Коэффициент дружбы - Валентина Панкратова

– Пардон, я тут уже с утра сижу, просто ты меня не замечала в упор.

– Да уж…

Наталья растерянно замолчала. У нее было ощущение, что Игорь почувствовал ее метания по поводу общения с ним и теперь пришел прояснить статус их отношений после приезда хозяев.

– Я видела машину у твоих ворот, – продолжила она, – случаем не владельцы дома приехали?

– Они, – последовал краткий и неприязненный ответ.

Игорю, собравшемуся было откровенно поговорить с соседкой и расставить все точки над «И», стало до коликов в животе противно. Отстраненный тон Натальи, интересующейся владельцами, четко показал, что между ними пропасть. Он всего лишь работник, обслуга. С чего она при встрече решила, что он никак не мог быть хозяином дома? Игорь не понял. Однако, разубеждать соседку в ее ошибке не стал. Легкое недопонимание иногда даже придавало пикантность их отношениям. Теперь же реакция Натальи на «приезд владельцев» и резкое обособление оскорбило. «Ну, пусть так и будет. Значит, еще не время», – решил он. Откровенный разговор о себе и о Натальиной работе отложился до более благоприятного случая.

– Расскажи толком, что у тебя произошло, – предложил Игорь, игнорируя слегка отчужденное поведение соседки, – у меня есть знакомые. И это не продавцы на рынке. Я могу обратиться к ним за помощью.

Реакция мужчины, правильно истолковавшего ее поведение, немного смутила Наталью. В какой-то степени ей стало совестно отталкивать того, кто ей помогал, и кто искренне интересовался ее проблемами. Чтобы загладить негативное впечатление она добросовестно повторила историю кражи, хотя из-за неловкости момента рассказ получился натянутым.

– Как часто Жанна просит у тебя деньги?

– Да, в общем-то никогда, – растерялась рассказчица, – ну, может, в студенчестве брала в долг. Я честно говоря и не помню. А так, что ей просить? Она зарабатывает вполне ничего себе. Сама кому хочешь одолжить может.

– Тебе не показалось странной ее просьба?

– Тогда нет. А вот сейчас ты спросил… – Наталья в который раз за их знакомство вынужденно признала, что Игорь внутренне сильнее ее и смело берет на себя решение сложных вопросов. Не тянул он рядового исполнителя, пусть даже офисного. Вот и сейчас пришел и с ходу включился. Начал анализировать и задавать правильные вопросы, до которых не додумались ни она, ни Михаил Степанович.

– Давай ты мне покажешь, где переводила ей деньги, – уже на середине фразы Наталья, а следом за ней и Игорь, устремились в гостиную.

– Вот на этом диване, – Наталья, стараясь не смотреть на Игоря, примостила с краю свою пятую точку.

– Ну в окно вряд ли кто мог рассмотреть, как ты набираешь коды, – Игорь внимательно оглядел стену, окно и потолок над диваном. – Я имел счастье пообщаться с Аллой, стоя с той стороны под этим самым окном. Как раз, когда они с Леной секретничали. Так вот. Оно слишком высоко, чтобы можно было незаметно заглянуть в телефон, к тому же когда человек спиной его загораживает. А это что? – Игорь поманил рукой к висящему рядом с окном бра.

Догадываясь, что он там что-то нашел, Наталья приблизилась. Под одним из абажурчиков на металлическом корпусе светильника скромно восседала небольшая черная пластиковая прищепка-держатель.

– Я перед приездом девок все здесь протирала. Этой фигни точно не было! – возмущенно воскликнула хозяйка, порываясь сорвать непонятно откуда взявшуюся штуковину.

– Стоп. Давай не будем ее трогать, – добровольный помощник аккуратно отодвинул от прищепки руку разъяренной пострадавшей, – похоже, именно на этой штуке крепилась видеокамера. Лучше позвать специалистов. Отпечатки пальцев никто не отменял. Странно, камеру сняли, а прищепку оставили. Очень неаккуратно.

– Я звоню Михаилу Степановичу, – достала телефон Наталья, – он когда-то работал участковым, и у него остались связи в полиции. Кстати, он в курсе ограбления, я ему уже все рассказала.

– Я только за, – согласился Игорь, – и, кстати, мы с ним знакомы.

– Ты представляешь? Ведь Жанна сидела точно под камерой. И когда я плюхнулась сюда вот на край, эта стерва обняла меня так ласково и подтащила ближе к себе. Душевный такой порыв, – разгорячилась Наталья, непроизвольно сжав руки. Она нетерпеливо оглянулась в поисках чего-нибудь, что можно было бы безболезненно швырнуть. Ярость внутри нее при воспоминании о подлости бывшей подруги клокотала и, не находя выхода, выплескивалась бурным потоком слов, – а потом сразу ушла. Понимаешь? Она же порядочная и не может смотреть, как я набираю пароли. Как так можно поступать? Мы вместе учились. Мы столько лет вместе работали. Я ей доверяла.

– Наташ, я вообще не понимаю, как ты могла дружить с такими мегерами! – не удержался Игорь. – Жанна мерзкая, холодная и расчетливая. Меня нисколько не удивляет, что она решила тебя обворовать. Алла грубая и недалекая, смотрит Жанне в рот. Лена тихая, себе на уме. Ты бы видела, какими ненавидящими глазами она смотрела тебе в спину.

– О боже! Я настолько ушла в бизнес, что растеряла не только семью, но всех подруг. Думала, что хоть студенческая дружба осталась незыблемой. Как видишь нет. Только ты не все знаешь. Если камеру повесила Жанна, в чем я сильно сомневаюсь, потому что она ни минуты не находилась одна… У нее алиби из подруг! Так вот если камеру повесила Жанна и узнала таким образом пароли, то получается, что у нее в любом случае был сообщник. Нас же всех троих накормили снотворным. Я же не просто так думала на тебя.

– Серьезно?

– Полагаешь, у меня не было оснований? Особенно, когда снотворное у тебя в доме увидела! – что-то заставило Наталью промолчать про изъятый с его тумбочки чек о покупке Феназепама.

– Так ты же пришла, когда я наглотался обезболивающих и снотворных.

– Зачем? – подозрительно уставилась на Игоря Наталья.

– Ноги в воскресенье ошпарил. Нечаянно. Съездил в больницу, там прописали, – пояснил мужчина, видя недоумение соседки. – Ну да. Теперь понимаю. Типа, у меня была возможность и камеру повесить, и подсыпать снотворное. Кстати, я его купил в воскресенье, то есть после кражи. Запиши сей факт себе на подкорку. Куда хоть подсыпали? В еду или в напиток?

– В вино, – проговорила Наталья задумчиво. До нее вдруг дошло, что она даже не удосужилась посмотреть на дату чека. Схватила его лишь для того, чтобы можно было определить, с чьей карточки осуществилась оплата. А потом как-то все успокоилось, и чек забылся. – Да какая разница? Я хотела в полицию обратиться. Да Михаил Степанович отговорил.

– Почему? Мне кажется, здесь явно уголовное дело. И расследовать его должна полиция.

– Понимаешь…– Наталья замялась, – скорее всего это сделал кто-то из подруг. Лена или Алла. У меня сейчас задача вернуть деньги. Не хочу их сажать. Пусть живут, как смогут. Они слабые, а я сильная. И Жанна сильная. Вот ее и хочу наказать. Но не за кражу у меня. Ее будут судить за кражу на фирме. Собственно,