Убийство с горечью амаро - Юлия Владиславовна Евдокимова

Марко чуть не подпрыгнул на месте.

***

Через два дня Арлена возвращалась в Рим и девушки в компании Марко были приглашены в казарму в Равенне, где Арлена и Никколо собирались в четыре руки приготовить римский ужин для всего состава, включая гостей.

Постарались римляне на славу. Арлена приготовила ведро соуса аматричиана к ведру пасты, нажарила огромную кастрюлю supplì – римского ответа сицилийским аранчини, овальных рисовых «брусочков» в золотой панировке с кусочками ветчины и каперсами.

Никколо полдня простоял у плиты, забросив все дела, благо спокойная криминальная обстановка позволяла. Он сворачивал и тушил сальтимбокку – римские телячьи рулетики, в не менее промышленных масштабах, чем коллега.

Оба не рискнули замахиваться на десерт на казарменной кухне, поэтому договорились в одной из равеннских тратторий, и им сделали большую корзину римских «маритоцци», или… «муженьков», сладких булочек с кедровыми орешками и сухофруктами, которые принято макать в свежие сливки.

Жены некоторых карабинеров были «на подхвате» помогая начальству.

Голодные молодые парни смели все очень быстро, под кофе и десерт шли расслабленные разговоры с шутками. Саша чуть не рассказала анекдоты о карабинерах, услышанные ею от маршала Элены в тосканской долине, но вовремя остановилась.

Когда Марко о чем-то заворковал с Арленой, Саша уже собиралась выцарапать глаза римской красавице за себя и за Соньку, но вдруг услышала, что разговор идет о винограднике, о будущем вине на ферме Россетти, и о том, что без Софии – без Соньи- он бы просто пропал, и передумала.

В дополнение к десерту разлили по бутылкам «Старую Романью», бренди, который Саше никогда не нравился.

– Интересно, почему в отличии от Франции и Испании итальянцы не делают ни коньяк, ни бренди?

– Это долгая история, – отозвался Марко, – на самом деле делали, и довольно долго.

В Италии всегда ценили вино, и этого продукта хватало, чтобы удовлетворить все вкусы. Традиционная виноградная граппа – побочный продукт виноделия – заняла нишу крепки напитков.

Но первые дистилляты производили уже сотни лет назад, в салернитанской медицинской школе они были прекрасно известны, правда производство дистиллята ограничивалось алхимическими лабораториями, или монастырскими аптеками. Производить их в более-менее промышленных масштабах итальянцы начали лет на 200 позже соседей, и то благодаря англичанину Джону Вудхаузу, создавшими знаменитое вино Марсала на Сицилии в 18 веке.

Французы подсуетились, и приняли закон, ограничивающий зону производства коньяка и этим словом не может называться ни один продукт в мире, за исключением произведенного на определенной французской территории.

Испанцы опередили остальных в производстве бренди, в первую очередь хересного. Так в Италии производство бренди и не приобрело серьезную промышленную основу, хотя знаменитая «Vecchia Romagna» и бренди из Триеста продаются по всей Италии.

– Ну, с коньяком или испанским бренди ваша «Старая Романья» и рядом не стояла, – непатриотично для гостьи заявила Саша.

– У меня есть амбициозная идея производить бренди на своем винограднике, – Марко посмотрел на Соню, и та гордо кивнула, – и я постараюсь, чтобы про наше бренди ты не сказала ничего плохого. Хотя очень часто итальянский бренди проходит по категории «амаро» – горьких ликеров-дижестивов.

– Их я тоже не люблю, – сказала Саша.

– Амаро должны существовать хотя бы для того, чтобы напоминать, что не все в жизни бывает светлым и радостным, но без горечи жизнь не будет полной.

Саша допила свой бренди и философски изрекла:

– У наших сегодняшних преступлений привкус горечи, привкус амаро. Теперь я понимаю, почему так неуверенно, словно пытаясь оправдать убийцу, говорил с нами падре Джанкарло, скорее всего к нему на исповедь успел сходить синьор Альберто. Я тоже не оправдываю убийцу, но ведь вся эта история замешана на любви, которая приняла странные формы и отняла жизни, а еще на страхе одиночества.

– Преступления со вкусом амаро… – задумчиво произнес Никколо.

***

Все засобирались, ужин был окончен, лишь Сонька сидела, о чем-то задумавшись.

– Ау, ты где? – пошутила Саша, а Сонька перевела на нее задумчивый взгляд и сказала:

– Ты хорошо подумай, ладно?

– О чем?

– О Никколо. Ты понимаешь, что не только он, но и ты будешь для них начальником, вот для всех них, – Сонька обвела рукой веселящихся молодых ребят. – Ты будешь выслуживать их жалобы, мирить с девушками, вытирать сопли, в общем, должна стать для низ такой всеобщей мамой. Ты это понимаешь?

Саша уставилась на подругу:

– Ты о чем сейчас? Ты о чем вообще? Мы прекрасно провели вместе время, все было здорово, но больше то ничего не было!

– Боюсь он об этом и беспокоится, что именно так ты и рассуждаешь.

Договорить им не дал телефонный звонок на мобильном Сони.

– Привет… мы это… немного отдыхаем… нет, я не скоро приеду, ну, и Саша будет только через неделю.

– Кто это? – удивилась Саша, а Соня сделала страшные глаза и прошептала: – Зина-Ида!

Дальше Соня лишь кивала, словно абонент на том конце разговора мог ее увидеть. Хотя слов и не надо было, Зина-Иде требовалось срочно выговориться, и встречная реакция ее не волновала.

– Ну? Рассказывай, – не терпелось Саше, когда Соня наконец нажала отбой.

– Она уже дома. Рассказывала, как вляпалась с новым другом.

– Он что, тоже держит дома мавзолей бывшей девушки?

– Хуже.

– Ну, не томи!

– После 10 дней прекрасного отдыха на Гарде, он сказал, что Иде пора домой, потому что приезжает из отпуска его домработница.

– То есть он пригласил к себе Иду, потому что домработница была в отпуске?

– Все гораздо хуже. Он собирается на ней жениться.

– На Иде?

– Нет, на домработнице. Она хорошая девушка из Молдавии и у них давно сложились отношения. Ну, а пока она уезжала на родину, он и пригласил Иду в гости.

– Pezzo di porca! – вспомнила Саша, как обычно выражается в таком случае Джованна, ее подруга из тосканского борго Кастельмонте. И добавила для внушительности: – stronzo!

– Итальяни! – философски заметила Соня.

Капитан собирался отвезти Саш в Сентинелл, но Марко заверил, что нет никакого смысла гнать две машины, а Арлена напомнила, что завтра уезжает, и не все бумаги еще подписаны.

Прощанье получилось скомканным, и Саша лишь состроила Соне физиономию:

– Ну, вот видишь, а ты о чем-то еще говорила!

***

Уезжала не только Арлена. Любое, даже самое приятное путешествие, рано или поздно подходит к концу, и через день пора было и Саньке с Сонькой в обратный путь.

Вернее, Саньке, потому что Сонька с виноватым видом рассказала, что взяла отпуск за свой счет, и поживет здесь еще месяц.

Они с Марко всерьез занялись виноградником, пригласили специалистов, начинаются важные работы, и она никак не может