Сыщик из Жанатурмыса - Вольдемар Хомко

А то вчера наплевал такого! Я сам, хоть и стоял рядом, еле разобрал. — Андрюха похлопывал Серегу по плечу и ехидно ухмылялся тому в лицо.

— Да что я. Я, конечно, могу повторить. — Пока Андрюха возился с чаем, Сосед коротенько пересказал всю вчерашнюю историю с пропажей, не особо заостряя внимание на своих неприличных поступках с «тройкой» участкового Хамида и стремясь быстрее добраться до конца, где он обнаружил, что документ исчез.

— И потом мы все вместе начали его искать, но, к сожаленью, не нашли. Такие вот дела.

Сосед начал потихоньку просыпаться, в голове зароились бедовые мысли и первой из них была отправить младшего брата за пивом. Он, вежливо извинившись перед сыщиком, удалился в покои, а Радченко, чаевничая с Ерболом, всячески издевался над другом и одноклассником, выдумывая на ходу бредовые теории и тут же со смехом их опровергая.

Ербол из вежливости улыбался и поддакивал, ожидая, когда Серега Седов вернется обратно на кухню.

Хлопнула входная дверь — младшего Леху все-таки убедили сбегать в ларек за дрянным пивом в пластиковой таре. Довольный Сосед, славно потирая руки вернулся на кухню, и жанатурмысский сыщик решил, что время пришло.

— Скажи мне, уважаемый Сосед, почему ты решил, что твой паспорт утерян? Как ты дошел до этой мысли?

Сосед почесал голову и неуверенно промямлил:

— Ну, я же собирался в город, к Андрюхе. Решил взять с собой паспорт. Ну и взял.

— А часто ты до этого брал документы с собой, когда выезжал дальше Жанатурмыса?

— Да нет, наверное, — популярным афоризмом ответил Седов. — Но я же хотел, это…поступать в университет. Поэтому и взял с собой паспорт.

— А о чем вы разговаривали с пацанами на реке Шу, где вы ели арбуз и пили самогонку?

— Ну… — Шестеренки, поскрипывая пытались подвести мысли в голове Соседа под общий знаменатель, но удавалось это с большим трудом. — Слушай, я не особо помню. Выпили мы крепко, это да. Потом купались. Потом говорили об учебе. Я хвастал, что собираюсь в Политех или что-то в этом роде. Ааа! Я же еще чуть не утонул, блин. Хорошо, дружок Редькин Петька меня вытащил, иначе — хана!

— Хорошо. — Ерболу было почти все ясно, но оставались, конечно, некоторые неувязки, избавиться от которых можно было только сугубо практическим методом.

— Я почти уверен, уважаемый Сосед, что никакого паспорта у тебя с собой не было, когда ты прибыл на МТФ. Более того, алкоголь вперемешку с мыслями о предстоящем поступлении в универ заставили твои мозги думать, что документ первичной важности находится в твоих штанах. Это, естественно, только мои предположения, но проверить их весьма и весьма легко. Можно сделать звонок домой, в Жанатурмыс и спросить, где находится сей важный документ. Ну что, хочешь рискнуть и попробовать?

Серега Седов сидел, вытаращившись на пинкертона так, будто ему разъяснили самою суть существования человечества на планете Земля.

Глянув на Андрюху, с интересом слушавшего разглагольствования Ербола Сосед, спросив разрешения у хозяина квартиры, припустил из квартиры, чтобы позвонить домой.

Минут через пять, вернувшись в квартиру с загадочным видом, он сказал, что хочет сообщить важную новость. Но нужно дождаться младшего Леху, уже вовсю трезвонившего в квартиру.

Когда пара потных калабашек с дрянным пивом стала на стол, Сосед торжественно объявил, что хочет отметиться перед многоуважаемым сыщиком за столь ценные наблюдения и решение вопроса с потерей документа. Паспорт нашелся! Мамка Соседа сказала, что паспорт на месте, в комоде, а вот Сереге лучше вернутся домой, иначе может сразу переезжать в Киргизию, на МТФ или куда его душе угодно.

Но отметить такое важное событие как находка паспорта нужно было непременно, и вот уже Сосед начал стучать сухой рыбкой по столу, рассказывая историю про участкового Хамида. Жанатурмысский детектив счел для себя лишним присутствовать на очередном сабантуе, поэтому откланявшись, пожелал всем всего хорошего, а главное — чувства меры. После, провожаемый радушным хозяином сыщик надел сандалетки и направился в свое родное село Жанатурмыс, где его ждала семья, дом, хозяйство и новые нераскрытые дела.

Дело о Дордоевских сережках

Глава 1

Молодость — прекрасная пора, которая проходит так быстро, что почти не успеваешь насладиться ей в полной мере и потом, уже во взрослом возрасте, мы просто ностальгируем, копаясь в памяти и выбирая самые веселые и интересные моменты, забывая о неудачах в спорте, несчастной любви и шокирующих моментах, над которыми теперь можно только посмеяться.

«Потерю юности по счастью мы мудростью возмещаем», — так сказал классик. Это все верно, но иногда хочется вернуться в юность и еще раз ощутить все заново, без прикрас и выдумок, чтобы понять, чего мы на самом деле лишились.

Пубертатный период — опасная штука. Вместе с булимией, полидипсией, гиперпневматизацией пазухи основной кости и другими прелестями мужского становления и взросления она приносит постоянное беспокойство, беспочвенное волнение и, что немаловажно, неконтролируемую агрессию и желание выделиться среди тебе подобных сверстников, которые не против видеть тебя в качестве вожака, ведущего их, более слабых самцов, на подвиги, плохие и не очень.

Эти трое мальчишек нашли друг друга еще в младших классах. Игра в футбол, походы за кукурузой и арбузами, купание в Канале. Чуть позже, немного повзрослев, они вместе начали курить, баловаться игральными засаленными картами с неприличными картинками на оборотной стороне, иногда пить горькое пиво, покупаемое в местном магазине. Постепенно у них выделился лидер, мальчик, неприглядный с виду, но имеющий жилу подчинить себе других и заставить делать то, что хотелось именно ему. Так, потихоньку сложилось некое подобие группы по интересам, ребята «не разлей вода», таскающиеся всюду вместе, будь это очередной поход в ненавистную школу, трехкилометровая прогулка за свинбазу, на реку Шу или посиделки возле дома одного из участников этой молодежной банды. Лузганье семечек, задирание более слабых сверстников, матерщина на всю улицу — обычные будни этих, казалось ничем не выделяющихся среди остальных подростков мальчишек. Но было одно НО, которое все-таки ставило Насретдина Алиева, Петю Редькина и их вожака Берика Чонбасова отдельно от других мелких группок подростков, шастающих в пустом безделье по цветущему селу Жанатурмыс.

Это НО заключалось в том, что подростки не просто докапывались до молодых жителей Жанатурмыса, но еще и требовали или, как раньше говорили, трясли с них деньги, чтобы утолить свои низменные, уже проросшие сквозь еле пробивающийся пушок на щеках, потребности, появившиеся не сразу и не вчера.

Происходило это обычно так:

— Эй, Эрмек, куда путь держишь? Давай, присядь с нами.

— Ой, не