Она умеет смеяться - Татьяна Семакова

Вжалась в стену рядом с дверью и шумно выдохнула, пытаясь справиться с подступившими слезами. Достала телефон и набрала Филюка.

— Свободен? — спросила тихо.

— Давно уже. Решил, сама вызовешь.

— Вызываю. На самое ответственное задание. Жду в первой городской, третий корпус, на втором этаже. Вопросы на месте.

— Минут через двадцать буду, — ответил с готовностью и приехал через десять. Так быстро, что даже Панфилов не успел вернуться, по всей видимости, ожидая, когда врач освободится.

— Нашли девочку? — тут же полюбопытствовал, а я вздохнула:

— Да, но другую. И на всякий случай нужно подежурить ночь у палаты.

— Легко, — пожал плечами в ответ, — лазил полдня, пытался найти хоть кого-нибудь, кто знал того мужика, которому я тачку на похищение продал, но его вообще никто не помнит, так что сто процентов не местный. А это что за мужик идёт к нам бодрой походкой?

— Панфилов, — ответила, слегка обернувшись через плечо, — сейчас устроим опознание. Слав, у тебя уже есть документы на тех иногородних?

— Да, — кивнул, доставая телефон и передавая его мне, а я, в свою очередь, протягивая Грише.

— Посмотри, не мелькнёт ли знакомая рожа.

Филюк внимательно изучил документы и ухмыльнулся:

— Даже две. Мужик, что купил тачку, судя по паспорту, Константинов. И баба. Попова.

— А ее где видел? — удивилась, забирая телефон и возвращая его Панфилову.

— Да ее пол кабака перетрахало, — поморщился брезгливо, — то с одним имбицилом притащится, то с другим, как переходящее знамя.

— А в последнее время с кем?

— Не скажу точно, — нахмурился, старательно напрягая память, — но, вроде, с Шамаловым.

Теперь поморщился Ростислав, а дверь внезапно приоткрылась и появилась белокурая головушка.

— Ева, ты же под капельницей! — всплеснула я руками, опускаясь на пол, а она ответила смущенно:

— Она закончилась и я сняла.

— Сама? — удивилась искренне, а она кивнула с важным видом:

— Я умею.

— Вот этот дядя останется рядом с палатой на всю ночь и будет охранять твой сон. Так что спать сегодня будешь очень крепко!

— Меня Гриша зовут, — сказал, слегка понизив голос, чтобы не испугать ее, но до испуга там было далеко. Ева зависла взглядом на его оранжевой бороде и слегка подалась вперёд, пытаясь разглядеть получше. — Можешь потрогать, если хочешь, — сказал с улыбкой, а потом покосился на меня, нахально прищурившись: — Всем вам нужно одно.

— На плечах ее покатай, и она твоя на век, — хохотнула в ответ. — Ева, мне пора, до завтра.

— До завтра, — отозвалась эхом и осторожно потрогала одним пальцем бороду, а через секунду уже запустила в неё всю ручонку, а Гриша тихо засмеялся.

— Только тебе могло прийти в голову оставить Филюка в няньках, — покачал головой Панфилов, открывая передо мной дверь на улицу, а я достала из кармана телефон и набрала Исаева.

— Да, — ответил резко.

— Мне нужно тебе кое-что передать, — ответила, глядя на пакет с пробирками в своих руках.

— Я занят.

— Освободись.

— Даже так? — протянул с усмешкой. — Ладно, я заинтригован. Подъезжай к магазину.

Я убрала телефон и шумно выдохнула, догнав Панфилова у машины.

— Заедем в одно место? — спросила заискивающе, он просто кивнул, а я назвала адрес.

— Заодно куплю патроны, — буркнул, заводя мотор, — судя по тому, что сказал Филюк, моих запасов маловато. Посмотри, что там за Константинов?

Всучил мне свой телефон, я вновь полезла в сообщения и увидела последнее от Вики «я тебя люблю». Зависла на нем, забыв, что собиралась сделать, и поняла, что это единственная причина, по которой сестра творит всю эту ерунду. Просто влюблённая дура. А сообщение прочитано. И он будет хорошим отцом даже не своему ребёнку.

— Константинов собрал все камеры по пути от своего города в наш три недели назад, — сказала, быстро переключившись на дело. — И вчера попался вновь. В своём городе, на стареньком опеле. Похоже, он вернулся к себе.

— Любопытно. Попробую выяснить, есть ли у него зарегистрированный номер и список звонков как доедем.

— Почему не сейчас? — удивилась, возвращая ему телефон. Панфилов завис на несколько секунд, размышляя, и вздохнул:

— И то верно. Какая теперь разница? — набрал чей-то номер и его голос тут же изменился: — Привет, — сказал просто, но даже у меня пробежала волна мурашек от его бархатного голоса и сразу чего-то захотелось. Например, вцепиться в волосы его собеседницы, явно женского пола. — Да, я по делу. Пробьёшь одного человечка? Он не из нашего города, но база ведь одна? Ты чудо… — зачитал паспортные данные, переключив разговор на динамик и я услышала капризный женский голос:

— Совсем про меня забыл, не заезжаешь…

— Дел по горло, — проворчал в ответ и покосился на меня, — ты же знаешь, то одно, то другое… — девушка выдохнула с лёгким стоном и сказала обреченно:

— Нашла. Звонки тоже?

— Было бы здорово.

— Будешь должен, — ответила игриво, — скину на почту.

— Спасибо, Светуль, — сказал все тем же бархатным голосом и отключился.

— Полагаю, кольцо на работе ты носить не будешь, — посмеялась тихо, а Панфилов скривился и промолчал.

В магазин он входил, как к себе домой, уверенной походкой следуя к кассе, а я с интересом осмотрелась. Мир мужчин. Ружья, пистолеты, арбалеты и даже капкан. Его вид вызывал смешанные чувства, я повела плечами и поспешила переместиться в более безопасную для воображения зону с камуфляжной одеждой и разными походными примочками, зависнув у витрины с фляжками.

— Брать будешь или ещё посмотришь? — спросили из-за спины с усмешкой и я тут же развернулась, увидев Вадима. — Что у тебя?

— Это, — ответила, протягивая небольшой прозрачный пакет и пару листков с данными по Еве и выпиской из ее медкарты, которую раздобыл Панфилов в больнице.

Вадим замешкался на мгновение, нахмурился и взял бумаги, тут же впившись в них взглядом. Глаза полыхнули яростью, я видела, как он стиснул зубы и пытался глубже и медленнее дышать, пытаясь сохранить самообладание, но через секунду он схватил первую попавшуюся сапёрную лопату и запустил ей в витрину поверх моей головы. Я инстинктивно присела, закрыв голову, за его спиной материализовался Панфилов, но я отрицательно мотнула головой и он сделал пару шагов назад, а Вадим прикрыл глаза, сжимая листы в одной руке, пару раз вдохнул и открыл их, протянув руку. Я выставила вперёд пакет, а он состроил недовольную мину и буркнул:

— Руку давай, — помог мне встать и кивнул на пакет: — Это то, о чем я думаю?

— Да, — ответила и вновь протянула ему пресловутый пакет, но забирать его он не спешил, спросив:

— Сама брала?

— Да, — кивнула и не сдержала улыбки.

— Чего лыбишься? — фыркнул, улыбнувшись в ответ, а я повела