Дайана Мэдсен - Мозаика Бернса

— Опишите его, пожалуйста.

— Хоррошо. Ему пятьдесят девять, худощавый, повыше вашей тетушки. Седые волосы, серые глаза и приметный, крючковатый нос.

— Какое пальто он носит?

— Пальто? Обычно Джок одевает свое кашемирровое. А оно тут при чем, лэсс? [42]

— К чему ты клонишь, Ди Ди? — вмешалась тетя. — Мы все равно не знаем, как выглядел Санта-Клаус.

— Ш-ш, — я поднесла палец к губам.

— Что? — спросил Джордж.

— Это не вам, мистер Мюррей. Тетушка говорит, что не могла разглядеть грабителя, поскольку тот был переодет в Санта-Клауса.

— Санта-Клауса? — голос в трубке зазвучал на октаву выше.

— Да. Но чего тетушка не знает, так это то, что кто-то вломился в мой офис и искал артефакты Бернса.

— И нашел? — спросил Джордж.

— Нет, но не из-за недостатка рвения. К счастью, его видели выходящим из моего кабинета. На этот раз не нем не было костюма Санты или бороды, поэтому у нас есть описание.

— И это был Джек Максуини? — решительно спросила тетя.

— Оно сходится с тем, которрое я дал Джеку? — словно в унисон, проговорил в трубку Джордж.

Бросив взгляд на тетю, я отчетливо произнесла в микрофон:

— Пять футов десять дюймов или около того, худощавый, седоволосый, в дорогом желто-коричневом кашемировом пальто. А еще некий мужчина оставил клок такого же пальто на месте, где напал на меня менее часа тому назад. Вот так.

Элизабет нахмурилась, а Джордж выдал такое ругательство, от которого у меня едва ухо не завернулось.

— Вы в порядке, девочка моя? — спросил Джордж.

— Ничего серьезного, но…

— Но артефакты похищены, веррно? И вы не хотите говорить об этом тете?

— Да, все так.

— Все правильно, лэсс. Мне оччэнь жаль. Понятия не имел, что он так поступит. Реликвия была отдана на сохрранение нашей семье, и я имел право решать. Джек не понимал истинной ценности находки, он думал только о прибыли. Я все исправлю.

— Что он говорит? — тетя подошла ближе, стараясь подслушать.

— Что все исправит.

— Если Джордж так говорит, то так и будет, — изрек Дракон. — Беспокоиться не о чем.

— Что она говорит? — поинтересовался Джордж.

— Что раз вы берете дело в свои руки, беспокоиться не о чем. Надеюсь, что так.

— Да. Перрвым рейсом вылетаю в Чикаго. Я дам вам знать о времени пррибытия. Я разберусь с Джеком и верну реликвии. Ничего не говорите Элизабет. Теперь видите, что можете помочь мне уговоррить ее выйти за меня?

— Разве мою тетю можно уговорить сделать что-нибудь, мистер Мюррей?

— Называйте меня Джорджем, — откликнулся тот с веселым смехом. — И вы правы: Элизабет делает только то, в чем сама полностью убеждена.

— Но я все равно спрошу, — горячо заверила его я. — Тетушка, Джордж стоит на колене и умоляет вас принять его предложение руки и сердца.

— Прямо сейчас? Да он с ума сошел!

— Обещаешь подумать над предложением? — спросила я.

— Ладно, обещаю.

— Она говорит, что вы сошли с ума, но обещает обдумать предложение, — повторила я в трубку.

— Неплохо для начала, девочка моя, — отозвался Джордж. — Беррегите ее для меня, пока я не прибыл.

Я нажала «отбой», и тут как раз вернулась мама.

— Пойду глотну скотча, — проговорил Дракон. — Где сокровища?

— В безопасном месте.

— А ты хитрее, чем я думала, девчонка, — сказала тетушка, пристально глядя на меня.

Да, нелегкий выдался вечерок.

39

Было уже поздно, когда я вернулась домой и обнаружила Скотти, расположившегося на диване и выглядящего сногсшибательно в рубашке, которую я послала ему в подарок на Рождество. Я намеревалась поведать ему про реликвии Бернса, про нападение и жуткие подозрения по части кольца Фрэнка, но не успела закрыть дверь, как оказалась в его объятиях и вскоре мы чудесным образом остались совсем без одежды. Я забыла про все, включая даже избитое тело. Кровать стонала и скрипела от наших сначала нежных, а потом неистовых и бурных упражнений. Как раз когда я начала кричать под напором Скотти, запищал его мобильник.

— Если ты прекратишь делать то, что делаешь, я убью тебя, Скотти Стюарт. И где, кстати, ты наловчился?

Все мои боли и горести вдруг забылись. Заниматься любовью с Фрэнком было здорово, но предсказуемо. Со Скотти секс превращался в ураган и череду сюрпризов.

Мы лежали в объятиях, охваченные сладкой дремой. Когда я открыла глаза, Скотти, подложив руку под голову, разглядывал меня. Проведя рукой по его животу, я ощутила жар любимого тела.

