Скелет в расцвете лет - Янина Олеговна Корбут

этого увлекательного занятия меня отвлек женский голос с сильным акцентом «из глубинки»:

– Аленка, вот свезло так свезло!

Я повернула голову и хорошо разглядела приближающуюся ко мне поросячьей рысцой даму неопределенного возраста. Мешковатый пуховик, сапоги-дутики, большая сумка с крупной пряжкой в камнях. На местную жительницу элитного поселка она похожа не была.

– Вы обознались, я Аленкина приятельница, – улыбнулась я, уже догадавшись, что чудная женщина издалека приняла меня за подругу. Сама же я гадала, кого черт принес.

– Во дела, и точно. Похожа, – шмыгнула она носом, плюхаясь рядом со мной. – А я же ее свояченица, или как там правильно? Бывшая жена старшего брата, короче. Лариса зовут.

– Брата? – искренно удивилась я. – Не знала, что у Алены есть брат.

– Есть, есть, куда ж денется. Хотя делся вот куда-то. По мамке они родные, он лет на тринадцать старше. Сволочь, одним словом. А в молодости ничего был, высокий, серьезный. Мы в санатории профсоюзном познакомились, на танцы ходили, ночами гуляли. Романтика…

– Курортный роман, – вставила я из вежливости, чтобы не сидеть истуканом. Хотя болтать не особо хотелось, но родственница Алены любила почесать языком.

– Ага. Только курортный запой положил конец курортному роману. Витька-то мужик был неплохой, особенно когда не пил. Работящий даже. Но через это дело…

Лариса выразительно щелкнула пальцами по шее и вздохнула.

– Короче, турнула я его, когда он за драку сел. Да и сел-то по пьяни. Он сам добрый, но как выпьет, все справедливости ищет. Так что детей давно сама ращу. Теперь вот документы от него на выезд за границу детям понадобились, ищу Витьку. Отец все-таки. Вроде он говорил общим знакомым, что закодировался, работать сюда подался. А я тут как раз проездом, к тетке на юбилей моталась.

Женщина поерзала и снова стала сетовать, что бывший муж куда-то запропастился:

– И где искать ирода? Телефон отключен. Не удивлюсь, что он его потерял или пропил. Никогда им пользоваться особо не умел. Дремучий человек. Я этот адрес еле-еле узнала. Старший сын фамилию Алены в интернетах нашел, а я уже по фамилии пробила. Сосед наш в полиции кем-то там трудится, хоть и мелкая вошь, а помог. Хотя тут муженька, понятное дело, не будет. Сестрица-то не шибко разгонится к себе пустить. Фу-ты ну-ты.

Тут она вспомнила, что я вроде как являюсь подругой Алены, и замялась:

– Ой, извиняюся, конечно, но Алена, между нами говоря, звезду словила. Девка простая, лимита, а поди-ка ты. Оно, конечно, понятно, мордашка смазливая. Ее с детства в модели отправляли. На нашей свадьбе, помню, еще школьница была, а уже тогда с амбициями. На всех смотрела свысока.

– Вы вместе жили? Ну, с Аленой и ее родителями?

– Не, мы с мужем в поселке жили, у моей матери. Свекровь Ваську и Алену одна поднимала. Оба бывших мужа через пьянку умерли: первый утонул, второй инфаркт заработал. К свекрови не особо ездили, далековато. А потом с мужем разошлись, он назад к ним жить вернулся. Мы тогда еще с Васькой общались. Как-то я к ним на праздники зимние приехала, детей привезла. Аленке уже лет восемнадцать стукнуло. Свекровка моя, прости господи, живая была еще. Помню, фотографию в руки взяла и давай языком цокать да гадов поминать. Я потом потихоньку глянула, что за карточка у нее в руках, а там Аленка наша с парнем каким-то. Значит, свекровка его гадом называла, понимать так надо. И чего взъелась на парня? Я у бывшего тогда еще спросила, что за карточка. А он сказал – Аленкина любовь. Первая. Наверное, что-то там у них не срослось.

– Бывает, – брякнула я, хотя особо интересной тема мне не показалась.

– Ну, а потом она в город уехала, отучилась, – продолжила Аленина сноха, не замечая, что я не очень активно ей оппонирую, – да и пристроилась удачно. Хотя теперешнего ее мужа я даже не видала в глаза. Мы как с Васькой разошлись, так я с его семьей не общалась. Хоть бы Алена подарок какой племянникам прислала – ни-ни. Потом от знакомых узнала, что свекровка померла. Аленка шикарные похороны организовала, у мужа денег полно, можно и пыль в глаза пускать. А племянникам…

Я поняла, что дама сейчас пойдет на второй круг, и перебила ее:

– Так вы не в курсе? Вадим, Аленин муж, он… погиб.

И попыталась максимально кратко изложить суть произошедшего, а Лариса выкатила глаза:

– Да ну… Во дела. Тогда оно, конечно… Откуда ж мне знать? Она же не общается, и племянникам… А тут я еще до кучи.

Женщина смущенно глянула на часы.

– Ладно, заболтались мы, поеду я на вокзал. Ты ей все-таки скажи, что я ее ищу. Ну и братца ее тоже. Уже всю голову сломала, где он может быть. Я телефон свой на бумажке запишу, передай. Вдруг объявится.

Накорябав цифры на каком-то мятом чеке, она подхватила сумку и побрела в сторону остановки. Та виднелась сразу же за соседним домом. В это время из дома Алены как раз появился Славик. Тоже с сумкой в руках. Только с черной, дорожной.

Проследив мой взгляд и удаляющуюся женщину, Славик в недоумении приподнял брови.

– У Алены есть старший брат, сводный. Его жена ищет, – пожала я плечами, опасливо поглядывая на шевелившуюся в руках приятеля сумку.

Из нее доносились какие-то утробные звуки чревовещателя, что не особо способствовало моему желанию познакомиться с котом.

– Я переноску не нашел, порылся в кладовой. Вот, старую сумку отыскал. Надеюсь, они не хранили там драгоценности, – захихикал Славик, успокаивающе пошикал на кота и полез рукой в боковой карман.

– Я тебе сейчас бубочек отсыплю, не бушуй. Ой, там что-то есть, – пробормотал он и, засунув руку поглубже, извлек на свет пакет сухого корма. А следом – тоненький дешевый альбомчик с поцарапанными уголками родом из 90-х.

– Ну, вряд ли тут деньги, – успокоила я его, но Славик уже сунул нос в чужие фото. Он был с жутко любопытной мордочкой.

– Гляди, тут на фото Алена молодая совсем. Смешная такая.

– Ничего не смешная. Вспомни свою челку Карлсона на выпускной фотке. А Аленка и в школьные годы была ого-го!

– Так-так, а тут она с каким-то парнишкой, – гаденько усмехнулся приятель, листая альбом.

Я присмотрелась и присвистнула:

– Глянь, этот парень… Это же Вадим! Ну, точно, подбородок, брови его. Только он какой-то слишком молодой.

– Точно, я сразу и не понял. А такие свитера были в моде в 2007-м.

Славик достал фото из целлофана и удовлетворенно причмокнул.

– Ну вот, тут и дата. 2008 год. А ты еще сомневалась в моем вкусе.