Убийство со вкусом пеперончино - Юлия Евдокимова

Калабрия, и Базиликата были в другой жизни, далекой от сегодняшних дней.

Вернувшись в Россию, она читала в интернете новости о новых расследованиях знаменитого Лиса и думала о том, что дни в магической Лукании были лучшими среди ее путешествий, самыми необычными и волшебными в жизни.

Она была рада, что Карло Бальери оказался джентльменом, каким и описывали его журналисты, чем выгодно отличался от большинства итальянцев, но иногда жалела об этом

Саша утешала себя тем, что значила что-то в его жизни, иначе он не привез бы ее на свою родную землю, не показал бы то, что было ему так дорого.

Острая боль в сердце при воспоминаниях об их встречах так и не отпускала. Саша снова и снова прокручивала в голове все события и разговоры, размышляла, что было бы, поступи она по-другому в одной ситуации и скажи другие слова в иной. В общем, впадала в те самые рефлексии, над которыми потешалась, слушая рассказы подруг о сердечных терзаниях.

Сидя на окне и следя за лениво падающими снежинками, она вдруг набрала номер, который знала наизусть, но так ни разу не позвонила после возвращения домой.

– Привет, Аликс, как ваши дела? – он не удивился ее звонку, словно они не расстались навсегда пару месяцев назад.

Она рассказала, что пришла зима и идет снег, и у нее все хорошо, и уже почти наступила ночь.

А он сидел в кабинете в загородном доме и работал с бумагами, и за окном шел обычный декабрьский римский дождь.

И вроде не о чем было уже говорить…

– Спокойной ночи, – сказала Саша, чтобы не придумывать ничего не значащих слов для заполнения пауз в разговоре.

– Buonа notte – спокойной ночи, Аликс. Sogni d’oro! Золотых снов. Пусть вам сегодня приснится Матера, – ответил Лис.

Саша прижалась лбом к оконному стеклу, все еще сжимая вспотевшей от волнения рукой телефон.

Она была так рада, что Бальери не забыл их поездку в Матеру, она искала в его словах смысл, которого там, возможно, и не было. Всплеск эмоций сменялся грустью, ведь он не сказал «до скорого», или «до встречи», или чисто итальянское «a dopo» – до «потом».

В этот момент телефон в ее руке снова зазвонил и она, даже не посмотрев на экран, ответила по-итальянски:

– Pronto?

– Чао, это я, – комиссар тосканской полиции Лука Дини вздохнул и продолжил, – я тут подумал… Мы почему-то совсем не общались последнее время и все сложилось как-то неправильно… В общем, я хочу позвать тебя в Прагу… Ты не представляешь, какая она красивая зимой, – заторопился Лука. – Это настоящее чудо. Поедем?

ЭПИЛОГ

Этим утром Сергей Троицкий никуда не торопился. Он давно уяснил: не торопись, не мельтеши, даже если кажется, что все плохо и выхода нет – все потихоньку управится и наладится. А не спешишь – и ошибок не наделаешь.

Выйдя из венского отеля Мариотт, он не спеша прошел по Weighburggasse сворачивая в переулочки, пока не добрался до Stephansplatz, площади святого Стефана, где возвышался одноименный собор.

Пустые кареты для катания туристов, запряженные лошадьми, еще только подтягивались к собору, редкие прохожие пробегали по площади, но уже раздавались гудки автомобилей и слышались колокольчики старых трамваев. Город потихоньку оживал.

Троицкий любил собор и любил Вену. Здесь было все, что ему нравилось – солидные, но в то же время яркие здания с барочными завитушками, парки и дворцы, прекрасные рестораны и чудесные сладости. А главное – сладкий кофе с шапкой сливок поверх бокала, не то, что один глоток горькой итальянской жидкости!

Как многие мужчины он любил сладкое, и не стеснялся этого.

Сегодняшний день обещал быть теплым. Лето только начиналось, в парках пели птицы, журчали фонтаны. До встречи в клинике пластической хирургии доктора Барбары Гебхард расположенной в двух шагах от собора оставался еще целый час, а значит можно позволить себе съесть пару пирожных и выпить кофе.

Предстоящие переговоры его не волновали, не решатся на партнерство – легко найдется другая известная клиника.

Он удачно вложил деньги, полученные от продажи бизнеса в Италии и вполне мог бы ничего не делать до конца своих дней. Но это скучно, почему бы и не предложить совместный бизнес венским пластическим хирургам? Все развлечение!

Тут в него почти врезался невысокий черноволосый молодой человек с канареечно желтым шарфом поверх синего пиджака, в красных брюках и белых кроссовках. Он крутил головой, пытаясь определить, где находится, шагнул назад и столкнулся с Троицким. Поднял, извиняясь, обе ладони вверх, замотал головой:

– Scusi, scusi! Dove si trova la fermata piu' vicina del taxi? (Простите, простите, где тут ближайшая стоянка такси?)

–Va sempre diritto! (Идите прямо) – Машинально ответил Троицкий.

– È lontano? (Это далеко?)

– No, no, all’angolo prossimo (нет, нет, на следующем углу)

– Grazie! – разноцветный, как попугай, итальянец отправился в нужном направлении.

Надо было сделать вид, что я не понимаю, – подумал Троицкий. – Хотя какая теперь разница! Южане гребаные. Даже одеваются как дебилы.

Он никогда не относился к мелким хулиганам, сделавшим свой бизнес в 90е, был для этого слишком молод. Деньги сделал его отец, а Сергею оставалось лишь попасть в нужное время в нужное место и поймать струю. Хорошее образование этому поспособствовало.

Смешно начинать новую жизнь в новой стране не зная языка. Сергей давно брал частные уроки и к переезду в Италию уже довольно свободно понимал и говорил на итальянском. Но зачем это афишировать? Гораздо полезнее делать вид, что ты не понимаешь ни слова, больше информации к размышлению. Каких только ошибок не совершает окружение, думая, что ты полный ноль!

Эта курица, его жена-моделька, конечно не удосужилась выучить даже несколько фраз. Сергей потешался, потягивая поднесенное на серебряном подносе игристое вино, пока супруга скупала половину магазина Дольче и Габбана или какой-нибудь Прады на миланской виа Монтенаполеоне.

–Эй, ты, ну как тебя, иди сюда, вишь, шарушки тут, на кофте? Меняй, давай!

И ведь меняли, извинялись приносили то, что надо, понимая по интонации.

– Деньги решают все, – в который раз убеждался Троицкий.

А эта курица еще и права начала качать! Он нанял частного детектива, и быстро убедился, что его подозрения были не напрасны. Супруга спуталась с Мишкой. И ведь не разведешься! При мысли о том, что придется делить бизнес, у Троицкого скулы сводило. Но оставлять все как есть нельзя, вопрос не в измене, он сам никогда не хранил верность жене, а в партнере – Михаил найдет, как влезть в его дела с этой шпионкой доморощенной.

Сергей много