Клинок флибустьера - Наталья Николаевна Александрова

— Да нет… он цепью прикован…

«Цепью прикован!» — Мила вздрогнула. Павла держат где-то в темнице, прикованного цепью, как в Средние века. Мучают, бьют…

— И бить его не надо совсем, пару раз стукнули, так он сразу и поплыл. — Коротышка слегка приободрился и зачастил: — Поет, как кенарь в брачный сезон! Все рассказал, что знает. Только знает он немного. Передал ему хозяин сверток, велел оставить его в нужном месте или связаться с тем человеком…

— Как связаться?

— Тот сам его найти должен.

— Ну, дальше?

— Дальше мы его перехватили, а свертка-то и нету! Где, что? Он, похоже, и сам удивился. Трясет пустым портфелем, должен, говорит, тут быть, не иначе жена вытащила.

— Жена? А ей-то он зачем?

— Вот и мы его спросили, а он нам говорит, что жена у него — такая пройда, вечно по карманам шарит, проверяет его, от ревности рехнулась прямо!

Да что же это такое! Мила едва удержалась, чтобы не затопать ногами и не стукнуть кулаком в стену. Да когда это было, чтобы она шарила по карманам мужа? И сообщения в телефоне никогда не читала. Доверяла ему полностью, и мысли такой не приходило в голову, что он может что-то от нее скрывать!

А что она вытащила из портфеля упакованную шкатулку — так она думала, что там подарок для нее. А потом забыла про нее напрочь. Не до того было.

И если бы Павел сказал все честно — так, мол, и так, у меня неприятности, я должен уйти, — так неужели бы она не поняла? Мало того что Таисья ее за полную дуру держит, так еще и собственный муж так же думает.

— Ищите, говорит, она ту вещь где-то спрятала, допросите как следует! — бормотал коротышка.

— Ну-ну, видно, не слишком он женой дорожит, раз такое предлагает, — хмыкнул голос, — а может, нарочно на нее все сваливает.

— Мы ее достанем! — божился коротышка. — Ну, в квартиру теперь хода нету, так на работу же она ходит? Можно подстеречь возле офиса, в машину…

— Шуму много будет, — встрял тут Паук. — Она теперь в полиции на заметке, ее же вызывали на опознание того жмурика, которого мы в машину сунули. Если исчезнет она, то…

— Вот что делать надо, — перебил низкий голос, и Мила вся превратилась в слух.

Она даже рискнула придвинуться поближе к стенке, и тут… тут по ее ноге пробежали маленькие когтистые лапки.

Мила застыла на месте, уверяя себя, что ей показалось. Но нет, сбоку послышался шорох, и сердце Милы на миг перестало биться. За этот миг она снова почувствовала маленькие лапки рядом. А когда сердце снова стало работать, то кроме его ударов Мила услышала писк. И достала из кармана плаща телефон.

И когда дрожащими руками она направила луч на пол, то увидела… крыс было несколько. Они сидели чуть поодаль и смотрели на Милу, и глаза их отливали красным.

Очень осторожно Мила сделала шаг в сторону, но споткнулась о какой-то мусор и выронила из рук телефон. Очутившись в кромешной тьме, она запаниковала.

Непременно нужно было найти телефон, но страшно наклоняться. Все-таки она пошарила по полу, каким-то чудом нашарила телефон, но тут под руку попался хвост не в меру любопытной крысы. Почуяв ловушку, крыса рванулась, но не прочь, а по рукаву плаща.

Этого Мила уже не выдержала. Она громко взвизгнула и помчалась прочь из этого крысиного подвала, на ходу пытаясь сбросить с себя крысу.

Та же, испугавшись больше Милы, от страха побежала не вниз по рукаву, а вверх.

Мила замотала головой и с разбегу жахнулась головой о стенку. Стенка была, как уже говорилось, из картона, но те трое услышали шум.

— Что там, кто еще? — рявкнул низкий голос, и тут же появилась знакомая Миле парочка.

Она-то их не видела, она неслась по подвалу, не разбирая дороги, налетела на кучу пустых ящиков и бросила один из этих ящиков назад. Не попала ни в кого, зато Паук, поспешавший следом, упал на одно колено, потому что нога, сильно ушибленная возле Милиной квартиры, взорвалась болью.

— Черт! — он добавил еще парочку смачных ругательств.

Паук был не боец, коротышка понял это сразу, так что побежал за Милой быстрее. Точнее, он еще понятия не имел, кто там, но в последнее время ждал от жизни больших неприятностей.

Каким-то чудом Мила пробежала темный подвал, подхватив полы длинного плаща, и оказалась перед дверью. Замок открывался изнутри, но пока она с ним возилась, ее настиг коротышка.

— Ты что тут делала? — Он рванул плащ, и тут под руку ему попала крыса, которая отчего-то не спустилась вниз, а затаилась у Милы на плече. Сейчас же она как раз решила покинуть Милу, а может, просто со страху, но прыгнула прямо на лицо коротышки.

Тот отшатнулся с криком, Мила в это время смогла открыть дверь и выскочила на улицу. Она обогнула дом и рванула через кусты в поисках тропинки. Но прежде нужно было перейти канаву, а мостик куда-то подевался.

И тут тяжелое пыхтенье возвестило о подходе коротышки. Он бросился вперед и схватил Милу за полу плаща, но плащ расстегнулся, и Мила выскользнула из него, как змея из старой кожи.

Но колючие кусты цеплялись за одежду, мешая бежать, и она поняла, что вряд ли убежит от этого типа.

Мила развернулась и решила принять бой. Правда, у нее не было никакого оружия, кроме соседкиного ридикюля, так что она размахнулась и стукнула коротышку по голове.

То есть метила она в голову, а попала только в плечо, с удовлетворением заметив глубокие царапины на скуле, — стало быть, крыса потрудилась на славу. Но самой Миле пришлось бы туго, если бы ридикюль от удара не открылся и в руки Миле не вывалился баллончик с перцовой смесью.

Ну надо же, ай да Розалия Яковлевна! Вот почему этот ридикюль показался таким тяжелым…

Мила нажала кнопку и выпустила едкую струю прямо в лицо ненавистному коротышке. Тот заорал, схватился за глаза, упал и принялся кататься по земле.