Irena-Barbara-Ioanna Chmielewska - Все красное (пер. В.Селиванова для журнала "Смена")

Павел поднялся и заглянул в приоткрытые двери коридорчика.

– Это здесь, – сказал он, зажег свет. И замер.

Мы привычно вскочили с мест.

С антресолей струилась густая темно-красная жидкость. На полу расплывалась все увеличивающаяся лужа. Стены были все в красных брызгах…

– Нет!!! – зазвучал ужасный крик Зоси. – Ради бога, нет!!! Все уже кончилось!…

– Анита же арестована! – шепнула Алиция.

Первой пришла в себя Эльжбета.

– Боюсь, что придется туда залезть. Или предпочитаете подождать полицию?

– Боже?! Кто же на этот раз?!

– Сам туда влез или его запихнули?…

– Все возможно. Пожалуй, пора звонить в полицию.

Г-на Мульгора не было дома, не было на службе и вообще не было нигде. Посоветовавшись, решились посмотреть сами.

Пытаясь сдержать отвращение, Алиция обогнула лужу и поставила стремянку. На нее добровольно взобрался Торстен – наиболее крепкий из нас в психическом отношении. Осторожно откинул крышку, держа в другой руке фонарь, и заглянул.

Сверху на нас полился темно-красный дождь. Мы дружно вздрогнули от отвращения.

– За сундуком, – гробовым голосом сказал Торстен. Он вручил Павлу фонарик, жестом приказав светить вглубь. Перегнулся по пояс в недра антресолей и с усилием что-то передвинул.

– Не знаю, что это, – сказал он, слезая. – Но, по-моему, Алиция, это что-то твое. Уже все вытекло, взгляни сама.

– Господи! – странно оживилась Алиция и быстро полезла по стремянке. – Ну, конечно, весь вишневый сок вытек к чертовой бабушке! Наверное, банка лопнула, когда запихивала сундук!

Похоже было, что Зося организует нам новый труп, на этот раз Алиции. К счастью, она быстро обессилела.

– Больше у тебя ничего нет? Какого-нибудь другого цвета? Зеленого? Голубого? Фиолетового? Я уже не могу видеть красное!… Подумать только, Дания считается спокойной страной! Даже скучной! И я приехала провести отпуск в спокойной стране!…

Уже на вокзале, провожая нас, Алиция вспомнила еще об одном невыясненном вопросе.

– Слушай, откуда они, собственно говоря, взяли тот снимок?

– Который?

– Ну этого, Анитиного хахаля…

Не зря же я последнее письмо в Польшу выслала «авиа»… Но не имела ни малейшей охоты это объяснять – сначала мне нужно было повидаться с блондином моей жизни. Я занесла ногу на ступень вагона. Зося и Павел уже были внутри.

– Ты же слышала: получили его из Польши этим научным методом, когда, знаешь, точки бегут…

– Ты меня точками не морочь. Кто его прислал? Никого ведь ни о чем не просили. Что там, в Польше, образовался коллектив ясновидцев?

Я поставила на ступень вторую ногу.

– Просто, наверное, это у них случайно оказалось, и они подумали: вдруг здесь пригодится?

– Ты, кажется, письма писала? О том, что здесь делается?

– Писала, ну и что?

Алиция посмотрела на меня внимательно, и мне показалось, что так легко ее не проведешь.

– Ну-ка, говори, кто этот твой?…

– Такая ты умная, как не знаю что, – недовольно сказала я. – А когда убийцу надо было вычислять, ты где была?

– Не виляй. Кто он?

– Один такой…

– Это он выслал снимок, да? И интересовался Эдеком? Ему нужно было имя этого бандита, а?

– Предположим. Ну и что?

– Так кто же он, черт побери? Во что ты на этот раз впуталась?

И тут, к счастью, поезд тронулся.

– Ни во что не впуталась! – закричала я, высовываясь из окна. – Это совсем другая история, продолжение которой вот-вот наступит! А что было раньше, я тебе при случае обязательно расскажу!

Кондуктор захлопнул двери вагона.