Проклятие злого Леопольда - Дарья Александровна Калинина

тоже не зафиксировано. Человек с такими данными не умирал. Умирали другие Казюлины Петры Алексеевичи, но родившиеся в Ленинграде в 1968 году нет, не умирали!

– Так он жив или мертв? Что-то я не пойму.

– Я тоже не понимал и начал проверку всех Казюлиных, когда-либо сменивших имя, отчество или фамилию, начиная с 1986 года, когда ваш Петрушка исчез из поля зрения. И вот что мне удалось выяснить. В 1989 году Петр Алексеевич Казюлин стал Петром Петровичем Казюлиным. А спустя еще два года он сменил фамилию, и в законно зарегистрированном браке стал Петром Петровичем Найденовым.

– И что? Он жив?

– По всей видимости, да. Живет в городе Находка. Женат. Имеет трех сыновей и дочь, которая уже подарила ему двух внуков.

Узнать, что где-то в далекой Находке у него имеется дядя, тетя и куча двоюродных братьев, сестра и племянники, было настолько удивительно, что Сил буквально разинул рот.

– Не может быть! Это не он!

– По всем документам, он.

– Но почему он не связался с нами? Почему все эти годы не давал о себе знать?

– Вот это я и предлагаю тебе у него выяснить. Вот номер его сотового, позвони, представься и послушай, что он тебе скажет.

И прежде чем Сил успел очухаться, Юра уже всучил ему гудящий телефон.

– Номер я уже набрал. Сейчас он ответит, говори!

– Может, он еще не ответит. Я бы не стал отвечать на вызов с незнакомого…

Но Петрушка ответил. Голос его вначале звучал немного настороженно, но он внимательно выслушал все, что сказал ему Сил. И про покушение на Анастасию Эдуардовну, которое выполнил человек, назвавшийся его именем. И про нашедшийся в стене ларец, который когда-то был полон драгоценностей, но оказался пустым. И про Леопольда с бандой, которые и постарались сделать ларец сначала полным, а потом пустым.

Внимательно выслушав племянника, Петр сказал:

– А я их предупреждал, что все так просто не кончится. Эти люди не успокоятся. Живые достанут живых. Если умерли, то все равно сумеют вернуться, чтобы в итоге забрать свое.

– О чем вы говорите? Я вас не понимаю.

– Когда я уехал из родного города, от родной семьи, у меня были на то свои очень веские причины. Мы с родителями разошлись в очень важном вопросе. Первое время я отчаянно скучал по родителям, по твоему папе, своему братишке. Связь все еще была тесной. И когда бабушка Лида умерла, я каким-то образом почувствовал, что ее больше нет в живых. И вернулся.

– Так вы приезжали на похороны бабушки? Но мама мне об этом не говорила! Не говорила, что ты там был.

– Она этого не могла знать, потому что сама тогда еще не была знакома с твоим папой. Да и твой папа этого не знал. Маленький еще был. Я встретился только со своими родителями. Сказал, что теперь они убедились: золото нужно отдать, оно не приносит счастья. Но родители меня не послушались. Сначала они мне сказали, что я всего еще и не знаю. Дескать, после моего отъезда вскрылись новые подробности. Рассказали, что обнаружили в нашей квартире тайник, в котором хранилась основная часть улова банды Леопольда. И что они нашли такую кучу драгоценностей, что их хватило бы всей нашей семье на долгие годы. А потом вдруг принялись врать, что золота больше нету. Дескать, оно исчезло, возвращать нечего. И тогда я понял, что их не переубедить. Они никогда не поймут меня. Сказал им, что, пока они не вернут золото, нам с ними говорить не о чем. И уехал.

– И они не пытались тебя остановить?

