Галина Куликова - Салон медвежьих услуг

Саша кашлянула и делано безразличным голосом заявила:

— Можешь соединить мой кружочек с кружочком Анисимова. В свое время у нас с ним случился.., ну, роман.

Олег шевельнул бровями, потом вздохнул и примирительным тоном спросил:

— Но это ведь было довольно давно, правда? Ты говорила, что три года замужем.

— Замужество мне не помешало. Еланский ничего не знал, — хмуро сказала Саша. — И потом. Вадим приходил ко мне домой вот только что — после первых двух убийств.

Олег резко вскинул голову:

— Зачем?

— Мне показалось, что за сочувствием.

— За сочувствием? Надо же. А вы с ним долго встречались? — Олег снова опустил глаза на свой лист, и Саша не могла понять, как он отнесся к ее признанию.

— Нет, недолго. Ада застукала нас на одной вечеринке. В сущности, между нами был только флирт, я разве не сказала?

— Ада? Застукала вас? И есть свидетели?

— Куча свидетелей. Ты знаешь, случился скандал. Как потом выяснилось, Ада была мастерицей устраивать сцены своему благоверному — Роман с фотографом — это уже кое-что, — пробормотал Олег, принимаясь рисовать очередную стрелочку. Видно было, что в «просто флирт» он не поверил.

«Ну и черт с ним, — подумала Саша. — В конце концов речь идет о моей жизни. Навязался помогать — пусть переваривает всю правду».

— Если исключить родителей, остаются три женщины Вадима Анисимова, к которым он неровно дышал. Жена, сводная сестра, поощрявшая слухи об их невероятной близости друг к другу, и пассия. Почему-то в этот список попала еще сестра жены. Может, он и с ней — того? Флиртовал?

— Это я, что ли, пассия?

— А как ты хочешь, чтобы я тебя назвал? — спросил Олег.

Саша пожала плечами и предпочла промолчать.

— Итак, — продолжал Олег, подавив раздражение, — перейдем ко времени и методам совершения преступлений. Каждой жертве посвятим отдельный абзац.

— Ты еще не все знаешь, — перебила его Саша. — Я должна рассказать тебе про пистолет.

На лице Олега не дрогнул ни один мускул.

— Какой пистолет? — спросил он ровным голосом.

— Который мне подбросили.

— Где он?

— Его у меня украли.

— Ах, так. Ну что ж.

Саша выскочила из-за стола и, удерживая внезапно подошедшие откуда-то из горла обиженные слезы, отвернулась к окну, обняв себя руками. Олег тоже встал, Саша почувствовала, как он медленно приблизился.

— Да ладно, брось. Не реагируй так.

— Я еще ничего не рассказала, а ты мне уже не веришь, — пробормотала Саша, зло размышляя, что полагаться в этой жизни можно только на себя, никому нельзя доверять. А уж рассчитывать на помощь мужчин тем более нелепо.

Они будут с тобой только до определенного момента. Или пока им это нравится, или пока выгодно.

Олег положил руки ей на талию. Потом наклонился и поцеловал в шею. Саша ахнула.

— Ш-ш-ш, — пробормотал Олег. — Кажется, я был таким противным, потому что ревновал.

— Ревновал?

— Тебя к Анисимову.

— Глупо и смешно, — чувствуя, как слабеют ее ноги, пожала плечами Саша. — Я, в конце концов, замужем.

— Это надо срочно исправить…

Олег развернул Сашу к себе и, осторожно положив ладонь на ее затылок, начал медленно наклоняться.

— Ты готова идти дальше? — прошептал он ей в самые губы.

"Он меня для чего-то использует, — вдруг подумала Саша. — Хочет привязать посильнее.

А кто может быть более слеп, чем покоренная женщина?"

Целоваться окончательно расхотелось, и она довольно резко попыталась высвободиться.

— Что такое? — пробормотал он, заглядывая ей в лицо.

— Ничего. — Саша потянулась к стулу и, развернув его, снова села за стол. — Или у нас расследование, или роман.

— Ты что, ставишь меня перед выбором?

— Нет, наверное, я не так выразилась, — усмехнулась Саша. — Лучше будет следующий вариант: у нас расследование, а не роман. Ты согласен?

Глава 11

— Мы не можем найти Еланскую, — констатировал Денис. — Из чего следует заключить, что она замешана.

— Или просто что-то знает, — Миша закурил свою первую сигарету. Он откладывал это удовольствие так долго, что достал ее буквально в одну минуту. — Что-то опасное.

— Ты думаешь, она прячется, потому что боится?

— Если бы она бежала, то вдвоем с Анисимовым.

— Жду не дождусь, когда этот засранец наконец сорвется.

— Сорвется? Не смешно. Если он замешан, то никогда не сорвется. А если нет, что тебе с его срыва?

— Ты веришь, что этот тип не догадывается о причинах убийств?

