Дарья Калинина - Колючки в брачной постели

Юлия Аюповна готовила, Верочка бегала за продуктами и делала калькуляцию, высчитывая для себя с мамой лишнюю копейку. А потом молодая девушка на присланной за ней машине везла готовые обеды в офис, кормила сотрудников, собирала грязную посуду, прибиралась в офисе и ехала обратно, но уже своим ходом.

Вот тут-то и появился Слава, который вызвался ее сопровождать. Машина у него тогда была плохонькая, но Вере выбирать не приходилось. Слава провожал ее до дома, не прекословя мыл за Веру грязную посуду, аккуратно вытирал ее полотенцем и только после этого соглашался поужинать вместе с женщинами остатками их сегодняшней стряпни.

И хитрая Юлия Аюповна мигом смекнула, какой выгодный жених им попался. Скромный, послушный и при этом трудолюбивый и неприхотливый. Клад, а не мужик! Как такого упустить? Нельзя! Нельзя ни в коем случае упускать! Но если сама Юлия Аюповна точно знала, чего хочет, то сам Слава как-то мялся, томился, приходить он в гости приходил, но решительного шага к тому, чтобы остаться навсегда, не делал. Все мямлил, все увиливал.

Вот тогда на сцену и вышла тетя Люда с ее знакомой акушеркой. Ловкая бабенка мигом нашла врача, готового выдать поддельное УЗИ и заключение о ложной Вериной беременности. Если бы Слава отказался, Вера ничего бы не потеряла. Беременность бы рассосалась сама собой, как она и рассосалась, но только уже после свадьбы.

Со сватовством Славы и замужеством Веры теперь все было понятно. Оставался открытым вопрос с миллионом. С миллионом евро и с миллионом рублей. И они оба эти миллиона ужасно друг с другом не сочетались. Словно они оба были из разных жизней. В одной шикарной жизни жили люди, расплачивающиеся в ресторанах легко, без проверки счетов, и так же легко тратящие деньги на свои прихоти. А в другой жизни жили две одинокие женщины, экономящие каждую копейку и ведущие строгий учет каждой электрической лампочке, горящей у них в квартире.

– Миллион евро? – захохотала вторая невестка тети Люды – Соня, которой подруги снова позвонили, потому что никак не могли прийти к согласию, откуда у Юлии Аюповны и ее дочери взялись эти деньги. – У тети Юли с Верой? Да вы что! Какой там миллион евро! Вы бы знали, как они жили! Одевались, конечно, хорошо, особенно Вера. Но тетя Юля все время твердила, что внешний вид Веры – это залог ее счастливого и выгодного замужества. Она спала и видела, как бы найти для Веры богатого мужа. Так, говорит, Сонька, копейки считать надоело. Ты-то меня понимаешь? И чтобы у тети Юли был бы миллион евро и она бы о нем ни одной живой душе не проговорилась? Да ни за что не поверю! Она ведь страшно любила, когда ей все вокруг завидовали. Она специально, рассказывая про свою жизнь, приукрашивала. И какой у нее Саша был молодец. И как он прежде зарабатывал много. И как взятки с кого только можно тряс. И ничем не брезговал. Иной раз от мичманов или младшего офицерского состава и спиртом брал. Знал, что спирт – вроде бы и не деньги, как взятка не пройдет, простая благодарность одного человека другому. А между тем спирт вроде валюты. И вы думаете, что у них мог оказаться миллион евро? Да когда дядя Саша служил, в стране про евро еще и слыхом-то никто не слыхивал. Не было такой валюты! Не было!

Евро в Советском Союзе и впрямь не было, а вот миллион евро в наследство от мужа у Юлии Аюповны откуда-то имелся. Этот миллион видели сотрудники более чем солидного агентства недвижимости. Имелся договор с кассой, где черным по белому с печатями и подписями ответственных лиц читалась сумма – девятьсот семьдесят тысяч евро, разложенных, как и полагается, в несколько подписанных конвертов, во избежание путаницы.

Не верить сотрудникам «РусНед» у сыщиц не было никаких оснований. Эти люди честно выполняли свою работу уже много лет. Если бы они вдруг решили пуститься во все тяжкие, вряд ли они начали бы с такой мелкой пичужки. Ведь в их фирме проходили сделки не по одному, а по сотне миллионов долларов!

Значит, деньги у Юлии Аюповны были. И деньги, если не огромные, то очень и очень большие!

– Но если у Юлии Аюповны и Веры имелся миллион евро в загашнике, они вполне могли жить на проценты с капитала. И работать им было бы не нужно.

