Наталья Александрова - Тренажер для трех граций

— Значит, нужно уточнить у этой Сони, сколько она дала ему денег, и куда они потом делись. Если убийца взял, то отчего остальные-то оставил?

— Легко сказать — выяснить, — вздохнула Ирина, — это тебе не скромная парикмахерша и не интеллигентный старичок. К Софье на улице не подойдешь. И в кафе не подсядешь…

— Мужа ее как зовут? — внезапно спросила Жанна.

— Какой-то Рыбаков Николай Арнольдович, — отрапортовала Катерина, у нее с детства была способность запоминать случайно встретившиеся имена и фамилии.

— Какой-то Рыбаков! — воскликнула Жанна. — Ну, девки, вы и серые личности! Не какой-то, а тот самый Коля Рыбаков! Ему, к вашему сведению, принадлежит сеть шикарных охотничьих магазинов, а еще ресторан «Дикий бизон». Вот когда богатые люди собираются на сафари, они у Коли все снаряжение покупают.

— Как интересно! — глаза у Катерины загорелись. — А что, в ресторане правда подают блюда из дикого бизона? Ты там была?

— Была, меня клиент как-то пригласил, — засмеялась Жанна, — откровенно говоря, ресторан так себе, впечатляют только цены. Ну, я не сама платила…

— А что вы там ели? — настаивала Катерина.

— Уж не дикого бизона! И вообще, не отвлекайся! — прикрикнула Ирина, которой надоели вечные Катькины разговоры о еде.

— Ладно, — Жанна тяжело вздохнула, — что с вами поделаешь! В конце концов мы подруги и должны друг друга выручать!

— Да, Жанночка, да! — Катя захлопала белесыми ресницами и заискивающе заглянула в глаза подруге. — Сегодня ты нас выручишь, завтра мы тебя…

— Да уж, как тогда в милиции… — Жанна насмешливо хмыкнула, выдержала небольшую паузу и задумчиво проговорила:

— Стрелкин открывает новый ресторан…

— Это который Стрелкин — который художник? — сдержанно осведомилась Катерина.

— Ну да, — Жанна потянулась за телефоном, и художник, и путешественник, и бизнесмен, и еще черт знает кто…

— Не знаю, какой он бизнесмен, но художник он отвратительный, — Катя высокомерно скривилась, — и вообще, причем здесь его ресторан?

— Притом, что там будет весь город, — ответила Жанна, тыкая пальцем с длинным ярко-алым ногтем в светящиеся кнопки телефона, — а значит, там обязательно будут супруги Рыбаковы, они не могут пропустить такую статусную тусовку… а насчет того, какой он художник.., я, конечно, не сильна в живописи, но его картины покупают за такие деньги, как будто он использует для их создания не холст и масло, а золото и бриллианты!

Жанна поднесла мобильный телефон к уху и защебетала как птичка:

— Мариночка, солнышко, душечка! Сделай мне любезность! Мне нужно три приглашения к Стрелкину на субботу! Да-да, три, ты не ошиблась! Ну, зайчик, ты ведь знаешь, за мной не пропадет! Ну, ангел мой! Ну да! Конечно! Ну, радость моя, я тебя очень прошу! Это вопрос жизни и смерти… Да? Обязательно! Разумеется! Котик мой, я тебя просто обожаю!

Она отключила телефон, скривилась, вытерла губы носовым платком и прошипела:

— Стерва!

— Что — не получилось? — испуганно спросила Катя.

— Почему это не получилось? Когда это у меня не получалось? Разве я сказала, что не получилось? Я только сказала, что она стерва и за эти приглашения выпьет всю мою кровь. Но чего не сделаешь ради подруг… Катька, как там Лев Толстой сказал в «Войне и мире»?

— «Влияние в свете есть валюта, которую надо расходовать экономно», — неуверенно проговорила Катерина, из всех подруг она лучше всех помнила классику. Она даже перечитывала иногда романы Толстого, Достоевского и Тургенева.

— Вот-вот. Но для подруг мне ничего не жалко!

Жанна тяжело вздохнула и окинула Катю оценивающим взором.

— Но с тобой что-то надо делать…

— В смысле?

— В том смысле, дорогая моя, что в таком виде на приличную тусовку заявиться нельзя! Ты только посмотри на себя в зеркало! Как ты одета!

Катя скосила глаза на свое отражение и пожала плечами:

— А что? По-моему, нормальное платье… между прочим, я его купила в Лиссабоне.., ну, если это тебе не нравится, я могу надеть тот зелененький костюмчик.., ну, брючный, ты его помнишь!

— Только не это! — Жанна схватилась за голову. — Его не только я помню! Его помнит каждая собака в нашем городе! А сам этот зелененький костюмчик помнит русско-японскую войну! И если ты считаешь, что он тебе идет…

— Ну зачем ты так? — проговорила Ирина, увидев, что в Катиных глазах заблестели слезы.

