Галина Куликова - Нагие намерения

— О…

— Уже не такой близкий, как раньше, — поспешно добавила она, потому что в голосе ее нового знакомого послышалось такое разочарование, которое могло бы тронуть даже ледяное сердце. — Но все же очень близкий.

— Хорошо, — потом ты мне расскажешь, — мягко заметил Виктор.

Это был потрясающий контраст — между его прямым взглядом, крупным телом, твердо стоявшим на земле, и доверительным тоном. Диана расплылась на стуле, и в этот момент Шургин появился на пороге кафе. Выбрал такой момент, когда она была особенно уязвима.

Вальяжной походкой завсегдатая закусочных он двинулся по центральному проходу, на секунду задержался, словно раздумывая, и выбрал столик рядом с Дианой и ее спутником. Причем сел так, чтобы оказаться в максимальной близости от них — на расстоянии вытянутой руки. Если бы сегодняшний спутник нравился Диане по-настоящему, Шургин испортил бы ей все удовольствие.

Он сделал заказ и закурил сигарету. Диана ни разу не видела, чтобы он курил. Сигареты оказались чудовищно вонючими, с каким-то мистическим привкусом горелой кожи. По ее представлению, именно так должна пахнуть сгоревшая избушка на курьих ножках. Он не обращал на парочку никакого внимания. Вытянул ноги и стал любоваться своими ботинками.

В тот момент, когда Виктор решил взять Диану за руку, Шургин привстал и вежливо спросил:

— Можно попросить у вас пепельницу?

— Пожалуйста, — Виктор подал ему искомый предмет и снова повернулся к своей даме.

Еще минутная пауза, и новый вопрос:

— А сахарницу? Вижу, вам она не нужна, а мне принесли кофе, но почему-то без сахара. Извините.

— Ничего страшного, — покладисто ответил Виктор.

За время их переговоров Диана предусмотрительно убрала руку со стола.

С избытком насыпав сахару в свою чашку, Шургин снова привстал и протянул ее обратно:

— Огромное вам спа… Ой.

Стакан с остатками лимонада повалился набок и выплеснул содержимое на клеенчатую скатерку.

— Боже мой, извините, — с чувством сказал он. — Сейчас я позову официанта, и он все исправит. Официант!

Прибежал официант и принялся отодвигать приборы, чтобы вытереть лужу. На лице Виктора появилось плохо скрытое раздражение, лицо Шургина казалось непроницаемым.

— Не станем заказывать десерт в этой дыре, — твердым голосом заявил Виктор. — Я отвезу тебя в кафе, которое находится в замечательном зеленом уголке. Там варят потрясающий кофе из лучших кофейных зерен. А местные кондитеры делают крохотные пирожные с кремовой начинкой из сливок и ореховой пасты.

— Ты любишь сладкое? — спросила Диана, нервно улыбаясь. Его предложение прозвучало чертовски романтично. И Шургин все слышал. Она боялась, что эти самые пирожные в конце концов выйдут ей боком.

С другой стороны, ее личная цель была достигнута. Шургин видит, как внимателен Виктор, как он в ней заинтересован. И если только она Шургину небезразлична, он, конечно, ревнует. Другое дело, что он совсем этого не показывает.

И тут до ступенькам проискали каблучки, и в кафе вошла молодая девица в коротенькой юбке и атласной кофточке, состоявшей из перекрещивающихся полосок ткани, которые бантом завязывались на ее шее. У девицы был агрессивный вид и, пошарив глазами по столикам, она остановила свой взгляд на Викторе и Диане. Протиснулась через узкий проход, подскочила вплотную к ним и воскликнула:

— Ага! Вот я тебя и застукала, милый!

Словечко «милый» она произнесла с издевкой. Ее намерения не оставляли сомнений. Публичный скандал — и точка.

— Простите, вы ошиблись, — сказал Виктор, спокойно посмотрев на нее.

— Я?! — закричала девица. — Ты спятил?

Она повернулась и смерила Диану презрительным взглядом.

— Эта тетка в два раза старше меня! Вот, значит, какие у тебя вкусы! А я-то, дура, тебе поверила! Ты говорил, что дашь мне все, чего только душа пожелает! Все вы вруны!

Виктор сидел, опустив глаза в чашку и играя желваками. Было видно, что такое спокойствие дорого ему стоит. Диана хотела было вмешаться и уже открыла рот, но в этот момент в кафе вбежали два крепких парня, взяли смутьянку под локотки и повлекли к выходу.

— Оставьте меня! Я должна с ним поговорить! — запротестовала девица. — Куда вы меня тащите?

Посетители кафе крутили головами, некоторые даже привстали, чтобы поглядеть, удастся ли угомонить девицу.

— Звучит невероятно, но я действительно не знаю, кто это, — виновато улыбнулся Виктор, подняв глаза. — Вот почему я так не люблю большого скопления народа — можно оказаться в глупой ситуации: — Он накрыл руку Дианы своей и спросил с обезоруживающей улыбкой: — Ты ничего, не сильно расстроилась?