— Откуда взялись эти черные отметины? — Скотти прикоснулся к моей ноге, где уже образовался огромный кровоподтек.

— Это случилось, когда я выходила от Тома Джойса.

Я намеревалась без утайки выложить ему все про историю с бернсовскими артефактами. После разговора с Джорджем Мюрреем я уверилась, что все эти ограбления связаны с реликвиями, а не с «Хай-Датой». Мы выявили роль Джека Максуини и наверняка сможем остановить его и вернуть ценности обратно. Мне теперь не было нужды оглядываться каждую секунду, опасаясь, что некто из «Хай-Даты» нападет на меня, неизвестно чего ради.

— Послушай, моя тетушка…

Скотти вдруг спрыгнул с кровати, держась обеими руками за промежность.

— Мя-у, — раздался голос Кавалера.

— Что стряслось, Скотти? С тобой все в порядке?

— Наверное, — ответил он, отводя руки и разглядывая свое имущество. — Да, все на месте. Кавви лизнул меня. Ну и шершавый у него язык!

— Бог ты мой, — я пыталась не рассмеяться, вспомнив истории про домашних животных, мешавших любовным играм.

— Нам предстоит серьезный разговор, — строго сказала я коту. — Благородные кавалеры не ведут себя подобным образом.

Снова запищал сотовый Скотти, и на этот раз уже испуганный Кавалер соскочил с кровати. Скотти выудил телефон из кармана брюк и вернулся в кровать. Посмотрел на отобразившийся на дисплее номер, потом на меня, и я поняла, что нас ждут неважные вести.

— Проклятье, это из Лондона. Второй раз звонили. Лучше приготовиться к плохим новостям.

— Плохим новостям? — я полагала, что на сегодня с меня уже хватит.

— Скорее всего, потребуют срочно вернуться. А я, видит бог, совсем не готов уезжать.

Он наклонился и поцеловал меня, а Кавалер тем временем снова воровато запрыгнул на кровать.

— О-о-о! Ты, осмелюсь предположить, лучший любовник в мире!

— Объясни своему коту, что я люблю тебя, а не его, — проговорил он, показав Кавви язык. Тот моргнул, но сделал вид, что ничего не видел. — Не хочешь ли заказать пиццу, пока я буду делать звонок? Так мы сможем поесть и одновременно всю ночь не одеваться.

— Получится что-то вроде обслуживания в номер, правда? — воскликнула я, вскакивая с постели. Если уж нам со Скотти осталось немного вместе, надо использовать это время на всю катушку.

Скотти принялся набирать лондонского абонента, а я стала искать телефон «Мамы Розали». Пицца в Чикаго — королева кухни. Тонкая и хрустящая или пышная и сочная — она найдется в каждом районе, независимо от преобладающей в нем этнической группы, и за каждым углом можно обнаружить крошечную пиццерию. Мне нравится заглядывать в «Первое-Второе», но излюбленное мое угощение готовят у «Мамы Розали», где сама хозяйка и ее домашние используют начинку из знаменитого твердого сыра и самодельных итальянских домашних сосисок и пепперони.

Я раскладывала тарелки, приборы и салфетки, когда на кухне появился Скотти, все еще в костюме Адама и преследуемый по пятам Кавалером. Я сунула жениху бутылку охлажденного «Мерло» и штопор.

— Эй, какие еще мысли гнездятся в твоем злокозненном уме? — засмеялся он, ловко принимаясь за дело. — Надеюсь, вино хорошее?

Я хихикнула, доставая два бокала.

— Не просто хорошее, но и на редкость дешевое.

Скотти извлек пробку и разлил вино по бокалам.

— За тебя, — провозгласил он. — И за Чикаго.

— За нас, — подхватила я.

Отпив глоток, я спросила:

— Так что там с Лондоном?

— Меня срочно требуют назад. Мне очень жаль, Ди Ди. Для меня заказан билет из О'Хара до Кеннеди, а оттуда до Хитроу. [43]Вылетаю ближайшим рейсом.

Я сказала, что рассчитывала на его помощь в переезде. Я старалась не показывать огорчения, но внутри у меня все окаменело.

— Ди Ди, главная причина, почему я получил эти два дня, это необходимость решить вопросы с подразделением министерства финансов здесь, в Чикаго. Мне еще вчера следовало предупредить тебя, что я ненадолго.

Внезапно снова навалилась головная боль. Возможно, у меня и впрямь сотрясение. Надо принять еще пару таблеток аспирина.

— И почему ты такой ценный специалист? Будь ты недотепой, мог бы задержаться здесь подольше.

— Будь я недотепой, — ответил он, приобняв меня, — то ни на секунду не привлек бы твоего внимания, согласись. Если я правильно понял, ты переезжаешь в книжный магазин Тома? Понятия не имею, доходна ли деятельность страхового следователя, но неужели ты не можешь найти что-то побольше?