Владимир Болучевский - Немного грусти в похмельном менте

А Витя Лобов за время его транспортировки с улицы, где он был подобран, до вытрезвителя настолько разоспался, что от автомобиля до «приемного покоя» сержанты были вынуждены нести его на руках. Витя совершенно ничего не соображал, но бутылку самогона сжимал в руке мертвой хваткой. Сотрудники вытрезвителя, применив очень значительные усилия, эту бутылку — имея на нее свои, совершенно естественные, виды, — из его руки все-таки извлекли. Но в дальнейшем, когда в процессе раздевания клиента до трусов выяснилось, что у этого пьяного ханыги помимо полного отсутствия денег наличествует ксива офицера уголовной милиции и снаряженный полным (за исключением одного патрона) боезапасом пистолет, от мысли приватизировать эту бутылку они отказались. Тем более понюхав пахнущий свежей гарью ствол оружия.

Все Витины вещи были аккуратно сложены в отдельный шкафчик, а сам он препровожден в общее помещение и с миром уложен на топчан. До выяснения.

Глава 6

ПРОДОЛЖЕНИЕ ГЛАВЫ ПЯТОЙ

У парадной дома, в котором разместился подпольный бордель, остановились две заляпанные грязным снегом неприметные с виду белые «Волги», под капотом каждой из которых мягко урчали форсированные двигатели.

Синхронно распахнув двери, из автомобилей одновременно выбрались четверо коренастых мужчин в одинаковых темных пальто. Они подошли к парадной и, в то время как один из них последовательно нажимал на панели несколько кнопок, развернулись к видеокамере спинами. Замок немедленно щелкнул.

Мужчины поднялись по лестнице и вошли в приоткрытую дверь.

— Фаина! — гремело по коридору. — Фаина, выходи! Хуже будет!

Плотной группой мужчины в пальто подошли к совершенно пьяному длинному носатому субъекту в косо сидящей оперативной кобуре, надетой поверх свитера. Тот лупил кулаками в какую-то дверь и не обращал на них никакого внимания.

— Фаина! — орал он. — Лопнуло мое терпение! Выходи на расстрел!

— Товарищ, — вынув из кармана сигарету, подошел к нему один из четверых. — Прикурить не найдется?

— Чего? — обернулся к нему Заботин.

— Прикурить, говорю… — мужчина спокойным жестом поднес сигарету к губам и вдруг дунул в нее.

Вылетевшая из «сигареты» маленькая игла вонзилась Заботе в шею. Не успев охнуть, Забота кулем осел на пол.

— Первая единица пошла! — негромко сказал мужчина в воротник пальто и двинулся дальше по коридору. Двое его спутников подхватили обездвиженное тело и легко понесли его к выходу.

Нейтрализация Калинина происходила еще проще.

Войдя в указанную Фаиной (агентом «Тюльпан») комнату, сотрудники спецподразделения обнаружили его мирно спящим сном смертельно пьяного человека. Прихватив со спинки стула куртку Заботы, они взвалили его на себя и безо всяких проблем загрузили в автомобиль.

Две «Волги» синхронно развернулись на узкой улице и растворились в зимней мгле.

Приблизительно полчаса спустя возле той же парадной остановился милицейский «уазик». Из него вышел майор Молодец и старшина ППС Сан Паулыч. Кроме него, мобилизовать на усиление начальнику «убойщиков» было некого. Весь личный состав РУВД находился на территории района и осуществлял рейд. Сержант-водитель Рукодельников был не в счет.

— Вы давайте, вдвоем туда идите… — наклонившись к приоткрытой дверце автомобиля, сказал он Молодцу. — Я в машине посижу. Мне ее глушить нельзя, не заведемся потом.

На Молодце были надеты бронежилет и каска. В руках он сжимал короткоствольный автомат. Сан Паулыч был экипирован аналогично.

Руководствуясь информацией Заботы, Молодец подошел к панели и нажал расположенные на ней кнопки в определенном порядке.

— Вы к кому? — донеслось из динамика.

— К Алле Пугачевой… — Молодец взглянул в объектив видеокамеры, направил на него ствол автомата и передернул затвор. — Открывай давай. Иначе дверь гранатой взорву.

Увидев на мониторе ментов в касках, бронежилетах и с автоматами, те, кто сидел внутри, решили с ними не связываться, от греха подальше, и замок открыли.

Далее события развивались по накатанной схеме.

Двоих охранников, которые вышли в переднюю, Молодец с Сан Паулычем уложили под дулами автоматов на пол. Попинав для порядка ногами и сковав между собой наручниками крест-накрест рука к ноге, оставили их беспомощно бултыхаться носами в пол. Пошли по коридору.

— Забота! — орал Молодец. — Калинин, Андрюха!

Никто ему не отвечал.