— Ты тоже должна к субботе поработать над своей внешностью и гардеробом, — повернулась к ней Жанна, — но ты, конечно, не так безнадежна…

— Вот спасибо!

— А вот что делать с Катькой, — продолжала Жанна, не обращая внимания на реплики подруги, — что делать с Катькой, ума не приложу!

Если предоставить ее себе, она действительно явится в своем русско-японском костюмчике!

— Жанна, — Катя гордо выпрямилась и откинула голову, — если ты не хочешь нам помогать, так и скажи!

— Да хочу я, хочу! Но только если уж браться за дело, нужно его делать как следует! Вот что, дорогая.., свои недостатки не нужно пытаться скрыть, их нужно стараться превратить в достоинства!

— Это как? — удивленно спросила отходчивая Катерина.

— Завтра мы поедем к одной моей хорошей знакомой…

— Бутик «Венеция», — прочитала Катя светящуюся табличку над входом в магазин. — Жанночка, но здесь, наверное, ужасно дорого!

Жанна покосилась на нее и сделала страшные глаза:

— Ты лучше помалкивай, все переговоры предоставь мне!

Перед подругами плавно разъехались автоматические двери, и они оказались в небольшом ярко освещенном помещении. Сбоку от входа стоял низкий кожаный диван, на котором сидел наголо выбритый мужчина средних лет с выражением мучительной скуки на холеном лице. На низком стеклянном столике перед ним стояла дымящаяся чашечка кофе. Из примерочной кабинки выглянуло юное создание в летнем льняном костюмчике и проворковало:

— Котик, ну как тебе, а?

— Да бери ты все, что хочешь, — тоскливо протянул мужчина, — только давай скорее…

— Нет, ну котик, все-таки как тебе, а? Я же хочу, чтобы тебе нравилось!

— Вам очень, очень идет! — воскликнула элегантная продавщица, восторженно закатив глаза. — Это ваше! Ваш стиль, ваш цвет…

— Ну котик, — не сдавалась девица, — я же хочу, чтобы тебе нравилось…

— Ты знаешь, как мне больше всего нравится, — отозвался мужчина, отпивая кофе, — мне больше нравится, когда безо всего…

Продавщица угодливо хихикнула.

Жанна нетерпеливо огляделась. В ту же секунду из-за ширмы вылетела высокая женщина лет сорока с короткой светлой стрижкой. Она бросилась к Жанне, радостно восклицая:

— Жанусенька, золото мое, какая радость!

Сколько же ты у нас не была? Так нельзя! Сейчас я тебе подберу что-нибудь сногсшибательное!

— Лора, не возбуждайся! — Жанна усмехнулась. — Мне сегодня ничего не нужно, а вот моей подруге…

— Твои подруги — это мои подруги! — Лора взглянула на Ирину и улыбнулась:

— Ну, вы-то — просто модель! Наша новая коллекция просто создана для вас!

— Не этой! — остановила ее Жанна, и вытолкнула вперед упирающуюся Катерину. — Вот ей нужно подобрать что-нибудь такое, в чем не стыдно показаться на людях.

Лора на мгновение замялась, но тут же взяла себя в руки и профессионально затараторила:

— И вам подберем! Обязательно! Да у вас чудесная фигура, очень эротичная, только не нужно ее скрывать!

— Вы так считаете? — неуверенно проговорила Катя.

— Я уверена! Не нужно вам носить эти просторные, бесформенные вещи, в таких вещах женщина теряется как в лесу! Нужно показывать то, чем вас так щедро наделила природа!

— Да? — Катя начала оживляться. — А они, она кивнула на подруг, — все время твердят: «Худей, худей!»

— Не всегда надо верить подругам… — Лора обошла вокруг Кати, внимательно оглядывая ее со всех сторон. Затем она крикнула куда-то в глубину магазина:

— Лена! Вика!

Тут же из-за ширмы появились две высокие девицы, сверкая дежурными улыбками.

— Лена, принеси тот терракотовый костюм от Дольче и Габбано.., ну, ты помнишь, от которого отказалась Бананова. Вика, кофе нашим гостям.

Девушки исчезли так же беззвучно, как появились. Лора усадила Ирину и Жанну на свободный диван, не прошло и минуты, как перед ними появились чашечки с дымящимся кофе.

— Жанночка, — щебетала Лора, — я знаю, как ты требовательна к кофе, но это тебя должно устроить…

Катерина тоже покосилась на столик, но Лора подхватила ее под руку и повела к примерочной кабинке. Одна из девушек уже несла на вытянутых руках закутанный в прозрачный пластик терракотовый костюм с таким видом, с каким на церковных шествиях несут чудотворные иконы или мощи святых.

— Но это же, наверное, очень дорого! — Катя схватилась за сердце.

— Мы сделаем вам большую скидку, — пообещала Лора, вталкивая Катерину в кабинку, — главное, чтобы костюмчик сидел!