Таинственный рыцарь и грустная курица - Усольцев Андрей Николаевич

7. Те, кто начинает мыться с «пятой точки» — это люди, которые любят одиночество, а также онанисты и люди с нетрадиционной сексуальной ориентацией.

8. Те, кто сначала моет ноги, а потом уже все остальное… Чрезвычайно практичные люди.

9. Кто сначала моет уши. Считает себя человеком с остро развитым чувством справедливости. Они действительно нетерпимы к вранью, но сами врут безбожно.

10. Кто моет сначала глаза, в том числе женщины, которые сначала смывают тушь с ресниц — это мечтатели! Витают в облаках.

11. Люди, которые делают каждый раз по-разному. Это творческие личности, порой ветреные и не очень серьезные.

Интересно, а полковник Пронин с какой части тела начнёт мыться?..

Боже мой!.. Он первым начал мыть свой пупок. А это означает, что он… Даже не знаю, как вам сказать… Что-о?!.. Простите, господа, я вначале уточню в Википедии (интернет-энциклопедии).

Уточнил… всё в порядке. Первым в душе моют пупок индусы и люди, в чьих жилах течёт индийская кровь. И знаете, почему? Самой красивой интимной частью женского тела индусы считают глубокий пуп. И ритуальное омовение в священной реке Ганг начинают именно с пупка. Наверное, бабушка полковника Пронина встречалась с индусом.

Глава 3. В которой ничего не происходит… Как так-то?

Эфэсбэшники-чекисты — это бойцы невидимого фронта. Их никто не видит, зато они всех видят и всё про других знают. Работа у них незаметная, а жизнь скучная, и не просто скучная, а приторно скучная. Вот если бы кто-нибудь написал роман о работе контрразведчиков. Я бы даже читать такую книгу не стал. Я же вижу, как полковник Пронин живёт… Тоска зелёная. И «живёт в тоске и спит на голой доске»… то есть живёт без удовольствия, без приключений. Да, ничего интересного в жизни контрразведчика Пронина Ферапонта Анемподистовича нет. Всё в его жизни, как я уже говорил, скучно и противно… Вот чем он в свободное время занимался?.. По ресторанам ходил да баб щупал, ну ещё в новой квартире в душе пупок мыл… И всё!.. Никаких приключений, никакой романтики.

Давайте ещё помечтаем, как могла бы выглядеть книга о полковнике Пронине.

Вот если бы контрразведчик Пронин путешествовал под парусами на белоснежной яхте по ослепительно синему Индийскому океану. А ночью, пересекая экватор, он бы по звёздам прокладывал путь, используя астролябию. А на небе Южного полушария ярко светились бы незнакомые созвездия — Южный Крест — самое маленькое среди всех созвездий, а рядом с ним мерцали бы созвездие Центавр и Муха. А матросами на корабле были бы красавицы-мулатки (потомки негров и белых) и сексуальные самбо (потомки негров и американских индейцев). И все женщины ходили бы обнажённые, то есть топлес… только в набедренных повязках. И потерпели бы они крушение и стали жить на необитаемом острове и там они бы все вместе днём ловили шпионов, а ночью занимались любовью.

Нет, лучше я так придумаю… самолёт, на котором летел контрразведчик, потерпел крушение в океане. Полковник Пронин на парашюте приземляется на остров погибших кораблей в Саргассовом море. Робинзон Пронин живет на этом острове с попугаем и козой. А потом у него появился бы Пятница, и он узнал бы вкус гомосексуальной любви. А ещё хочу, чтобы там жили десять злобных папуасов… Вот это, я понимаю, приключения… Романтика! Вот о чем писать надо.

Или бы отправился Пронин в Великобританию. И в этой лживой и прогнившей насквозь стране уничтожал бы предателей Родины (с помощью нервно-паралитического газа «Новичок»). Всё, не буду я больше детективы писать, а напишу в следующий раз лучше книгу с «картинками» о «романтической любви» сантехников в Германии в семидесятые-восьмидесятые годы (кто фильмы про них видел, тот поймёт, какие это будут пикантно-возбуждающие романы)…

Вот сегодня на смартфон к полковнику Пронину пришла обычная СМС.

Вероника Фёдорова, 22:24

Здравствуйте Ферапонт Анемподистович. Я занимаюсь в мастерской одного знаменитого художника. Зовут его Артём и мы сейчас ищем модель на рисунок, который будет уже в этот четверг. Мне порекомендовала вас Елена (Она из «конторы»). Хочу узнать, свободны ли вы в этот день и есть ли желание попозировать нам на портрет?

