Irena-Barbara-Ioanna Chmielewska - Дело с двойным дном (пер. В.Селиванова)

– А ты что, знаешь его?

– Знаю, тот самый, из Константина.

Какой-то рок нас преследует, неужели так никогда и не удастся отделаться от того, что произошло?

Вынув из шкафчика запыленные стаканы, я тщательно вымыла их – не все же пить из горлышка – и разлила по стаканам остатки Бартекова коньяка.

Уже немного успокоившись, мы стали обсуждать последнее происшествие.

– Как эта скотина проникла сюда? – вслух раздумывал Бартек. – Или отмычкой открыл замки, или Райчик дал ему ключи. Ты как думаешь?

– Не знаю, и то, и то возможно. Во всяком случае, завтра же, нет, сегодня, сменю замки. Здешний дворник очень хорошо умеет их вставлять, куплю что-нибудь получше. А зачем он вообще сюда явился?

– Лучше скажи, зачем ты сюда явилась.

Вздохнув, я допила свой коньяк и призналась.

Все рассказала: как проснулась среди ночи, как испугалась за него, как сломя голову кинулась сюда.

Даже рассказывая, я вся дрожала. Бартек попытался меня успокоить, и ему это удалось. Любимая, сказал, только теперь я понял, как же ты замоталась со всей этой историей, если позабыла о теткиных мухоморах. А этот мерзавец явился наверняка для того, чтобы хорошенько обыскать квартиру, знал наверное, что тут еще много чего можно найти. Интересно, что вообще делает твоя полиция? Или у этих глин мозги вообще не варят? Неужели не вычислили его? Неужели до такой степени ничего так и не поняли?

Не знала я, о чем глины думают, а если по-честному, то ведь и сама всеми силами старалась им заморочить голову, может, они и в самом деле запутались.

Впрочем, неужели уж они такие беспомощные, что из-за ложных показаний одного свидетеля у них рушится вся концепция следствия? Да нет, вряд ли.

Тут я вспомнила, как выглядел бандит, грязный и небритый. Щетина трехдневной давности, если не больше, так что, возможно, полиция и ищет его, а он скрывается. Отращивает бороду, потом изменит внешность, его и не распознают. Может, он не знал, что полиция передала мне квартиру, думал, тут никого нет, пересидит несколько дней спокойно, потом скроется. Может, напрасно я опорожнила бутылки с коньяком?… Пусть бы угостился мухомором.

– До мухомора он мог и не добраться, – заметил Бартек. – Мог начать с неотравленных, трех бутылок ему хватило бы дня на два. Послушай, ты и в самом деле подозреваешь свою тетку в том, что она способна отравить все на свете?

– Я не подозреваю, я знаю.

Бартек долго смотрел на меня, потом произнес:

– Любимая, пора тебе начинать наконец нормальную жизнь. Ладно, наведи здесь порядок, раз уж ты так решила, у меня осталось на неделю работы, придется вкалывать и днем, и ночью, время поджимает. Мне дали неплохой аванс, по окончании получу хорошие деньги. И тогда я сам займусь квартирой, так что все тяжелое оставь мне. А пока будешь здесь крутиться, запирайся и на ключ, и на цепочку.

Я спросила, стоит ли мне рассказать полиции о взломщике. Он подумал, ответил не сразу.

– Все зависит от того, как ты объяснишь свое присутствие в этой квартире в четыре часа утра. Без всякой причины человек в такую рань по городу не носится.

– А я уже придумала причину. И даже не очень совру. Среди ночи вспомнила об отраве и уже не могла заснуть. Решила, уж лучше поеду и вылью, чем мучиться, все равно не смогу заснуть.

– Что ж, правдоподобное объяснение. И расскажи им в подробностях о взломщике, опиши его внешность. Если не идиоты, поймут – тот же, что и в Константине орудовал. Хотя, кто их знает… Может, там его никто не видел? Ну да ладно, ты расскажи о взломщике, а у меня возникла одна идея…

– Анонимный звонок, – торжественно сообщил Болек, трудясь над уткой с яблоками.

Приготовление утки не доставило мне особого труда, если честно, я купила ее в уже готовом виде в баре «Корнер».

Мы с Янушем вопросительно смотрели на поручика Болека, ожидая продолжения, и он продолжил:

– Некто позвонил по телефону и попытался шепотом сделать важное сообщение. А иногда, для разнообразия, говорил в нос. Знаете, когда у человека сильный насморк, он говорит в нос? Вот и этот, похоже, зажал нос двумя пальцами и говорил. Чтобы не узнали по голосу.

– А почему он не ограничился только шепотом?

– Потому что мы его совсем не слышали, вот и пришлось анонимному информатору перейти на насморк.

– Так что это была за информация?

