Белая стрекоза и три папы - Янина Олеговна Корбут

берега-то видь! Еще надо разобраться, не ты ли Элле записку написал, — заревел он, но тут, к счастью, его подхватил под руки Дубровский. И сразу сделал мне знак не волноваться.

— Тихо, тихо, вот так. Кому-то уже пора баиньки.

Саламандра и оливье в башке

Вдалеке слышался шепот ветра: он нетерпеливо гладил листву деревьев, миксовал ритмы осени. Туманное утро было идеальным представлением, где каждый звук, каждый шорох казался частью гармонии природы. В этом мире тягучей осенней красоты так хотелось забыть о суете и проблемах, но они не позволяли этого сделать. Да еще и дождь принялся накрапывать.

Хозяйка жарила драники, я взялась ей помогать натирать картофель.

— Настоящий рецепт драников знаешь? Никакой муки и яиц, только тертая картошка и лук, чуток соли, жарить на раскаленной сковородке, чтобы были тоненькие и хрустящие.

— Хозяюшка, — задумчиво пробормотал Славик, — вот вы в первый день про порчу говорили, а снять можете?

— Нет, я только наслать могу, — вздохнула Анна, переворачивая очередной драник. — А тебе зачем?

Раздосадованный Славик махнул рукой, включил свое приложение по изучению китайского языка и принялся общаться с голосовым помощником, смешно коверкая слова.

— Са-ла-ман-дра, — добивался он от приложения. — Скажи, как будет по-китайски саламандра!

При этом Славик снимал себя для запрещенной соцсети. Той, в которой мозги людей разжижали короткими бессмысленными роликами.

— Тут одним снятием порчи не обойтись. Тяжело жить с оливье в башке. Еще и языки эти… За такое могли бы и инвалидность давать, — потихоньку сказала мне хозяйка, а я мысленно с ней согласилась.

После завтрака я проводила бабулю к фельдшеру и сама зашла, чтобы поговорить с ним о чудодейственных снадобьях и поблагодарить за вчерашнее. Еще у меня сильно разболелась голова, и я хотела попросить какую-то таблетку. Славик, конечно, увязался следом. И вот тут у забора показался Васятка в дождевике поверх куртки.

— Я к вам. Точнее, к доктору.

— Я фельдшер, — вышел вперед Саныч. — Но, собственно, чем могу… Что беспокоит?

— Доктор, у меня какая-то слабость… — заныл Васятка.

— Слабак! — буркнул Славик.

— А вы бы вообще молчали… Организаторы! С такой организацией…

— Иногда нужно уметь обходиться теми развлечениями, что есть.

— Доктор, я хотел сказать, что у меня не только слабость, но я начал сморкаться. В доме холодно, как ни топи…

— Сморчок! — смачно припечатал приятель, на что Васятка вообще возмутился:

— Как это понимать?

— Меня трудно понять, легко не понять и невозможно понять, — гордо заявил Славик и пошел в атаку: — Ты зачем воду баламутишь все новыми подробностями? Танечку вчера подставил. Такими темпами мы вообще отсюда не уедем.

— А что такого? Сказал, как есть. Вы вообще меня вчера подозревали в нападении на Эллу, я и то стерпел. Чем быстрее мы установим истину, тем быстрее уедем.

— Кстати, где Танечка? — поинтересовалась я, почему-то привыкнув, что они всегда ходят парой. Наверное, после того, как Васятка «вспомнил» о Танечке нехорошие подробности, она его покинула. Теперь Васятка напоминал ребенка, потерявшего маму в супермаркете.

— Она пошла помочь хозяйке угомонить Артема. Он тут один совсем распоясался. Дома-то он папашу боится. И Эллу. А тут почувствовал свободу.

— Может, ты еще что знаешь? Так выкладывай сразу, не тяни!

Васятка покосился на фельдшера, но тот явно был уже тугоух, оттого копался в своем шкафчике с лекарствами без особого интереса. Выудив оттуда парацетамол, он протянул Васятке конвалюту. А потом достал с полки банку с травами и, свернув кулек из газеты, щедро наспал туда сухой смеси:

— Сбор для иммунитета. Заваривайте по столовой ложке на стакан и пейте три раза в день. Как рукой снимает. И слабость, и ломоту. И сопли.

Я многозначительно глянула на Васятку, он все понял и мы вышли на улицу, чтобы переговорить без лишних ушей. Пусть даже и тугоухих.

— Так, кое-что слышал…

— Голоса? — хмыкнул Славик.

— Там, на теплоходе.

— Мне казалось, ты перебрал и спал без задних ног, — недоверчиво глянула я на Васятку, пытаясь понять, не фантазирует ли он.

— Да, я действительно выпил лишнего. Но так-то я вообще мало пью, поэтому не удивительно. Не хотелось откалываться от коллектива. Танюша дала мне угля, и через какое-то время меня потянуло… ну, в туалет. Вы же сами видели, стеночки там тонкие, слышимость идеальная. Сначала меня рвало…

— Можно без подробностей?

— Да, так вот, меня долго рвало, потом я умылся и пришел в себя. И вот тогда услышал, что в каюте рядом разговаривают.

— Подожди, твоя каюта была рядом с…

— Сашей Ивановым. К тому времени он уже сел на теплоход и был в своей каюте. Не один!

— А с кем?

— Соня, это точно был ее голос. Она хихикала, говорила всякое…

— Всякое?

— Ну, что обычно несут пьяные девушки, когда клеятся к парню?

— Понятия не имею. Я стараюсь пить умеренно.

— Похвально. Я тоже. Не считая того вечера, — пробормотал Васятка, заметив насмешливый взгляд Славика.

— Ладно, давай еще раз. Ты слышал их голоса в каюте. В принципе, ничего странного. Соня ждала Сашу, чтобы поздороваться.

«И не только…»

В голове стали мелькать картинки их возможной встречи, и они мне совсем не понравились. Когда подружка рассказывала о своих планах, я понятия не имела, что Иванов — это не Иванов.

— В общем, он как будто бы ее отвергал. Потому что она вдруг сказала что-то вроде «Я думала, ты приехал из-за меня». Он ответил, но тихо, я не разобрал. А она говорила на повышенных тонах, выпившая, оно и понятно.

— Так что она говорила?

— Я не смогу процитировать дословно… Понимаете, я тоже был не до конца трезв. Но она была обижена и как будто намекала, что до этого у них была связь. Ну, половая… В общем, он ей воспользовался, а теперь делал вид, что ничего не было.

— Василий, может, ты слишком загоняешься? — осадил его Славик. — Ну, перебрала девчонка, хотела любви, а Сашка с дороги, пыльный, грязный. Не выпил еще. Может, отшил ее, вот она и ныла.

— Нет, там было что-то еще… Теперь Иванов говорит, что ничего у них не было, но я думаю…

— Хорошо, — кивнула я, — попытаюсь узнать у… Саши, что произошло.

Васятка замахал руками:

— Ни в коем случае не говорите, что я что-то слышал. И так не хотел говорить, до последнего скрывал. Знаете ли, не хочу быть следующей жертвой.

— Ты считаешь, что Иванов мог убить Соню? — Славик почесал подбородок и уставился на меня со значением.

Васятка молчал с таким видом, что сразу было понятно: так и считает. Оказалось, он не договорил.

— После того, как