Джанет Иванович - Денежки дважды имеют значение

- Не беспокойся обо мне. Я в порядке. Думаю, может, пройтись по магазинам? Посмотреть, не найду ли платье, подходящее к пурпурным туфлям.

Линия губ Морелли напряглась.

– Ведь врешь. Ты собираешься совершить очередную глупость, не так ли?

- Черт возьми, обижаешь. Я думала, тебя возбудит пурпурное платье с пурпурными туфлями. Собираюсь поискать лайкру. Короткое облегающее платьице, расшитое бисером и блестками.

- Знаю я тебя и точно знаю, что ты не пойдешь по магазинам.

- Да чтоб мне провалиться. Я иду за покупками. Клянусь тебе.

Уголок рта Морелли чуть приподнялся.

– Ты соврешь и священнику.

Я собиралась, было, осенить себя крестом, но остановилась на полпути.

– Я почти никогда не лгу.

Только когда это абсолютно необходимо. И в тех случаях, когда правда не кажется уместной.

Я посмотрела, как отъезжает Морелли, а затем отправилась в контору Винни за кое-какими адресами.

Глава 10

Конни и Лула орали друг на друга, когда я вошла в контору.

- Доменик Руссо делает свой собственный соус, - кричала Конни. – С помидорками размером со сливу. Со свежим базиликом. С чесноком.

- Не знаю я никакого такого дерьма размером со сливу. Я точно знаю, что лучшая пицца в Трентоне у Тини с Первой улицы, - вопила в отместку Лула. – Никто не делает пиццу так, как Тини. Этот парень печет пиццу, в которой есть душа.

- Пицца с душой? Что это, черт возьми, за пицца с душой? – язвительно поинтересовалась Конни.

Обе повернулись и уставились на меня.

- Рассуди нас, – обратилась ко мне Конни. – Ну-ка, всезнайка, расскажи-ка про пиццу Доминика.

- Дом делает хорошую пиццу, - согласилась я. – Но я люблю пиццу от Пино.

- От Пино! – Конни скривила верхнюю губу. – Он использует соус «маринара», который получает в пятигаллоновых бидонах.

- Да, - подтвердила я. – Обожаю этот соус из бидонов.

Я положила сумку на стол Конни. – Приятно видеть, что вы двое так хорошо ладите.

- Че? - отозвалась Лула.

Я плюхнулась на диван.

– Мне нужны кое-какие адреса. Хочу кое-что разнюхать.

Конни достала справочник из шкафа позади нее.

– Кто тебе нужен?

- Спиро Стива и Луи Мун.

- Не хочешь ли заглянуть за занавески в доме Спиро, - произнесла Конни. – Или залезть в его холодильник?

Лула состроила гримасу.

– Это ведь парень из похоронного бюро? Дерьмо какое, ты ведь не собираешься вломиться к могильщику, не так ли?

Конни написала адрес на клочке бумаги и поискала второе имя.

Я посмотрела на адрес Спиро, который она раздобыла.

– Ты знаешь, где это?

- Район коттеджей. Свернешь с Клокнер на Дэмби.

Конни дала второй адрес. – Где это, я точно не знаю. Где-то в центре Гамильтон.

- Что ты ищешь? – спросила Лула.

Я сунула адреса в сумку.

– Не знаю. Ключ, может быть.

Или парочку ящиков оружия в гостиной.

- Может, мне следует отправиться с тобой, - высказала предложение Лула. – Такой тощей заднице, как ты, не следует шнырять повсюду одной.

- Ценю твое заботу, - сказала я ей, - но охрана моего тела не входит в круг твоих обязанностей.

- Не думаю, что у меня так уж много дел тут, - заявила Лула. – Сдается мне, что я уже переделала все, что можно, и прямо сейчас мне нужно заняться чем-нибудь, пока я не начала подметать пол и драить туалет от скуки.

- Она маньячка делопроизводства, - поделилась со мной Конни. – Она просто родилась, чтобы возиться с бумажками.

- Ты еще ничего не видела, - пообещала Лула. – Вот погоди, покажу какая я помощница охотника за головами.

- Не упускай своего! – сказала Конни.

Лула упаковала свои телеса в куртку и прихватила сумку.

– Это будет здорово, - приободрилась она. – Совсем как у Кэгни и Лейси (персонажи одноименного полицейского сериала – Прим.пер.)

Я поискала адрес Муни на настенной карте.

– Если Конни согласна, то и я не против, но хочу быть Кэгни.

- Ничего не выйдет! Я хочу быть Кэгни, - заявила Лула.

- Я первая сказала.

Лула поджала нижнюю губу и сузила глаза.

– Не моя ли это идея? Я не пойду, если не могу быть Кэгни.

Я воззрилась на нее.

– Мы же ведь несерьезно, не так ли?