— Што такой здесь тварисся?! — выскочила откуда-то рыжая сисястая тетка (исходя из полученного от Заботы донесения, хозяйка борделя по имени Фаина) и немедленно получила прикладом в лоб. Утробно квакнув, она брякнулась Сан Паулычу под ноги.

— Слышь, ты, жертва криминального аборта, — Молодец приставил ствол автомата к ее ноге. — Где мои парни? Не скажешь, коленку прострелю. Считаю до двух. Раз…

— Нет! Только не надо стрелять!.. — вмиг утратив всяческий акцент, истерично вскрикнула рыжая.

— Ну? — не отводил ствола от ее ноги Молодец.

— Там… — покосившись глазами на дверь одной из комнат, еле слышно прошипела Фаина.

— Там, говоришь, они? — Молодец недоверчиво посмотрел на дверь. — А почему тогда молчат?

— Там вам все объяснят…

Молодец на секунду задумался.

— Иди вперед, — приказал он рыжей. — И помни… если что, полкило свинца тебе в брюхо гарантировано. Поняла?

— Да-да, конечно, — поднимаясь на ноги, быстро кивала Фаина.

Подталкиваемая автоматными стволами в спину, она подошла к двери и постучала в нее условным образом. Молодец и старшина ППС, стоя в шаге за спиной рыжей толстухи, переглянулись и уперлись спинами в перегородку узкого коридора. Каждый приподнял одну ногу. Когда ключ в замке провернулся, они, метя каждый в свою половину объемистой задницы, двойным пинком сообщили телу Фаины такое ускорение, что оно, сорвав приоткрывшуюся дверь с петель, влетело в комнату и с грохотом опрокинуло стол.

— На пол!!! — врываясь в комнату, орал Молодец. — Всем на пол!!!

Ввалившийся одновременно с ним Сан Паулыч на всякий случай дал для острастки короткую очередь в потолок и шарахнул прикладом по голове подвернувшегося под руку голого толстого коротышку.

— Так… — стряхивая с себя осыпавшуюся с потолка известку, Молодец оглядел комнату и двух находящихся в ней совершенно голых мужчин. — И что я тут наблюдаю?

— Как вы смеете! — лежа на полу, толстяк прижимал руку к ушибленному месту головы.

— Противоестественный разврат! — тоном, не предвещающим абсолютно ничего хорошего объекту «наблюдения», констатировал майор. — Вот что я тут наблюдаю!

— Вы за это ответите! — взвизгнул совершенно голый коротышка.

— Чи-иво? — сдвинув каску на затылок, присел над ним Молодец. — А вот интересно мне… документы свои ты откуда вынимать будешь, пупсик?

— Я вам… я вам… не пупсик! — брызжа слюной, толстяк поднимался на коротенькие ножки.

— А кто ж ты такой? — склонив голову набок, поинтересовался Молодец. — И где мои парни? Предупреждаю сразу, если хоть одно слово из того, что ты сейчас скажешь, мне не понравится, отстрелю яйца. Веришь мне?

Невольно прикрывая поднятой с пола простыней пах и косясь на автомат, толстяк поднял перевернутый стул, вынул из кармана пиджака удостоверение и подал Молодцу. Тот внимательно его изучил.

— Ну хорошо, — вернул он ксиву полковнику. — Где и каким образом вы проводите свое свободное время, меня, в общем-то, не касается. Я вот, например, рыбалку люблю. А вы… — он посмотрел на забившегося в угол кровати голого очкарика. — Это ваше дело. Но все равно ответа на свой вопрос я так и не услышал. Повторяю: «Где мои парни?»

— А вы кто такой? — в свою очередь поинтересовался Шарудило.

— Майор Молодец. Начальник «убойного» отдела здешнего РУВД.

— А что вообще вашим оперативникам было здесь делать?

— Рейд у нас сегодня. По злачным местам. Директива Главка.

— Ваши сотрудники устроили здесь форменный дебош! — полковник Шарудило пошарил глазами по комнате в поисках брюк, но, не увидев их, завернулся в простыню. — А у нас тут… в общем, это совсем не то, что вы думаете! Это один из эпизодов в большой и очень серьезной игре! Ни в коем случае нельзя было допустить скандала! Вообще привлекать к этому адресу постороннее внимание категорически нежелательно, а тут… задержание нашего сотрудника! — полковник покосился на Фаину. — Всякие дальнейшие выяснения! Они могли таких дров наломать! И потом, где у нас гарантии, что кто-то из них двоих не работает на врага? Или даже оба. Вы такие гарантии даете? Может, все это их поведение было только ловким прикрытием, а на самом деле…

— Где они?

— У нас. Мы с ними разберемся, а потом…

— Так… — Молодец вновь задумался, а потом обратился к очкарику: — Ваши документы!