Интуиция - Валентина Панкратова

приятного бонуса дал положительный прогноз. На остальные вопросы, не касающиеся медицинской тематики, экулап отвечал односложно, либо отмахивался и отправлял к хозяину, а потому заводить с ним светский разговор Марину также не тянуло. В итоге их совместное пребывание было достаточно тоскливым, и девушка с нетерпением ждала прихода предмета ее чаяний. Голос Мечтательницы неустанно твердил, что вчерашнее равнодушие мужчины связано с какими-то внешними неприятностями, о которых Марина еще не знает.

— Понимаешь, Мариночка, — принял вахту Константин, ласково поглаживая девушку по нечёсаным волосам, — я никак не могу понять, что происходит. В сказки про духов и приведений, естественно, не верю. Но надо смотреть правде в глаза, кто-то же украл документы, кто-то же запер тебя в подвале. Если это не бесплотные существа из потустороннего мира, то значит, кто-то из крови и плоти, живущий в доме. Чужих тут нет. Поскольку Денис приехал после того, как тебя нашли, то получается, что только его я могу исключить из подозреваемых и доверить ухаживать за тобой. К тому же, он врач.

Теоретически девушка была согласна с доводами своего спасителя. Особенное удовольствие ей доставлял голос, которым он их произносил. Глубоко внутри нее боролись два чувства. С одной стороны, Мечтательница, практически полностью завладев ее думами, утверждала, что ради таких моментов стоило провести ночь в холодном подвале. Млея в волнах нежности, исходящей от мужчины, Марина позволила себе хоть недолго побыть слабой и любимой. Она изо всех сил отбрыкивалась от своего самого главного подозрения, потому что трезвый Рассудок прорывался сквозь восторги Мечтательницы и припоминал мужчине вчерашнюю холодность и раздражительность. Благодаря ему девушка чуть было не уверилась, что оказалась запертой по наущению Константина, ведь именно он препятствовал отъезду. Да и телефон. Еще не известно, она сама потеряла мобильник, или его попросту изъяли. Так что теперь все шло так, как и хотелось чересчур гостеприимному хозяину. Хотя запирать на всю ночь в холодном подвале с его стороны было слишком жестоко и опасно. Исключительно этот факт позволял мечтательной части Марины отбрасывать доводы Рассудка о коварстве симпатичного ей мужчины и продолжать надеяться на его благосклонность.

— Ты хочешь сказать, что пока не найдешь того, кто меня закрыл, я так и буду терпеть присутствие Дениса? — надув губы, Марина позволила себе изобразить капризную барышню. Она не стала сообщать, что с присутствием самого Константина не просто готова смириться, а можно сказать, совсем не против, чтобы он временно переселился в ее комнату. — Мне же надо вставать в туалет, в душ. А я одета как чувырла.

Прикрывшись одеялом, больная вытащила из-под него болтающийся край ночной рубашки, подробно объяснив, что старается не вылезать из-под одеяла, чтобы лишний раз не демонстрировать присутствующим позорный мешок с рюшечками, в который ее безжалостно сунули.

— Хотя если меня одевал ты, то тогда ты в курсе, — глянув на мужчину, Марина поняла, что не ошиблась в своих предположениях, — неужели, тебя не смутил размер? Ведь в субботу мне дали нормальную рубашку. Интересно, где она?

— Ну… — собеседник пожал плечами и тепло улыбнулся, вспомнив, что и сам хотел попросить мать заменить выданную для гостьи тряпку, — я постараюсь принести тебе что-нибудь более подходящее. Когда мы тебя нашли, не до фасонов было. Что принесли, то и надел. Хочу заметить, что никакая одежда не сможет испортить то, что дано природой, — увидев, что Маринины щеки приобрели цвет спелого граната, мужчина хитро глянул на девушку и перешел на другую тему, — Мариночка, мы не можем долго ходить вокруг да около. Мне для выяснения всех деталей необходимо, чтобы ты как можно скорее рассказала, что случилось вчера. Как ты оказалась в подвале? Что там делала? Это очень поможет мне. Я, как и ты, возможно, больше, чем ты, заинтересован найти злодея. Ведь он живет в моем доме!

Марина, успевшая во время дежурства Дениса подготовиться к подобному допросу, со всеми подробностями изложила свою версию злоключения, не забыв припомнить собеседнику, что он бросил ее одну, вместо того чтобы помочь с поисками столь важных для него документов. Мужчина выслушал внимательно, не перебивая. Когда рассказ закончился, он подвел итог:

— Ок. Я понял, как ты попала в подвал, что там делала, что видела и что чувствовала. Не понял одного, какого…, — спокойствие изменило Константину, и сквозь него прорвалось раздражение. Острый, словно заточенный шампур, взгляд резанул девушку, заставив внутреннее сжаться. Мелькнула мысль, что именно такой быстрый переход от уравновешенности к агрессии пугает в собеседнике больше всего. Совладав с собой, Константин продолжил, — что заставило тебя туда лезть? Причем в одиночку, никого не предупредив. Что ты там хотела найти?

— Не знаю, — детское упрямство не позволило Марине признаться, что пошла туда на поводу у своего внутреннего голоса. Того самого, который Константин изучает и называет интуицией. В свете того, что мужчина поручил ей искать документы, поиск их в богом забытом подвале, где много лет не ступала нога человека, выглядел весьма глупо, а объяснение, что ей за каким-то лядом потребовалась библиотека, которую она в конце концов нашла, вообще выглядело странным. — Была зла на тебя. Хотелось сделать что-то нестандартное. Раз ты приставил ко мне сторожей, Веронику и Сашку, то мне хотелось сделать принципиально хоть что-то без них, избавиться от соглядатаев. Вот как представилась возможность, я ее и использовала.

— Ну ладно, будем считать, что принято. Скоро придет Денис. Сможешь позаниматься с ним? Он проверит твою интуицию. Тебе не придется вставать с кровати. Будешь лежа отвечать на его вопросы.

— А телефон ты мне не принес? Или я так и остаюсь невольницей? — голос Марины против ее воли приобрел кокетливые нотки. Она догадывалась, что телефон ей не дадут, и воспринимала его отсутствие как некое условие игры. В самом деле, ну что принципиально изменилось бы, если бы у нее был мобильник? Она в любом случае не стала бы звонить знакомым или, тем более, в полицию с криками: «Спасите, меня держат в плену». Пока этот «плен», как ни странно, был интересен. И хотелось доиграть в него до конца.

— Мариночка, ты же умница.

— Да-да. Я где-то слышала, когда женщине говорят, что она умница, это означает, что из нее хотят слепить полную дуру.

— Не говори глупости. Подумай сама, смысла в телефоне абсолютно нет. Ты видишь, что за окном? На таком морозе техника глохнет. Дороги засыпаны, очистить их не могут. Электричество вчера опять выключили, так что мы сидим на дизеле, и без интернета. Насколько я понял, номера своих подруг и родных ты не помнишь. Так что расслабься и