– Очень краткая. Он знает, кто пристукнул мужчину в ветеринарной клинике. Дал подробное описание внешности убийцы. Получается, Доминик. И еще: он отращивает бороду. Кася подтвердила.

– Излишне кратко, – поморщился Януш. – Пожалуйста, немного подробнее. Какая связь между Касей и Домиником?

– Доминик вломился в квартиру на Вилловой и напал на Касю. Не для того, чтобы убить, пытался изнасиловать. И Кася утверждает: он отращивает бороду.

– А когда это произошло?

– Ночью. Точнее, на рассвете.

Было совершенно ясно: пока Болек не разделается с уткой, будет отделываться короткими высказываниями в телеграфном стиле, связного рассказа из него не выудишь. Пришлось набраться терпения и ждать. К счастью, утка – не страус, кончилась довольно быстро. И Болек сообщил подробности:

– Позвонивший в полицию неизвестный утверждает, что библиотекаря прикончили потому, что тот пытался помешать грабителям. Да, мы так и не узнали, кто звонил, назвать себя он отказался. А потом позвонила Кася со своим сенсационным сообщением.

Тиран попросил ее приехать. Она сказала, что проснулась среди ночи от ужаса, внезапно вспомнив об отраве, спрятанной дорогой тетей в буфете. Она ее и в коньяк подлила. Вот Кася и сорвалась с постели и ночью помчалась в такси на Вилловую. Доминик уже был в квартире, напал на девушку, когда она в кухне выливала в раковину содержимое коньячных бутылок. Ясно, она о Доминике, как таковом, представления не имеет, просто описала бандита, напавшего на нее. Опознала Доминика по фотографии и сообщила, что бандит несколько дней не брился.

Ясно, отращивает бороду, чтобы изменить внешность.

Очень ценная информация! Девушка была взволнована, но показания давала четкие и ясные.

– А этот Доминик ее… ничего плохого ей не сделал? – забеспокоилась я.

– Нет, не смог. Она огрела его по голове уцелевшей бутылкой с коньяком и потом еще поранила: разбила об его голову оставшуюся полную бутылку коньяка и разбитым горлышком ранила в голову, он и сбежал – видит, не справиться с девкой. Бутылка, всем известно, очень подходящее оружие, а Кася девушка спортивная, не какое-нибудь лилейное создание. Доминик тоже не Геркулес, вот если бы на его месте оказался Райчик, девушке пришлось бы труднее… До того, как приехать к нам, Кася уже успела сменить замок в дверях квартиры.

– А кто вставлял ей новый замок? – не преминул поинтересоваться Януш. – Не сама же…

Болек понял смысл вопроса.

– Нет, не ее парень, тот так и не появлялся. Дворник. А Кася по нашим расспросам поняла, что ее ночной грабитель уже разыскивается нами, и предположила, что он, видимо, состоял в сговоре с Райчиком и от него получил ключи от теткиной квартиры. У Райчика, по ее словам, ключи наверняка были, ведь он был частым гостем тетки, она его чаем поила, он мог воспользоваться случаем, снять незаметно слепки с ключей и сделать дубликат.

– А в квартиру полез затем, чтобы ее хорошенько обыскать после того, как полиция сделала свое дело и ушла. Наверняка от Райчика знал, что хозяйка квартиры имела привычку прятать свои сокровища, – предположил Януш. – Теперь я, пожалуй, готов поверить в то, что именно Доминик похитил золото, которое отыскал в стене Райчик. Наверняка они уговорились с Райчиком, и он поджидал за дверью. Открыл дверь своим ключом или отмычкой, увидел два трупа, схватил ценности и смылся. Ни к чему не прикасался, вот поэтому Яцусь и не мог его вычислить.

– Вспомните, он ведь появился у дверей квартиры, когда в ней уже была полиция, – напомнила я. – Его Иола видела. Зачем тогда было ему приходить? Опасно ведь.

– Спрятал добычу и явился посмотреть, что происходит, – не очень уверенно предположил Януш.

Поручик Болек пожал плечами.

– Ты сам не веришь тому, что говоришь. Если грабанул золото, ему до лампочки, что там происходит. Да и не такой он дурак, чтобы не понимать, насколько рискованно появляться на месте преступления.

– Конечно, мне тоже представляется сомнительным такое объяснение, – согласился Януш. – А Тирану не следовало так быстро освобождать квартиру, надо было обыскать ее всю тщательно, каждый сантиметр. А вы сделали только поверхностный обыск…

– Кто же знал? Мы расследовали убийство, и тут нашей бригадой было сделано все необходимое. Естественно, мы прежде всего накинулись на свежий бардак, устроенный погибшим взломщиком, ведь это напрямую было связано с преступлением. И Яцусь действительно извлек из него кое-какие отпечатки пальчиков. А остальное нам ни к чему.