Проклятие злого Леопольда - Дарья Александровна Калинина

хотя бы Леночку. Она очень болезненно перенесла разлуку с тобой.

– Леночка – троюродная сестра твоего папы. Кстати, она внучка того самого дяди Пети, на чьей даче так стремился побывать Вася.

– Поедем к ней! Скорее!

Леночка встретила их радостно. Она выглядела сегодня получше, чем при их последней встрече. В квартире тоже как-то посвежело.

– После твоего ухода сделала уборку, – призналась Леночка. – И откуда только силы взялись! Мыла и чистила, словно молоденькая! Как чувствовала, что гости дорогие ко мне пожалуют!

Анастасия кинулась на грудь своей подруги.

– Прости меня!

И женщины долго и с упоением рыдали о прожитых ими в разлуке годах.

– Ничего, ничего, Настенька. Я же все понимаю. Ты боялась, потому и сбежала. Зато сына какого вырастила! Молодец, Настюша! Не сдалась, не потерялась после смерти Васи! Я всегда в тебя верила!

– А что с дачей твоего деда, Леночка?

– Мы ее продали.

– Но ты помнишь, как туда добраться?

Леночка не только помнила, но и вызвалась показать дорогу. Настроение у нее заметно улучшилось, а сил прибавилось. Она говорила так быстро, что за полетом ее мысли не всегда удавалось уследить. Но Леночку нисколько сей факт не тревожил. Наконец-то она находилась в окружении дорогих и родных ей людей. И уже одно это вызывало в ней прилив восторга и новых сил.

Глава 14

Прошлое успело затянуться, покрыться пленкой забвения. Воспоминания о гибели отца уже давно не причиняли такую нестерпимую боль, как в первое время. Теперь Вася мог вернуться памятью в те дни, когда его родители были молоды, полны сил и еще желали и могли чего-то хотеть. И случайно оброненная фраза пробудила какие-то тайные рычажки, которые привели в движение таинственный механизм памяти. И Вася вспомнил все, что натворил, будучи безрассудным и глупым мальчишкой. И старую яблоню. И чердак дачи. И свой возмутительный, как он теперь понимал, поступок.

– Дурак! – ругал он самого себя. – Идиот и конченый кретин! Там золота было только по весу несколько килограммов. Даже если считать ломом, все равно целое состояние!

Но Вася помнил, какие чудесные по красоте и изяществу были вещицы, найденные им в тайнике, выкопанном родителями под яблонями. И он должен был оставить их на месте. Но нет, ему же понадобилось выпендриться! Теперь ему была ясна причина, по какой его папа с мамой после своей последней поездки на дачу дяди Пети вернулись назад с бледными и несчастными лицами. Папе были нужны деньги, чтобы поехать за машиной в Польшу. Такова была его бизнес-идея, которую он надеялся осуществить.

– Они искали под яблоней сокровище и не нашли его! Думали, оно пропало, а оно было перепрятано!

И Васе было очень стыдно. Он помнил, как все кончилось у его родителей. Его папе пришлось обратиться за деньгами к бандитам. Долг он им вернуть не сумел. И они с мамой были вынуждены прятаться от обозленных кредиторов. Да еще и папа погиб. Теперь Васе казалось, что и смерть отца тоже является порождением того давнего его проступка.

– Болван! – ругал он себя. – Хотел что-то доказать взрослым, папе с мамой и бабушке! И что? Доказал? Молодец! Теперь драгоценности находятся у чужих людей. Счастье, если они еще не разбирали чердак и не нашли тот узел. А если нашли?

О таком исходе страшно было даже подумать. Вася старался и не думать. Он думал, к кому может обратиться за помощью. О жене нечего было и думать – в том деле, какое затевал Вася, она была ему не помощник. Нужен был человек физически подвижный, ловкий и сильный. И к тому же не отягощенный особыми моральными принципами. Потому что Вася задумал дело, весьма далекое от законного.

– Мне нужно пробраться в тот дом. Я должен оказаться на чердаке! Я знаю: если узел еще там, то я его найду.

