Право на скелет - Татьяна Хорунжая

устроилась, поскорее закрыв глаза, чтобы не видеть очертания дома.

Спала она плохо – было неудобно, тесно, хотелось горячего чаю, которым она привыкла заканчивать свой день; «глаза» она не смыла и от этого было особенно дискомфортно. К тому же этот дом под боком… Но уже с двух часов ночи с горизонта начал пробиваться слабый свет июльского солнца, стало поспокойнее, и усталость окончательно взяла верх. Аня заснула, и ее уставшая черная машина слилась с предрассветной ночной тьмой.

Когда Аня открыла глаза, утро было в полном разгаре. Солнце светило и начинало жарить, птицы свистели, петухи пели, улица ожила звуками газонокосилки, чьим-то смехом и болтовней.

«Уже куры несутся, свиньи поросятся, а я все сплю», – подумала Аня и окончательно проснулась. Утро, похоже, было добрым. Аня вышла из машины. Чистый, свежий деревенский воздух буквально ошеломил ее. Пахло всё: и цвет каждой мельчайшей травинки, и чистый речной ветерок, гонявший запахи с деревенских дворов, и, казалось, пахла сама утренняя прохлада тенёчка.

«Цветущие сорняки так вкусно пахнут? – приятно удивилась Аня. – Так. Дом, надо осмотреть дом. И с чего я взяла вчера ночью, что он страшный?» Утром он производил вполне дружественное впечатление. Простой старый деревенский домик из не крашенного дерева, в три маленьких окошечка с облезшими наличниками, которые когда- то были голубыми. Покосившееся крылечко из четырех ступеней под маленькой крышей. К дому примыкало большое строение, видимо, для содержания скотины. Все какое-то ветхое, старое… Поскольку ключа у Ани не было, она решила хотя бы обойти дом вокруг и заглянуть в окна. До наличников она не дотянулась, а обойти дом вокруг помешала крапива, которая стояла буквально стеной. Видно было, что кто- то здесь лазил до нее – крапива местами была поломана. Подобие узкой тропинки вело в заросший огород, в котором виднелось несколько старых яблонь. Поднявшись на крыльцо, где можно было заглянуть в крайнее окно, и прислонившись лбом к стеклу, Аня рассмотрела одну комнатку без мебели и кухонку с ладошку. Видимо, баба Шура в последние годы плохо следила за домом, потому что кругом были видны следы бесхозности – с крыши в одном месте немного съезжал шифер, обшивку дома у земли начала подъедать зеленая плесень.

«Дом как дом. Старье как старье… – разочарованно констатировала Аня. – И что мне с тобой делать… Ладно бы хоть поближе к городу, хоть маме дача была бы. А так – каждые выходные пылить 220 км – далековато… Ладно, найду местную администрацию, про которую говорилось в письме, что мне туда нужно явиться. Пока ищу – решу. А еще лучше для начала найти бы хоть, где умыться и купить зубную щетку и свой завтрак…» В таких спартанских условиях было дискомфортно. Свой день путешественница привыкла начинать с чашечки кофе и приведения себя в порядок. Ей захотелось поскорее сделать все дела и уехать домой, в город. Зачем ей эта старая рухлядь?

Нашла колонку, умылась. Накраситься в таких условиях составляло особый труд сегодня, но она справилась. Когда девушка докрашивала глаз, мимо, беззастенчиво рассматривая ее, прошел какой-то мужик бомжеватого вида. «На меня здесь как на диковинку смотрят», – подумалось Ане.

Вспомнив про магазин, который был ее ориентиром ночью, она отправилась на поиски своего завтрака. Найти его не составляло труда – он, единственный, стоял в центре села, издалека привлекая своим лимонно-желтым цветом и харизматичной вывеской «КООП». «Хорошо хоть нет записки на дверях, как в соседнем селе – «Хлеб привозят только по вторникам!» – вспомнила вчерашнюю поездку Аня.

На половине полок магазина стояли самые простые представители человеческой еды, некоторые упаковки которых украшала надпись «собственное производство», а на второй половине – стиральные порошки вперемежку с прищепками, искусственными цветами и игрушками. В углу стояла вешалка с женскими халатами и футболками всех возможных цветов радуги, лежали матрасы и обои, а в противоположном углу стояли открытые мешки с чем-то сыпучим и лопаты.

«Эх, сейчас бы кофейку глотнуть… – совсем скисла Аня. На прилавках она не нашла ничего из привычной ей еды для завтрака. – Ладно, возьмем то, что есть. Опробуем «шедевры местной кулинарии».

За прилавком, в уголке, оживленно болтали работники магазина.

– …Да его намедни из тюрьмы выпустили, не слышала, что ли?

– Да ладно? Свят, свят…

– С кого ж он теперь начнет? Все трое на месте, как по заказу.

– Ясно, с кого: с сына милиционера. Неужто сломанную челюсть простит.

– А я думаю, сначала Антоху прирежет…Иль Кольку-тракториста.

«Брр, страсти какие…» – Аня даже на секунду забыла, зачем пришла.

Заметив в магазине нового человека, продавец прикусила язык и с готовностью подошла к Ане с немым вопросом на лице: «Че надо?»

– Здравствуйте, а у вас есть мюсли?

– Что?

Аня отметила про себя, что все люди, с которыми она здесь общалась, начинали свой диалог именно с этого вопроса. Видимо, это здесь излюбленное слово, вместо «здравствуйте». Хорошо хоть про эту… как ее… Яику не спросила.

– Ну, сухие завтраки такие, мюсли.

– А, такого нет.

– А отруби?

– Для кого? – уточнила продавщица.

«Ну уж глупее вопроса не придумаешь…»

– Для меня.

– Нет.

«Интересно, а для депутата нашли бы?» – начала закипать Аня.

– Жаль. – Тут Анин взгляд упал на открытые мешки, стоявшие в углу. В них лежало что-то, напоминавшее мелкие отруби.

– А это что?

– Комбикорм.

Аня вспомнила перекликающееся название одного известного бренда «здорового» питания и воодушевилась.

«Ну, это уже неплохо. Неужели в такой глубинке оно есть? – подумала Аня. – Что-то интересное. Не знала, что оно бывает и весовым».

– Завесьте мне, пожалуйста, грамм 200.

– 200 грамм чего?

– Комбикорма.

В углу стало тихо. На Аню с интересом поглядывали. У продавщицы заблестели глаза, а на лице заиграла плохо сдерживаемая улыбка. Аню уже тихо начинал побешивать этот нездоровый интерес к ее аппетиту. В городе продавцам нет дела, чем ты питаешься – хоть типографскую краску слизывай, только деньги плати. Деревенские мажоры!

– Вы сами хотите его покушать?

– Ну конечно, сама! – с жаром выпалила она.

В углу раздался дружный и бесцеремонный взрыв хохота. Продавец всё с той же улыбкой подошла к мешку и демонстративно отсыпала комбикорма в пакетик.

– 230 грамм оставлю? – В углу опять заржали.

– Оставьте.

– Что-то еще?

– Да. Еще йогурт питьевой. – И опять это ржание! Из угла донеслось :

– Наташ, подари ей комбикорм за счет заведения!

Аня вышла из магазина в оскорбленных чувствах. Какие-то деревенские хабалки смеют смеяться над ней, городской девушкой с высшим образованием! Уселась в тенек беседки на детской площадке и стала горестно пробовать свой завтрак. Комбикорм оказался какой-то дрянью. «Нет, эти отруби