– И миллион в рублях столько лет им копить тоже было бы не нужно! – откликнулась Соня. – И ведь как копить! Они буквально на всем экономили. Юлия Аюповна договорилась с поварихой в одной из школ, которая продавала им по дешевке оставшиеся после детей макароны, картошку и подливу к ним.

И задыхаясь от возможности всласть посплетничать, Соня принялась выкладывать обомлевшим подругам всю правду о жизни Юлии Аюповны и ее дочери еще до знакомства со Славой. Оказалось, что первые подступы к миллиону рублей дались им не без труда. Обе женщины экономили буквально на всем.

– Тетя Юля в фирме работала, обеды для сотрудников готовила. Но это только так называлось, что она готовила. На самом деле она только мясо дома жарила или рыбу, ну, котлет еще могла навертеть. В фарш ведь много булки можно напихать, выгодно получается. Но все равно, самый крутой бизнес они на гарнире с дочерью делали.

– На гарнире?

– На нем, любимом. Таскали его ведрами из соседней школы. Сегодня вермишель с сыром и маслом. Отлично! Завтра пюре овощное. Тоже пойдет! Послезавтра запеканка печеночная. Совсем неплохое блюдо! Вот так у них и получалось, что для своих «фирмачей» они готовили только основное блюдо. Суп и тот не варили. Даже его приобретали все в той же школе. В ведре в фирму везли, там снова разогревали. Никто из работников даже не догадывался, что подъедает остатки за школьниками.

Ну да, все правильно. Суп и гарнир – эти вещи дети едят крайне неохотно, если вообще едят. Вот и остаются продукты, которые можно выгодно перепродать.

– И не по одному разу, заметь. Сначала на школьном питании наживалась повариха, а потом уже ловкие Юлия Аюповна с дочерью.

– Ну, и сколько они там наживались на этом бизнесе? – скривилась Соня. – Весь обед стоил пятьдесят рублей. Ну, выгадают они там двадцать рублей с человека. Ну, в день две тысячи набежит. Это если все благополучно, все обедать пришли и повариха не подвела. Но миллион евро такими темпами им еще сто лет было бы не накопить!

Нет, тут определенно что-то не складывалось. Соня была совершенно права, и сами подруги это отлично понимали. Не накопить тете Юле и ее дочери было своими силами миллион евро. Нет, не накопить. Но тем не менее миллион у них имелся! И в этом не было никакой логики.

– Откуда же у них взялся миллион? – бормотала Кира, когда они вечером ехали на собрание жильцов, посвященное безобразному поведению коммунальщиков. – Нет, миллион рублей – это как раз сумма вполне понятная и доступная. Если работать, стараться и копить, то миллион соберется, но рублей! Рублей, а не евро!

Сегодня как раз к вечеру, словно дожидаясь момента для народной расправы с нерадивыми «коммунальщиками», пошел дождь. И члены собрания смогли подняться на последний этаж дома и убедиться в том, о чем знали и так. Новенькая, положенная только в прошлом году крыша безбожно текла. Она текла, пожалуй, даже сильней, чем текла когда-либо их старая крыша.

– Теплоизоляцию они нам при ремонте тоже не сделали. Мы фактически отапливаем улицу. Но пока они отапливали улицу за свой счет – это их дело. А теперь они хотят отапливать ее за наш счет. И в этом мы им должны помешать!

Дальше выступали инициативные старушки, а дамочки из общественных комитетов собирали какие-то подписи. На собрании была представительница из органов опеки, которая громогласно возмущалась тем, что в связи с закрытием старой площадки у них снова возрастет процент «неудачных» детей.

Подруги вяло голосовали за очередную энергичную дамочку, которую выбирали председателем того и помощником этого, клевали носами и про себя думали, что все эти люди могли бы скинуться и вместе организовать эту самую несчастную спортивную площадку. Всего-то там и надо снова провести проводку, повесить пару лампочек и поставить детям ворота. К чему тогда все эти собрания, когда для счастья требуется всего лишь немного денег и общие усилия. И ведь тогда денег понадобится действительно совсем немного.

Собрание было скучным. Коммунальщики очень быстро признали свои ошибки, пообещали их исправить и удрали. Но инициативным дамочкам было этого мало. И они все чего-то обсуждали и переизбирали. Так что во время собрания Кира погрузилась в свои мысли, бормоча себе под нос:

– Миллион… Где же они взяли миллион?

– Какой миллион, голубушка? – дружелюбно откликнулась какая-то сидящая рядом с ней интеллигентная дама. – Упаси бог от таких трат. Тут пока что речь идет о тридцати пяти рублях доплаты с каждой квартиры.

– Тридцать пять рублей? Доплаты? За что?

– За крышу!

– Всего тридцать пять рублей в месяц? А площадка тогда сколько? Десять?