Детектив к зиме - Елена Ивановна Логунова

они там обсуждали.

— Вы не помните, у Володи было в тот день что-то в руках?

— Зеленый пакет из «Пятерочки». Он почти постоянно с такими к бабке своей приходит.

— Спасибо, — сказала Мирослава и пошла искать двух других подростков.

Найти ей удалось только одного Валю Галчонка, он крутил карусель, на которой сидели два карапуза и просто визжали от восторга. Как потом выяснилось, один из карапузов был младшим братом Валентина.

Галчонок поднапрягся и вспомнил, что Володька Свистоплясов прислушивался к громко говорящим на верхнем этаже взрослым, а потом убежал.

— Почему же он убежал? — спросила Мирослава.

— Я думаю, что он услышал голос своего деда и понял, что он пьяный, вот и убежал. Хотя, с другой стороны, — Валя задумался, почесал в затылке, — дед-то его пьяный каждый божий день. Так что не знаю, чего Володька убежал.

Мирослава поблагодарила мальчика и отправилась искать дворника.

Дворника Али она отыскала в дворницкой. Он сразу же предложил напоить ее чаем, так как сам как раз чаевничал.

— Вы просто как Чапай, — пошутила Мирослава.

— Я такой, — важно ответил Али, а потом спросил: — А почему как Чапай?

— Василий Иванович тоже говорил я пью чай, и ты садись пить чай.

— И это правильно, — одобрил Али.

Мирослава хрумкнула карамелькой, которые терпеть не могла, и, дружелюбно улыбнувшись, спросила:

— Али, не находили ли вы зеленый пакет с лекарствами?

— Как не находить, находил, — ответил Али.

— И что вы с ним сделали?

— Объявление на подъездах наклеил, что найден пакет с лекарствами.

— Никто за ним не пришел?

— Нет, — горестно покачал головой дворник, — и объявление содрали. А один жилец даже обругал меня.

— За что? — спросила Мирослава.

— Сказал, что я своими каракулями дверь порчу, — обиженно ответил Али.

— Скажите, а где сейчас этот пакет?

— Да вон он лежит. — Мужчина кивнул на полки, прибитые к стене. На одной из них и впрямь лежал зеленый пакет.

Проследив за ее взглядом, дворник проговорил:

— Он грязный был.

— Грязный? — быстро переспросила Мирослава.

— Ну да, пятна какие-то размазанные. Я его вытер.

— О господи! — вырвалось у Мирославы.

— Что такое? — встревожился дворник.

— Ничего, — ответила Мирослава, — но, Али, пакет придется отдать в полицию.

— Я бы с радостью, — ответил дворник. — Но боюсь.

— Чего вы боитесь?

— Что они меня засмеют и прогонят.

— Не прогонят. Мы с вами вместе пойдем.

— Но если только вместе, — несколько недоверчиво протянул дворник.

Мирослава достала мобильник и набрала номер телефона своего клиента Гришина.

Он отозвался сразу:

— Здравствуйте, Мирослава, я слушаю вас.

— Игорь, вы помните фамилию следователя, который ведет дело об убийстве Свистоплясова?

— А как же! Я же имел честь с ним разговаривать. Зовут его Юрий Тимофеевич Абашкин. Блондинчик неопределенного цвета, знаете, такой оттенок, что не сероватый и рыжеватый, что-то среднее.

— Понятно, — сказала Мирослава. — Спасибо.

— А зачем он вам? — заторопился Игорь Гришин, боясь, что она отключит связь. — Вы что-то узнали?

— Я вам позднее дам полный отчет, — ответила Мирослава и отключилась.

С Юрием Абашкиным она была не просто знакома, ей и работать с ним приходилось, в частности, над делом «Зимняя месть». Они тогда неплохо ладили.

Так что, подхватив дворника Али, Мирослава повезла его вместе с зеленым пакетом к следователю.