— Ни во что я не верю! Давно уже не помню такой рутины: десятки людей приходится проверять, и все без толку. Ни одного приемлемого подозреваемого.

— Как же? А сам Анисимов?

— У него нет видимых мотивов, а у нас нет улик.

— Слушай, есть идея. Что, если ему до такой степени осточертели все бабы, что он озлился и решил покончить хотя бы с теми, которые ему непосредственно досаждали?

— Очень смешно. Кстати, у меня новость.

Да еще какая! Знаешь, на чей фоторобот мы с тобой потратили столько времени?

— Хочешь сказать, на кого-то ужасно известного. Он актер российского кино, а мы не узнали его, потому что нам некогда смотреть телевизора Миша повел бровями. Денис сказал:

— Ну не фони. Так на кого мы потратили свое драгоценное время?

— На человека из ФСБ. Наши интересы, как говорят на высшем уровне, пересеклись.

Он вкратце описал историю с «Фольксвагеном».

— Как ты вычислил парня?

— Он сам подсуетился. Срисовал номер нашего «Москвича», проверил, чей он. Когда узнал, кто хозяин, позвонил Ковшову. Они вместе на юрфаке учились. Шепни, говорит, ребятам, чтобы не ловили меня. Такой веселый чувак.

— Если они с Ковшом в дружбе, тот наверняка кое-какую информацию ему слил. Вот увидишь, только мы выйдем на что-то стоящее, тут откуда ни возьмись появится наш знакомец с дружками и отнимет дело.

— Что ж теперь, с горя на стенку кидаться? — пожал плечами Миша.

Денис хмыкнул:

— Ну ладно, одной заботой меньше. Значит, пуля из «Фольксвагена» не наша и «глок» отпадает.

— Да. Остается «беретта», из которой застрелили Карташову и Анисимову, и «ТТ», из которого убита Леонтьева.

— Два ствола лучше, чем три.

— Еланская все равно попадется. Обязательно позвонит в «Триаду», вот увидишь. Эта девица подвержена порывам и очень высокого мнения о своей персоне. Такие всегда попадаются.

— Анна практически во всем мне доверяет.

Но здесь у меня полный и абсолютный облом.

О своей подружке она — ни мур-мур.

— Потрясающая женщина, — пробормотал Миша.

— Еланская?

— Ты знаешь, о ком я.

Лицо Дениса омрачилось:

— Что я буду делать, когда все это закончится?

— Смотря по обстановке, — пожал плечами Миша. — Ладно, не дрейфь, придумаешь что-нибудь. Ты ведь и сам парень не промах. Всегда бьешь в десятку. Кстати, что там с одежкой у ребят?

— Все путем. Костюм, про который вспомнила Еланская, действительно нашли дома у сестры Ады Анисимовой. В «Триаде» его опознали.

— Значит, версия о том, что именно Леонтьева побывала в салоне, подтверждается?

— Ага. Костюмчик свеженький, карманы чистые.

— Вопросов становится не меньше, а больше. Зачем нужен был этот взлом, как ты думаешь?

— Черт его знает. И главное — эта Леонтьева ведь знала, что искать!

— И все-таки мне кажется, что у истоков всего дела стоит какая-то женщина, — заявил Миша. — Какая-нибудь тайная воздыхательница фотографа. Или хорошо законспирированная любовница.

— Ну и где она, где, эта любовница? Ведь нету же ее.

— Может, она балерина и уехала на гастроли в Японию. Месяцев на шесть. А может, — актриса. И у нее контракт с Лондонским театром.

— Пошел ты в болото, — сказал Денис. — Если любовница способна прожить без нашего красавчика столь долгое время, то ни на какое преступление ради него она не пойдет. Тем более на ряд преступлений.

— Ну у него и фотокарточка, я тебе скажу, — вздохнул Миша не то с завистью, не то с осуждением. — Бабы от него просто тащатся. Прямо на месте падают.

Денис поморщился и напомнил:

— Они падают, потому что в них кто-то стреляет.

— Если спросят, скажем, что мы родственники Вадима, — прошептала Саша, нервно оглядываясь.

— Никто тебя ни о чем не спросит, — успокоил ее Олег.

Он легко и быстро открыл дверь в коттедж, где произошло первое убийство;

— Заходи. Ты что, боишься?

— Конечно, боюсь. А ты нет?

Олег негромко рассмеялся:

— До чертиков.

— Господи! Кого я спрашиваю?

Саша постаралась взять себя в руки и унять противную дрожь в коленках, которая преследовала ее с того самого момента, как они спрятали машину в придорожных кустах и отправились к дачному поселку. Было шесть часов вечера, достаточно рано, чтобы не включать свет и не привлекать внимания соседей.

В доме было пусто, тихо и прибрано. Нигде не валялось ни одной бесхозной вещи. Обстановка сразу же напомнила о том, что Виктория работала в художественном салоне — здесь обнаружилось множество стильных вещиц, подобранных со знанием дела.