Мост самоубийц - Марина Серова

и порядочной. Скорее всего, Иртеньев испугался, что она его выдаст, и устранил проблему. Как тебе теория?

Прежде чем ответить, Морошин тщательно прожевал кусок и положил вилочку на блюдце.

— Здравое зерно в твоих рассуждениях есть. Одно меня смущает — выбор орудия убийства.

Я поникла.

— Ты прав. Все можно обставить проще. Зачем такие заморочки с редким ядом?

— Вообще это никак не отменяет тот факт, что Иртеньев первый подозреваемый по этому делу, — продолжил Лев Марсович и подцепил еще один кусочек «панчо», — с вашего позволения…

Я заварила кофе, а своему собеседнику травяной чай и приготовилась слушать его рассуждения:

— То, что нам неизвестны мотивы, не значит, что их нет. Иртеньев явно психически неуравновешенный тип. Может, он убийца и садист?

— Может, — пожала я плечами. — Охотно верится, знаешь ли. Красные стены, красная машина — уверена, чердак там подтекает будь здоров.

— Но как к этому всему относится Алексей Южный и его проблемы со здоровьем?

— А имеет ли Южный вообще какое-то отношение к нашему делу? — задумалась я. — Нет, то, что Полина пыталась с ним побеседовать перед смертью, говорит в пользу этого. Но здоровье ее бывшего парня может быть вообще не связано с расследованием.

— Тогда эту версию надо отработать и исключить, — заявил Морошин, — и мы сконцентрируемся на оставшихся вопросах. Кстати, что ты думаешь по поводу этого Чехова, который нарисовался из твоей беседы с Марией?

— Сообщник. Возможно, исполнитель, — ответила я.

— Или заказчик. Или адвокат, который должен был помочь решить совершенно посторонний вопрос, — резонно заметил Морошин. — Видишь, сколько всего надо отработать?

— И мужика с Инженерной тоже надо пробить, — напомнила я.

— Кстати, тут все проще, — Лев Марсович достал из папки лист бумаги, на котором были напечатаны какие-то данные, — после твоего звонка я проверил. По адресу Инженерная, 45, зарегистрировано несколько предприятий — склад компании «СанТехЛюкс» (они занимаются чистящими средствами и дезинфекцией), автомастерская для большегрузов и столярный цех. Владелец цеха — ИП Фроленко А. П.

— Столярный цех, — присвистнула я, — все пока сходится.

— Да, убежден, что вся левая мебель для заказчиков Иртеньева была изготовлена здесь. Это, разумеется, еще надо доказать, но что-то мне подсказывает, что мы правы.

— Кто этот Фроленко?

— Я проверил — судимости у персонажа нет. Обыкновенный делец, владелец столярки. Делает мебель на заказ, обычно недорогую. Может быть, он вообще не в курсе того, что проворачивает Иртеньев. Вполне возможно, дизайнер просто приезжает, заказывает мебель «под итальянскую» и не говорит, что выдает ее за оригиналы других фабрик.

— Это надо проверить. Только как?

Морошин нахмурился.

— Обычно проводятся определенные следственные мероприятия. Устанавливаются контакты, организуется слежка. Но если я дам отмашку, держать наше расследование в тайне уже не получится.

— Я могла бы этим заняться.

Лев Марсович помотал головой:

— Нецелесообразно. Фроленко — второстепенный фигурант. Им можно заняться потом. Если мы вытащим наружу сам факт совершения преступления Иртеньевым, его все равно привлекут как свидетеля — как минимум — и установят наличие контакта. А там и всю подноготную можно раскрутить. Сейчас важно другое, — он придвинул к себе блокнот и начал расписывать пункты по порядку, озвучивая для меня каждый:

— Установить, что с Южным. Понять, зачем Усольцевой понадобился билет в Ивановскую область и веревочная лестница. Выяснить, у кого из фигурантов нашего маленького дела есть заинтересованность в наркотиках. Просто с потолка такое не возьмешь — «сыворотка правды»! Тут надо опыт иметь и определенные связи. Этим я займусь. Список всех лиц, которые окружали Полину, ты мне предоставишь.

— Без проблем. А я завтра наведаюсь в больницу к Южному.

— Хорошо.

Я поднялась, чтобы убрать чашки со стола, но Морошин меня опередил. Он ловко подхватил мои десертные тарелочки и отнес их в мойку. Увидев, как следователь включает воду, чтобы помыть посуду, я улыбнулась:

— Иногда твоя правильность и дотошность тебе идут.

Уши Морошина покраснели.

* * *

Я всегда не любила тот особый больничный дух, который присутствует в каждом лечебном заведении. Трагичный, лекарственный, душный — он с порога налетел на меня, и я почувствовала, как неприятно засосало под ложечкой. Под неусыпным взором хмурой гардеробщицы я надела бахилы, завернулась в грязно-белый халат и поднялась на третий этаж, где находилась палата Алексея Южного.

Здесь в коридорах пахло хлоркой и почему-то супом — видно, приближалось время обеда. Я нашла нужный мне номер на двери. У бизнесмена была платная палата, и я обрадовалась этому факту — можно будет расспросить молодого человека без свидетелей. Будем надеяться, он сможет со мной поговорить.

Алексея я поначалу не узнала — красивое лицо его вытянулось, осунулось. Под глазами пролегли глубокие синие тени. Он лежал, полностью накрытый одеялом, и не мигая глядел в потолок.

— Алексей? — позвала я.

Молодой человек пошевелил губами.

— Это Татьяна, детектив. Помните меня?

Я подошла ближе и, придвинув стул, села рядом с изголовьем, чтобы больному было меня видно.

— Помните?

— Помню, — прошептал Алексей.

— Извините, что я без предупреждения, но мне нужно узнать, не связано ли ваше состояние с моим расследованием. Вы сможете говорить?

Алексей моргнул и тяжело задышал:

— Я еще очень слаб… Но… я попробую…

— Наш разговор не займет много времени, обещаю. Скажите, что с вами произошло?

— Я не знаю, — ответил Алексей. Слова давались ему с трудом. — Мне трудно сообразить. Я плохо себя чувствовал… потом оказался здесь.

— У вас были галлюцинации.

— Не помню. Помню, что голова болела.

— Врачи говорят, вы чем-то отравились. Они выясняют чем. У вас есть соображения?

Алексей нашел в себе силы покачать головой.

— Не знаю. Я ел все как обычно. Не знаю, откуда что взялось… Все было по-прежнему…

— Никаких новых людей, контактов?

— Люди всегда есть. Я же работаю с людьми. — Алексею, видно, надоело отвечать мне из-под одеяла, и он попытался сесть. Но я видела, что это усилие дается ему очень тяжело.

— Лежите, не вставайте.

Он опять откинулся на подушку и на секунду прикрыл глаза.

— Кофе с новыми людьми пили? Обедали вместе?

— Постоянно. Встречи, деловые обеды.

— Наедине со своей едой гостя не оставляли?

— Не помню. Нет, вроде… не помню.

— Хорошо. А не было ли среди тех, с кем вы обедаете, людей, которые чем-то недовольны или имеют к вам какие-то претензии?

Алексей снова прикрыл глаза и спустя минуту ответил:

— Нет. Это были… просто деловые встречи.

Я на мгновение задумалась. Нет, вряд ли кто-то из деловых партнеров решил так заморачиваться с отравлением. Даже если имели место какие-то разногласия, так вопросы не решают. Даже самые отъявленные бандюганы используют простые и понятные методы: подкуп, угрозы, доступное оружие. Значит, это либо кто-то вне