Но как быть? Дом уже много лет не принадлежал дяде Пете и другим родственникам. Конечно, можно было обратиться к новым хозяевам со слезной просьбой – вернуть ему с чердака некоторые безделушки, дорогие сердцу бывших хозяев. Как знать, возможно, новые владельцы дачи окажутся людьми мягкосердечными и согласятся пойти навстречу. А если нет? И если они даже пустят Васю, то захотят понаблюдать за тем, как он будет копаться на их чердаке? При свидетелях Васе будет крайне затруднительно забрать драгоценности.

– Найду я узел, а они и спросят, а что там? Что за безделицу вы хотите забрать? И увидят!

Нет, рисковать подобным образом Вася не собирался. Он хотел быть уверен в том, что деньги, золото и драгоценности достанутся ему. Потому он придумал вариант, как сможет добиться своей цели практически со стопроцентной долей вероятности успеха.

– Если драгоценности еще там, то я их добуду!

Что он будет делать, если чердак разобрали и драгоценности нашли, он даже не хотел думать. Договориться с помощником не составило особого труда. Это был человек надежный и проверенный, во всяком случае, так думал Вася. И помощник весьма охотно согласился поучаствовать в том, что счел легкой авантюрой.

– Этим людям продали только дом, но не золото с брильянтами! Значит, драгоценности по праву наши!

Васе не очень понравилось слово «наши», употребленное в данном контексте. Он бы предпочел слово «мои» или «твои», но выбирать ему теперь уже не приходилось. И они отправились на бывшую дачу дяди Пети вдвоем.

Все прошло легче и проще, чем ожидал Вася. Он даже разочаровался, зачем взял с собой помощника, доверил ему тайну, все можно было сделать и одному.

На даче не было ни души. Замки новые владельцы тоже не удосужились поменять. И потому захваченные с собой ключи играючи открыли обе двери.

– Не зажигай свет.

На чердаке тоже ничего особенно не поменялось. Разве что к хламу, который накопил за долгую жизнь дядя Петя, прибавился собственный хлам новых хозяев. Но в целом то были жалкие крохи по сравнению с дебрями, которыми в свое время владел дядя Петя. И все они были тут!

– Где нам искать?

– Где-то тут. Постой, я сосредоточусь.

Вася вновь мыслями вернулся в тот день, когда очутился на чердаке с узлом в руках, свернутом из старой шали бабушки Лиды. Воспоминание было таким ярким, что он, не медля, тут же направился решительным шагом в дальний угол, отодвинул два сломанных стула, обнаружив под ними заложенный квадратной плиткой пол. Вот и неплотно прилегающая к полу доска, на которой на честном слове держится старенькое покрытие. Приподняв крайнюю к стене плитку, успевшую из когда-то оливковой выцвести практически до светло-бежевой, почти белой, он извлек из углубления, которое она прикрывала, увесистый узел.

– Оно?

Да, сокровище нашлось. Вася был уверен. Вдвоем они развязали узел и увидели все то, что когда-то добыл Леопольд и его банда, а родители Васи присвоили себе. Дрожащими руками они раскладывали кольца, браслеты, примеряли диадемы и хвастались длиной ожерелий и цепей.

– У кого длинней?

– У кого толще?

Нарядившись, словно елки на Новый год, они почувствовали себя абсолютно счастливыми.

– Тут же миллионы!

– Больше!

– Мы богачи!

Васю снова царапнуло слово «мы», но он решил, что не время сейчас вести разъяснительные разговоры.

Внезапно раздался какой-то шум. То ли проехала машина, то ли мотоцикл, но сообщникам стало ясно, что пора сматывать удочки. Не будет ничего хорошего, если их застукают в чужом доме разглядывающими золотые украшения.

– Пошли отсюда скорей!

И они пошли. Двигаться по безлюдному и темному поселку было страшновато. Было еще не поздно, но осенью темнеет рано. И оба с облегчением вздохнули, когда очутились на станции.

– Подожди, мы должны отметить наш успех.

Вася зашел в магазин и купил бутылку шампанского. Подумав немного, он взял еще и бутылку коньяка. Лишним точно не будет!

Отмечать свой успех они начали прямо на перроне. Электрички долго не было. В такое время года летнее расписание уже сменялось на зимнее, и поезда ходили гораздо реже. Так что Вася успел выпить и шампанское, и коньяк, основательно перемешав оба напитка. Со вчерашнего вечера во рту у него не было маковой росинки. Не удивительно, что в животе у него началось легкое брожение, а в голове загудело.

– П… Пос-с-сторожи