Уже в машине Мирослава спросила:

— Али, вы трогали то, что находится в пакете?

— Нет, — покачал он головой, — зачем мне? Я заглянул, там лекарства. А мне они зачем? Я же здоровый.

— Точно помните, что не трогали? — на всякий случай уточнила Мирослава.

— Точнее не бывает. Я что, старик что ли, чтобы ничего не помнить? — ответил Али.

— Не обижайтесь, пожалуйста, — улыбнулась Мирослава.

— Разве можно обижаться на такую красивую девушку? — ответил он.

— Комплимент принят, — улыбнулась Мирослава.

Следователь Абашкин, узнав, кто просится к нему на прием, сразу же согласился принять ее.

— Юрий Тимофеевич, я по делу, — проговорила в трубку Мирослава, — и не одна.

— Вы всегда по делу, — вздохнул он и спросил: — И кто же на этот раз с вами?

— Дворник Али…

— Это уже что-то новенькое, — усмехнулся следователь.

Когда Мирослава вместе с Али вошли в кабинет, Абашкин, широко распахнув руки, направился к ней навстречу. Но увидев, что детектив протянула ему руку, пробормотал себе под нос:

— Обнимашки отменяются, — и пожал ее руку двумя руками.

Али продолжал неуверенно топтаться возле двери.

— Кто это? — спросил следователь, переводя взгляд с Мирославы на дворника.

— Я же вам сказала, это Али, главный свидетель в вашем деле.

— В каком деле?

— В том, которое вы ведете.

— Так у меня, как вы сами знаете, не одно дело.

— Знаю, знаю. Мы пришли к вам с Али по делу об убийстве Евгения Марковича Свистоплясова. У вас ведь никаких версий по этому делу нет.

— Почему сразу нет? — сделал вид, что обиделся, Абашкин. — Сначала мы предполагали, что убить хотели жениха соседки напротив Скоробогатова. Но потом эта версия отпала, и теперь рабочая заключается в том, что его убили свои же дружки-алкаши.

— А вот и нет, — сказала Мирослава. — Мы тут с Али принесли вам раскрытие убийства на блюдечке. Правда, Али? — Она оглянулась на дворника.

— Правда, правда, — закивал он, хотя понятия не имел, о чем именно говорит Мирослава.

— Али, предъяви, пожалуйста, улику, — попросила Волгина.

Дворник с готовностью шлепнул на стол следователя пакет, в котором лежал второй пакет с лекарствами.

— Что это? — спросил следователь, осторожно заглядывая внутрь.

— В пакете зеленый пакет, в котором находятся лекарства, предназначенные жене убитого Антонине Акимовне Свистоплясовой.

— А почему они оказались у вас? — следователь перевел взгляд с Мирославы на Али и обратно.

— Потому что внук Володя Свистоплясов не донес их до бабушки и уронил во дворе. А Али, — Мирослава одарила дворника взглядом, полным уважения, и тот сразу приосанился, — сохранил его.

— Для чего?!

— На пакете с лекарствами должна быть кровь убитого. По крайней мере, какие-то ее следы должны сохраниться.

— Почему здесь следы крови?

— Али не знал, что пакет относится к убийству и протер его.

Следователь вздохнул и попросил:

— А нельзя ли все по порядку рассказать?

— Можно, — ответила Мирослава. — Но учтите, что это пока только моя версия.

— Я учту, — ответил Абашкин и повторил свою просьбу более нетерпеливым голосом: — Вы только рассказывайте.

«Излагайте», — мысленно поправила Мирослава бывшего коллегу и начала свой рассказ с самого начала.

И, уже подходя к завершению своего рассказа, призналась:

— Я тоже сначала склонялась к тому, что убить должны были Ефима Трофимовича Скоробогатова, но, поговорив с ним самим, с его невестой, детьми невесты, я поняла, что эта версия несостоятельна. И тогда я стала думать, кому выгодна смерть Свистоплясова. Все пребывали