся оттого, что кто-то упрямо звонил в калитку, а собаки надрывались от лая.

— Саш, чего не открываем? — повертел он головой.

Сашки нигде не было.

— Ну, вообще зашибись, — встал Павел, надел рубашку и выглянул в окно. Возле калитки топтался Леня — участковый.

— Странно…

Что-то нехорошее шевельнулась внутри.

— Привет, а ты чего? — сразу спросил Павел.

Участковый внимательно посмотрел на Лебедева:

— А ты чего? Где Саша? Она мне назначала… встречу.

— Свидание? — насупился Павел.

— Встречу, я ж сказал.

— Ее нет… Сразу говорю — где она, я не в курсе. Сейчас позвоню…

Пока Павел звонил, Леонид уверенно прошел в калитку, закрыл за собой двери и оглянулся. Все было спокойно.

— Говорит, что едет к Машке. Ей надо нам всем что-то сказать. Поедем.

— А ничего, что уже десять вечера? Для гостей не поздновато? — спросил Леня.

— А мы не в гости, мы по делу. Или наши участковые после шести вечера меняют профессию?

— Поедем, — равнодушно ответил Леонид и поспешил к своей машине. Ждать Павла он не стал. Но и тот слишком не задержался — выскочил почти сразу же.

Когда они приехали к Маше, калитка там уже была открыта — их ждали.

— Привет, — вышла к ним Машка. — Смотрите, какую я классную шапку купила из песца. Себе и Сашке, чтобы нас теперь путали, а то Алинка говорит…

— Маш, ну хватит уже тряпьем хвастаться, — вышла Сашка точно в такой же песцовой ушанке. — Приглашай всех в дом.

Они зашли, и Сашка начала рассказывать про сегодняшнюю встречу с Геллой.

— Так что, теперь понятно, куда у нее кольцо подевалось, — подвела она итог.

— Кстати, теперь можно и папеньку сына этой Люськи не искать, — добавила Машка. — Скорее всего, она и сама не знает. Может, потому и сбагрила его так легко.

— Нет, ей просто не нужен был ребенок, — поежилась Сашка. — Паш, а ты чего это, как в воду опущенный?

Пашка и в самом деле стоял грустный, только с удивлением покачивал головой.

— Он просто офигевает, какая бы у него была супруга, — фыркнула Машка. — Хорошо, сейчас я из духовки курицу вытащу, а вы идите, мойте руки. За столом и поговорим, что дальше делать будем. Кстати, Андрей, выпусти собак, пусть перед сном побегают.

Машка прямо светилась вся, когда смотрела на Андрея. Андрей же вышел вместе с собаками, а следом за ним незаметно выскочила и Сашка.

— А ты чего? — обернулся он к Сашке.

На улице было не столько холодно, сколько ветрено. Ветер просто пронизывал до костей. Хотелось