- Еще че, - обиделась Лула. – Говори за себя.

Я предупредила Конни, чтобы не ждала нас, и придержала дверь для Лулы.

– Сначала проверим Луи Муна, - предложила я ей.

Лула стояла посередине тротуара и обозревала Большого Голубого.

– Мы поедем на этом огромном хреновом «бьюике»?

- Ага.

- Знавала я когда-то сводника, у которого была точно такая же машина.

- Эта принадлежала моему дядюшке Шандору.

- Он что, делец?

- Нет, насколько я знаю.

Луи Мун жил на окраине Гамильтона. Было уже почти четыре часа, когда мы повернули на Орхид Стрит. Я сосчитала дома, выискивая номер 216, изумляясь, что улица с таким экзотическим названием (улица Орхидей – прим. Пер.) щеголяла невыразительным рядом безликих убогих домишек. Это был район, построенный в шестидесятых годах, когда земли было навалом, поэтому участки были большие, из-за чего двуспальные фермерские дома казались еще меньше. С годами владельцы сделанных как под копирку домов придали своим жилищам индивидуальность, пристроив здесь гараж, там веранду. Дома модернизировались с помощью виниловой обшивки различных приглушенных оттенков. Пристраивали эркеры. Сажали цветы азалии. И все же торжествовала однотипность.

Дом Луи Муна выделялся ярко бирюзовой окраской, полным набором рождественских огней и пластмассовым пятифутовым Сантой, привязанным к ржавой телевизионной антенне.

- Полагаю, он сегодня празднует, - высказалась Лула.

По свисающим огонькам, вразбивку тянущимся на проволоке к дому и выцветшему виду Санты, я бы сказала, что он пребывает в веселье круглый год.

У дома не было гаража, и не было машин ни на подъездной дорожке, ни припаркованных у тротуара. Здание выглядело темным и необитаемым. Я оставила Лулу в машине и прошла к входной двери. Постучала дважды. Ответа не было. Дом был одноэтажным и приземистым. Но все занавески были открыты. Луи негде было спрятаться. Я обогнула дом, заглядывая в окна. Внутри было опрятно и заставлено мебелью, которую я назвала бы коллекцией старья. Никакого признака недавнего обогащения. Никаких ящиков оружия на кухонном столе. Никаких единичных стволов в пределах видимости. Мне показалось, что он живет один. Одна чашка и одна тарелка на сушилке. Одна сторона двуспальной кровати была примята.

Я легко могла представить, как Луи Мун обитает здесь, довольный своей жизнью, потому что у него имелся такой вот маленький голубой домик. Потом поигралась с идеей незаконного вторжения, но не привела достаточно доводов, чтобы оправдать проникновение.

Воздух был сырой и холодный, земля под ногами промерзла. Я подняла воротник куртки и вернулась в машину.

- Много времени это не заняло, - заметила Лула.

- Тут нечего смотреть.

- Теперь отправимся к могильщику?

- Угу.

- Хорошо, что он не живет там, где работает. Не хочу видеть, что это они там собирают в бадьи у торцов своих столов.

Наступили уже глубокие сумерки, когда мы достигли ряда коттеджей. Двухэтажные здания были из красного кирпича с нарядными белыми окнами. В каждом здании было пять отделений, это означало, что квартир было двадцать. Десять вверху и десять внизу. От всех зданий выходило нечто, напоминающее мундштук курительной трубки. По мундштуку на каждые четыре дома.

Спиро жил в последнем доме на первом этаже. В окнах его было темно, а на парковке машина не стояла. Пока Кон был в больнице, Спиро был занят по самые уши. «Бьюик» был легко узнаваем, а я не хотела быть застигнутой Спиро, если ему вдруг понадобится заскочить домой и быстренько сменить носки, поэтому я припарковалась за одним из мундштуков.

- Спорим, мы найдем здесь какое-нибудь серьезное дерьмо, - заявила Лула, выбираясь из машины. – У меня предчувствие насчет этого.

- Мы только взглянем разочек, - предупредила я. – Не будем делать ничего незаконного, типа взламывать что-нибудь и вторгаться.

- Ладно, - согласилась Лула. – Я поняла.

Мы срезали путь через газон в стороне от домов, делая вид, будто мы ненароком вышли просто прогуляться. На передних окнах в квартире Спиро занавески были натянуты, поэтому мы подошли с задней стороны. И снова на окнах оказались занавески. Лула проверила выдвижную дверь во внутренний дворик и два окна, все было закрыто.

- Разве не погано? – выругалась она. – И как тут можно что-нибудь найти? И как раз, когда у меня предчувствие.

- Угу, - подтвердила я. – Хотелось бы мне проникнуть в квартиру.

Лула раскачала свою сумку и со всего размаху влепила ее в окно Спиро, разбив стекло.

– Было бы желание, а способ найдется, - сказала она.