Волчье логово божьих коровок - Маргарита Эдуардовна Южина

что!.. потому что я тоже Нику знала!!! А меня! Меня даже за стол не позвали!!! Как собаке, в конуру кинули миску и все!!! Да!!! Это я!!!

— Дррррянь!!! — резко отшвырнул ее от себя старик. — У меня мог быть инфаркт!!!

— Да ни хрена с тобой не будет… — пробормотала горничная.

— Вероника Георгиевна, успокойтесь, — поддержала пошатнувшуюся женщину Дездемона. — Он сам не понимает, что творит. Сегодня такой день…

— Это уж точно… — уже успокаиваясь, вздохнула женщина, подняла с земли выпавший платок и побрела обратно, к дому.

Гости потянулись за ней.

Дездемона поспешила занять место возле Леонида. Она уже по опыту знала, пьяный язык — это сущий клад для внимательных ушей.

Однако, когда она пришла к столу, Леонид уже не сидел. Его вообще нигде не было.

— Где Леонид?! — кинулась к Кириллу Мокеевичу Дездемона. — Куда вы его дели?! Что с ним?!!

— Да что ты все время меня допрашиваешь?!!! — не выдержал почтенный старец. — Где Леонид! Да кто б его знал!!!.. Веранда!!! Ленька куда делся, паршивец?!!!

— Я его не видела… — появилась в проеме гостиничной арки невозмутимая горничная.

— Жора!!! — Дездемона с ужасом смотрела на товарища и понимала — только что они лично допустили непростительную оплошность — позволили убить еще одного человека.

Жора вытаращил глаза и только беззвучно мотал головой — он точно помнил наказ — рта не открывать!

— Да он вон там… я его в спальне видел, — нехотя отозвался какой-то дядечка неблагонадежного вида.

— Позвольте спросить — а что вы в тех спальнях искали? — сверкнула глазами горничная. — Извольте вывернуть карманы!

— А чего это карманы? Я просто… по нужде прошелся, а там он… бездыханный! И рука вот так вот мотается с кровати. Помер, бедолага… От любви, видать, издох…

Дездемона кинулась в спальню. Кое-кто бросился тоже за ней, но Жора каменной глыбой встал на пути.

— Правильно, молодой человек, — пробегая, похвалила его Веранда, — Постойте здесь, а то эта толпа здесь все по камешку растащит!

Леонид был в отцовской спальне. Он и в самом деле лежал на кровати, свесив руку.

Но дядька врал — Леонид был жив — по всей комнате раскатывались рычащие звуки его храпа.

— Живой… — с облегчением выдохнула Дездемона.

— Ты уж совсем… — так же выдохнул позади нее Кирилл Мокеевич. — Можно подумать, у нас тут каждую минуту кто-то кого-то убивает.

— Подумать можно… — кивнула гостья. — Я, например, уже подумала.

Домой Дездемона вместе с Жорой возвращались совершенно вымотанные.

— Ну и что ты думаешь? — спрашивала Жору Дездемона. — Террариум, точно же?

Жора только уныло смотрел на дорогу.

— Чего молчишь-то?! Ты там чего-нибудь заметил?

— Тык… вы ж сами говорили — молчать! Я и молчу! — возмутился Георгий. — Столько всего, а я, как немтырь какой, честное слово! Прям, обидно так!

— Ну уж и немтырь! Я ж слышала, как ты матом крыл тех, кто в спальню рванул, — напомнила Дездемона.

— Тык!.. Это ж я для устрашения! И сам потому что испугался! Не, ну ващще! Я на таких поминках ващще никогда не был! У другана свадьба была недавно, так там точно было — как на поминках, а здесь!! А зачем подушку — то вышвырнули? Она сама что ли выпала?

— Не сама… выкинул ее кто-то… и в то самое время, когда Ленька уже хотел чего-то сболтнуть. А потом все понеслись на улицу, а его просто усыпили.

— Как собаку, да? Или не до конца?

— Конечно, не до конца, ты ж видел — живой он, — напомнила Дездемона. — Но… очень удачно.

— А кто?

— Может быть Веранда эта, только… не сильно мне в это верится.

— Вот и мне тоже… такая славная женщина… — зачмокал губами Жора. — Она меня так хвалила…

Дездемона даже отвечать не стала: ну до чего мужики — народ ненадежный! Стоит только один раз по голове погладить и уже все, растаял!!! Идиотство! Веранда — и славная женщина!

Глава 5

Дома их уже с нетерпением ждал Аркадий.

— Ну наконец-то! — радостно потер он руки при виде вошедших. — А то я уж… Жорик, а чегой-то у тебя вид какой-то нерадостный? Прямо скажем, печальный вид-то? Ты чего — даже пивка не взял?

— Чего ему радоваться, мы ж на поминках были, — одернула мужа Дездемона Карповна. — И никакого пивка, у нас работы непочатый край… Кака, а чего ты нам приготовил на ужин-то? Хоть бы какой картошечки поджарил.

— Тык… вы ж на поминках были, я уж думал там картошечки — то будет завались! Правда, пивка вот там, наверняка, не дали, так что ты, Жорик, не кручинься зря-то, сбегай в магазин, сейчас пивко, оно в самый раз бу…

Жорик, видимо, был такого же мнения, потому резво развернулся и потрусил к выходу — за пивком.

— Хватит уже! — рявкнула Дездемона. — Нам мысли мыслить надо, а они тут … Я вот все думаю — почему ж это никого из родных Ники-то не было? А может были, да мы их не видели?

— Ну вот! — хлопнул себя по ногам Аркадий Аристархович. — И меня не взяли, и сами ничего не усмотрели! Куда вы пялились-то? Опять, наверное, в салаты?

— А я все про подушку не могу забыть… — разлепил уста Жора. — И чего она из окна выпрыгнула?

— И ведь в самое время, когда этот Ленька хотел мне что-то сказать! — напомнила Дездемона.

— Нет, так дело не пойдет… — занервничал Аркадий Аристархович. — Давайте — ка я … чайку организую, а потом мы сядем рядком, да вы мне все и расскажете. Моничка, сходи, прими душ, я уж тебе там все приготовил.

Моничка от душа не отказалась. Правда, ничего там приготовлено не было, да и чего там готовить — женщина просто взяла полотенце и поплыла в ванную.

— Жора! Беги скачками в магазин, я ее задержу! — торопливо зашипел Аркадий Аристархович. — А то на сухую глотку никакие мысли не скачут!

— Да у вас и на мокрую-то… — хотел было порассуждать Жора, но Аркадий попросту вытолкнул его за двери.

Жора прибежал раньше, чем вышла мокрая, посвежевшая Дездемона из душа. Они даже успели с Аркадием одну бутылочку распить и разлить кое-что в чайные чашки, а потому были особенно улыбчивы при виде дамы.

— Чего это вы на кухне? — спросила дама.

— Моничка, — сразу начал Аркадий Аристархович, плюнув на прямой вопрос супружницы. — Вот мне тут Жора что — то пытался рассказать, так ведь у него ни фига не разберешь, ты уж сама обскажи — что там случилось-то?

Дездемона подозрительно присмотрелась к мужу, к столу, но бутылки были надежно упрятаны за кухонную «стенку», поэтому придраться было не к чему.

И Дездемона рассказала все с самого