В четверг с девятнадцати до двадцати двух. Будет примерно десять занятий. Оплата тысяча рублей за занятие.

Ферапонт, 23:27

Здравствуйте, Вероника. В четверг я свободен и с удовольствием приму ваше предложение. Напишите, где, когда и в какой одежде я должен быть. Я обязательно приду и буду все дни, столько, сколько нужно.

Это было новое задание полковника. Он должен был внедриться в среду питерских художников, вернее, художниц. Выбрать самых лучших из них и завербовать. Впоследствии использовать девушек в виде «сладких ловушек» для шпионов. А также через завербованных художниц-женщин выйти на след маньяка.

А как же работа среди актёров второго плана? — спросит меня любознательный читатель.

Оперативная работа среди актёров массовых сцен временно была приостановлена. В конце декабря, в прошлом году, а также весь январь и февраль двадцать второго года были введены ограничения в связи с коронавирусом, потом праздники, а также длинные нерабочие дни. Снимать кино стали мало. Массовки небольшие, малочисленные. Ну и маньяк, как я уже писал, тоже сменил тактику. Он ушёл из кино в другие сферы деятельности, на заводы, фабрики, то есть на производство, в больничные палаты, где работает много женщин даже в период пандемии. Более того, ему (полковнику) поступило оперативное сообщение, что там, в музее, скрывается маньяк. Он же шпион по кличке Засранец, Нюхач.

Контрразведчик составил текст шифровки для отправки в Центр, в котором было сказано, что он, Пронин с завтрашнего дня приступает к выполнению нового задания — к внедрению в музей. Под видом модели-натурщика он устраивается на работу в «Музей современного искусства и креативного пространства АртМуза». И там, в среде творческой богемы, он будет искать затесавшегося опасного преступника.

Полковник прошёлся по комнате и ещё раз обдумал создавшееся положение. Для передачи срочного сообщения в Центр надо было вызвать радистку Кэт (она же секретарша-кукушка Клавка).

Полковник посмотрел в сторону умных часов и щёлкнул пальцами… А в ответ тишина. Полковник недоумённо посмотрел на пальцы, потом на часы. Ещё раз щёлкнул и добавил:

— А, ну Кукушка-потаскушка, встань передо мной, как лист перед травой.

В ответ раздалось.

— Да пошёл ты… Знаешь куда?.. Козёл!

— Да ладно, не обижайся. Ты красавица, и грудь у тебя хорошая… Погорячился я давеча… И бюстгальтеров я тебе куплю столько, сколько надо.

Поссорились они вечор. Пронин вызвал её по делу, а она выскочила из часов и хрясть головой о пол три раза… и стоит передним голая, и глупо так улыбается… соблазняет, наверное (когда бабы начинают с мужиками заигрывать, у них лица глупыми становятся).

«А если бы у меня гости были?.. На, возьми, прикройся», — сказал Пронин и кинул ей свой халат.

А секретарша-кукушка вдруг заявила, что ей нечего надеть и что лифчиков у ней мало… Честно говоря, полковник очень удивился и говорит: «Так у тебя и сисек-то немного… всего две… они у тебя на прыщики от простуды похожи… И зачем тебе лифчики?».

«А ты дурак старый. Тебя хоть и подмолодили, ты всё равно дурак».

Ну вот так, слово за слово, кулаком по столу, а пенисом по боку, они и поссорились…

Некогда было полковнику лясы точить и непослушную бабу уговаривать. Сказал тогда Ферапонт три магических слова. Эти нежные и ласковые слова-признания знает каждая женщина и хотя бы раз в жизни слышала их в свой адрес.

— Сейчас пи*дюлей получишь!

Испугалась кукушка, выскочила из часов и ударилась три раза головой о пол, так, что даже искры у ней из глаз посыпались, и превратилась в Клавку-искусницу.

Стоит Клавка перед полковником, одетая, как и положено секретарше по дресс-коду. Туфли на ней на каблуках-шпильках цвета бордо. Костюм на ней надет на голое тело, цвета гуммигут, с отделкой бордо. Короткая юбка-клёш, пиджак с отворотами, ажурные чулки, подвязка в виде банта. На голове шляпка из искусственных цветов, в ушах серебряные серёжки в виде валдайских колокольчиков и в носу такой же колокольчик. Ещё у секретарши были неприличные наколки на интимных местах, наколотые тоже согласно дресс-коду, но под юбкой их было не видно.