— Да нет. А кто это ее… увел?

— Наверное, какая-нибудь местная охрана. Кто-то же следит за порядком в этом парке, — небрежно ответил он.

Шургин сидел с таким самодовольным видом, что Диане захотелось его убить. Нет, это была с его стороны не ревность, это было подлое, мелкое мщение. Ну, как же? Он взялся ее охранять, а она пошла на свидание!

Он действительно был доволен. Алекс заплатил девчонке немного денег и попросил устроить сцену. Так, влегкую, ничего безобразного. Они хотели посмотреть, есть ли у Виктора охрана. Шургин предполагал, что есть. И не ошибся. Эти два парня работали неплохо — как он ни присматривался, не опознал их в толпе. Они вынырнули из ниоткуда, но действовали грамотно. Девицу отпустили сразу за фонтаном. Она кричала, что хотела заработать немного бабок — что в этом такого? Думала, богатенький дяденька от нее откупится — только бы она не орала.

Нанявший ее Алекс на всякий случай скрылся из виду. Виктор и Диана тем временем расплатились по счету и спустились вниз по ступенькам. Шургин догнал их уже на площади.

— Эй, гражданин, — сказал он, постучав Виктора согнутым пальцем по плечу. — Вы чек забыли. — И действительно протянул ему чек, оставленный официантом на столе после расчета. — Такие вещи лучше носить с собой. А то сейчас повсюду проверки. Спросят вас: а что вы делали на территории парка, граждане? А-вы — р-р-раз! — и предъявите чек.

У него был такой идиотский вид, что Диана едва не задохнулась от злости.

— Спасибо, — спокойно сказал Виктор, взял чек и положил в нагрудный карман. — Очень мило с вашей стороны.

Когда парочка направилась по дорожке к выходу из парка, Шургин поманил Алекса и удовлетворенно констатировал:

— Я же сказал, что это крупняк. Был бы сявкой, кинулся бы мне морду бить. Знаешь, есть такие крутые, что сразу наливаются кровью и начинают хамить. Этот — нет. Смотри, даже охранников не подозвал.

— Интересно, где она его подцепила? — спросил Алекс вслух.

— Познакомиться с женщиной, которая жаждет знакомства, можно где угодно.

— Не думал я, что она жаждет, — с обидой откликнулся Алекс. — Я предлагал ей все! Я, может, покруче этого типа. Я практически пластиковый король.

Шургин посмотрел на него рассеянно и сказал:

— Ну, что? Отправимся вслед за ними и будем наблюдать за стремительным развитием отношений? Или плюнем на нее и разъедемся по домам?

— Ты что? Мы же договорились! Я же тебя нанял расследовать это дело!

— Алекс, ты меня не нанял, а только пожелал нанять. Это во-первых. Во-вторых, я расследую совершенно другие вещи. В-третьих, я сам решаю, чем мне заниматься, а чем нет. Насчет Дианы я еще не решил. Вернее, я решил, но не думал, что она будет бегать по мальчикам.

— Я ужасно расстроен, — тяжело вздохнул Алекс. — Но признайся, что Дианочка тебе тоже нравится.

— Нет.

— Нет?

— Нет. Мне ее жалко, это да. Хоть она и хорохорится, но на самом деле — Диана самое беспомощное существо, которое я встречал за последнее время. Эта ее так называемая карьера, потуги выглядеть деловой и самостоятельной… А потом первая же серьезная неприятность, — и бац! — ее увозят черт-те куда, связывают руки, угрожают… Если бы не мое вмешательство… наше вмешательство… ее бы уже пристукнули где-нибудь в темном углу, и дело с концом. Первый раз в жизни мне приходится выручать дамочку. И, честное слово, я чувствую себя Бэтменом, благородным и могучим.

Диана видела, как Шургин и Алекс, опередив их с Виктором, погрузились в машину и уехали в неизвестном направлении. Оставили ее без присмотра. Она немедленно ощутила себя маленькой рыбкой, отбившейся от стаи. Крохотной бедной рыбкой с мягким тельцем, которое омывают жестокие воды холодного океана жизни. Впрочем, Виктор находился рядом и всячески старался произвести на нее впечатление. Наверное, он тоже сможет ее защитить. Но ей не нужен другой защитник. У нее уже есть один, подходящий.

Без Шургина вечер потерял остроту. Потерял интригу. Ей стало неинтересно пить кофе — независимо от того, из каких зерен его сварили. Впрочем, Виктор очень старался ей угодить. Он катал ее по Москве и показывал потрясающие виды, как будто она была гостьей из другой страны и нуждалась в свежих впечатлениях. Потом они действительно пили кофе и ели те замечательные пирожные, пока от сладкого ее не стало тошнить.