– Пытались. – Голос Петра помрачнел. – Мама плакала. Отец клялся, что золота у них больше нету. Но я знал, что это не так. И знал, что золото и дальше будет убивать всех, кто к нему прикоснется. Бабушка у нас всегда была крепкая и бодрая, она стала болеть и слабеть после того, как случилась эта история с Леопольдом. Он исчез, а золото, его проклятое золото, осталось с нами. И где бы оно ни было, оно до сих пор несет на себе печать проклятия. Те люди, которые владели драгоценностями раньше, умерли из-за них страшной смертью. Леопольд уже поплатился, теперь пришел наш черед. А я не хотел умирать. И не хотел, чтобы родители тоже погибли. Я горячо просил их отдать золото в милицию. Тысячу раз повторил, что так будет лучше для всех. Но они лишь клялись, что золота у них нету. И просили, чтобы я им поверил. Я уехал и больше не возвращался. Отрекся от своей семьи. Даже отчество сменил, так был зол на них.

– А когда умер мой дед Леша – твой отец, ты уже не приезжал?

– К этому времени у меня у самого уже были дети. Связь с родителями ослабела. Я видел отца во сне, понял, что он умер. А вслед за ним вскоре увидел и маму. Они были вместе. И понял, что ее тоже больше нет в живых. Но тогда у нас с женой было уже трое детей, мы ждали четвертого, жизнь была тяжелой, я должен был работать и зарабатывать для детей кусок хлеба. И постепенно все как-то забылось. У меня были свои дела, свои заботы. Как там живет мой братик Вася, я иногда думал, но не был уверен, что он вообще меня помнит. А самое главное, я боялся, что та невидимая зараза, которая сгубила бабушку Лиду и папу с мамой, перекинется и на мою семью. Я не хотел рисковать. Уговорить Васю отказаться от золота мне вряд ли бы удалось, раз уж не удалось уговорить папу с мамой. А прилететь просто для того, чтобы повидаться… Я не настолько скучал уже по своему брату. Отвык. Другие дела, другие заботы. Четверо малышей, я должен был думать о них.

Разговор с дядей Петей оставил у Сила какой-то неприятный осадок в душе. Вроде бы и близкий человек, родной дядька, а дальше от него, чем многие просто знакомые Силу люди. Что бы уж там ни произошло у Петрушки с родителями, какой бы конфликт ни случился, все равно Силу казалось неправильной та позиция, которую Петрушка занял по отношению к своей семье. Ведь семья она только тогда семья, когда в ней каждый в ответе за другого. А когда кто-то один увиливает от этой обязанности, то получается уже не семья, а настоящий раскол.

– Но одно я понял совершенно точно, – задумчиво произнес Сил. – Золото в ларце было. И этим золотом завладели мои дедушка Леша с бабушкой Олей. А вот куда они его потом дели, нам предстоит выяснить.

И еще всем участникам приключения отчаянно хотелось понять, кто еще кроме них охотится за золотом из ларца. И по какому праву, если уж разобраться до конца.

Глава 13

Жизнь в стране катастрофически быстро менялась. И сути этих перемен очень многие не улавливали. Но Алексей не зря всю свою жизнь проработал в плановом отделе завода, так что он имел представление о науке экономике чуть большее, чем среднестатистический советский гражданин. И сориентировался он быстрее. Понимание того, что прежнего уклада жизни больше не будет, а будет рыночная экономика с ее звериным оскалом, прочно вошло в его голову. Оставалось убедить в этом своих домашних, которые считали, что происходящее – лишь временные трудности, стоит потерпеть, и все снова наладится.

– Оля, ты пойми, – говорил Алексей жене, – зарплату рабочим на производстве не платят уже почти полгода. Люди месяцами живых денег не видят. Они еще не разобрались, но я понимаю, наше предприятие – банкрот. Не сегодня так завтра нас всех выставят на улицу без выходного пособия. Или, даже если заплатят, инфляция все сожрет, сколько ни заплати.

Супруги думали и гадали, как им поступить.

– Нужно свое дело. Бизнес. А для него нужен стартовый капитал. Что мы можем продать?

– Ничего.

– А если подумать?

Оленька в таких случаях опускала глаза и тяжело вздыхала. В таких условиях добытое с кровью у Леопольда и его уголовников золото могло помочь им, удержать семейную лодку на плаву. Вот только – что продавать? Разговор о том, чтобы продать то или иное изделие из тайника, заходил довольно часто. Но Оленька твердо держалась той позиции, что свое золото продавать – грех, потому